Чтение онлайн

– Поговорить? Легко сказано, – натянуто улыбнулась я. – Ну да ладно. Что-то придумаю и сделаю все от меня зависящее.

Дамаска с благодарностью кивнула в ответ и присела, взяв в руки маленькие ладошки Тарона.

– Слушай маму свою, – назидательным тоном проговорила она, – и будь ей поддержкой во всем. Что бы не случилось, помни, чему мы с Летицией тебя учили.

Мальчик серьезно кивнул в ответ и проговорил:

– Семья – самое главное.

– Молодец, – Дамаска потрепала его по щеке. – Прощай, маленький воин.

– Прощай, тетя Дамаска, – проговорил мальчик и взял меня за руку.

– Береги его, – грустно улыбнулась она мне, – он правда нереальный ребенок. Жаль, что отец его – стригой и мы вынуждены идти таким путем, разлучая их. Он бы гордился таким сыном. Да, и еще, едва не забыла, – она достала из висевшей на поясе сумки небольшую книжку. – В Бладоре дали эту книгу Летиции, сказали, чтобы ее отдали тому, к кому попадет малыш.

– И что здесь? – я взяла книгу в руки и пролистала несколько древних страниц.

– Да толком ничего особенного, так, разная информация о стригоях и их наследии. Почитай, может что важное почерпнешь оттуда для себя.

Сказав это, она развернулась и направилась в сторону древнего леса, среди неисчисляемых миль которого пряталась столько лет от себя самой. Когда ее высокая стройная фигурка скрылась из виду, я посмотрела на терпеливо ждущего Тарона. Выдохнув произнесла:

– Ну что…сын. Пойдем домой?

– Пойдем, – улыбнулся мальчик неуверенной улыбкой.

Было видно, что шагать в неизвестность ему так же страшно, как и мне.

Когда за моей спиной закрылись ворота и дозорный помог мне и мальчику взобраться на лошадь, я еще не знала, что моя жизнь с этого самого момента перевернется с ног на голову и заставит взять на себя ношу, которую я ну никак не думала брать на себя. Ношу матери…не своего ребенка.

Когда лошадь остановилась у ворот нашего особняка, я осторожно сняла с нее Тарона и едва не застонала, прекрасно зная, что начнется, едва только я начну рассказывать правду матери и сестре. Тарон взял меня за руку и, прижавшись ко мне, проговорил:

– А кто здесь живет еще, кроме тебя?

– Кто? – повела я бровью. – Ну…бабушка твоя и тетя Марго.

– А папа? Я его когда-нибудь увижу? – спросил мальчуган.

«Началось», – простонала мысленно я.

– Папа…папа твой далеко. И мне бы не хотелось пока об этом говорить, – решила я сказать, как есть, раз уж этот чудо-ребенок начал задавать такие вопросы едва только вылез из пеленок.

Малыш лишь кивнул мне в ответ. Я же вздохнула и направилась в дом, ведя его за собой. Едва только мы появились на пороге кухни, как Марго уставилась на меня с немым недоумением в глазах.

– Давай подождем маму, и я все расскажу, – взмолилась я, понимая, что сестра задаст мне трепку уж точно.

Марго кивнула и пошла доделывать отвар, изредка поглядывая на то, как я насыпаю голодному малышу молочную кашу и наливаю травяной чай. Когда Тарон все съел и прилежно положил ладошки на колени, я даже улыбнулась, поскольку уж никак не ожидала от маленького стригоя такого послушания. Спустя полчаса домой вернулась моя мама и едва только увидела Тарона, ее бровь приняла настороженный изгиб. Марго подошла к ней и, встав рядом, скрестила руки на груди, всем видом давая понять, что ждет объяснений.

– Мама, Марго, это Тарон, мой малыш. Он будет жить отныне со мной…и с вами, – проговорила я, нервно теребя подол своего платья.

Мама натянуто улыбнулась и, помолчав, подошла к мальчику. Присев напротив него на колени, она сказала:

– Там в комнате есть на столе игрушки деревянные. Я их берегла всегда, поскольку ими в детстве играли Авенира и Марго. Давай ты поиграешь немножко там, а мы, взрослые, поговорим друг с другом кое о чем.

Тарон кивнул, мама же приоткрыла дверь в смежную с кухней комнату, и мальчик радостно засеменил к небольшому столику, на котором мама бережно расставила несколько резных деревянных игрушек, которые сделал для нас в свое время отец. Когда ребенок уселся на коврик, лежавший на полу, мама прикрыла дверь и повернулась ко мне. Выдохнув, я села за стол и, сцепив пальцы в замок, рассказала все, начиная с того момента, как Летиция испила моей крови. Едва только я закончила рассказ, мама покачала головой и подошла к окну, явно сдерживая себя, чтобы не высказать мне все, что думала на этот счет. Она сдерживала себя, а вот Марго нет.

– Ты чем думала вообще, скрывая все то, что случилось в Абраске? – гаркнула она, просто испепеляя меня взглядом при этом.

– Я не считала, что это слишком важно, – пожала я плечами.

– Не слишком важно? – возмутилась Марго. – Из-за твоего «не слишком важно» в нашем доме сидит маленький рожденный стригой, которого повсюду ищет его кровожадный папаша! Ты хоть представляешь себе, что будет, когда выплывет то, что ребенок у нас здесь? Махаон не Бладор, мы не сможем дать достойный отпор, если Аристократ стянет к нашим воротам всю кровососущую рать!

– Он не узнает, – спокойно ответила я.

– Не узнает? – зашипела Марго. – Ты в этом уверена? Он же…стригой, он не сможет вечно есть простую пищу, придет время, когда ему будет нужна кровь. И он напьется ее, будь уверена в этом! И как только напьется, магия укрытия улетучится. И что тогда?

– Он рожденный. Они могут не пить кровь, – я пыталась доказать сестре…или себе самой в первую очередь, что мальчик может быть обычным ребенком.

– Могут…могут уже сложившиеся личности! А этот!? Он же ребенок! Как думаешь, долго будет дремать сущность в растущем стригое? Черт! Авенира! Ты чем думала? Да бог с ней, с Летицией, мальчишку зачем привела сюда? Пусть бы шла Дамаска своей дорогой! Отдали бы ребенка отцу, а так что? Мало нам проблем?

– Но ты же сама тогда предлагала Летиции идти в Махаон! Что сейчас случилось?

– Да многое что случилось! Мальчишка вон уже какой! Черт его знает, что в нем там дремлет теперь, когда его растила обращенная! Не верю я стригоям, пусть и тем, кто в отшельники подался!

Я сидела и опустив глаза слушала сестру, понимая, что в ней говорит страх, ведь узнай Аристократ, что малыш у нас, и правда не пойми чем все закончится это для Махаона.

– Мама, надо отдать мальчика отцу, – отчеканила Марго. – Может тогда в случай чего он не будет так жесток с нашими.

Мама стояла, молча глядя в окно, затем, спустя пару минут этого тягостного молчания, она повернулась и проговорила:

– Когда кто-то ступает на порог твоей жизни, это всегда что-то да значит. Мне кажется Дамаска права насчет того, что Тарон – ноша Авениры по велению предков. Ковен Ворона всегда принимал правильные решения и уж если сама их представительница постучалась в судьбу Авениры, мы не можем это игнорировать. Мальчик останется с нами как сын Авениры, мой внук и твой племянник.