Чтение онлайн

Я ничего не ответила, поскольку не собиралась извинять эту зазнавшуюся девчонку.

– Не люблю этих сентиментальных привязок к вещам, – фраза, сказанная строгим голосом, привела меня в замешательство.

– Сентиментальных…, – я посмотрела на трикветр и быстро запрятала его в декольте, боясь, что он его отнимет. – И именно поэтому вы носили ту вещь на груди? – проговорила я, поскольку у меня в голове всплыл образ какой-то дорогой ему подвески. – Я не знаю, что это, но оно вам очень дорого. Чувствую это. С ним связано столько вашей боли, – повела я бровью.

Стригфаэр нахмурился, но ничего не ответил мне. Затем повернулся к Марисоль и сказал:

– Начинай.

Девочка мельком поглядела на меня, затем подняла вверх пальцы и быстро нарисовала ними в воздухе воронку. Как только она это сделала, то один из малышей лебедей с диким писком скрылся под водой, вызвав обеспокоенный гогот среди стаи.

– Вы что делаете? – испуганно воскликнула я, расширенными от ужаса глазами смотря на расходящиеся по воде круги в том месте, где исчез птенец.

Арон молчал, Марисоль же, приподняв руку, начала закручивать ещё воронку, и следующий лебеденок ушел под воду. Я бросилась к девочке и дернув ее за плечо повернула к себе лицом.

– Ты ненормальная? Что ты творишь?

– Это приказ, – девочка безразлично пожала плечами, и я перевела взгляд на Арона.

Еще мгновение и снова произошло то же самое. В этот раз я уже бросилась к стригфаэру.

– Прекратите это! Не смейте губить ни в чем не повинных птицы! – дрожащими губами проговорила я.

– Сама прекрати, – спокойно ответил Арон, глядя на меня сверху вниз.

– Как? – взревела я, видя, что Марисоль не собирается останавливаться.

– Как можешь.

– Марисоль, перестань, – вернулась я к девочке, но та, взмахнув рукой, с такой силой ударила меня свое энергией, что я отлетела на пару метров.

«Тварь такая», – пронеслось у меня в голове, пока я поднималась с земли, утирая ушибленные коленки.

Еще воронка – и под воду ушел взрослый лебедь, издав пронзительный крик. Смотря на безжалостного ребенка, внутри меня начала расти просто сокрушающая злость, поскольку я поняла, что слова «ребенок» и «Марисоль» были несовместимы. Но еще более ужасным было чувство неприятия тех методов, которыми пользовался стригфаэр. Девочка бросила на меня взгляд через плечо и презрительно улыбнувшись отправила еще одного лебедя в бездну. В этот момент я взревела и повернувшись к Арону даже без щелчка пальцами заставила вспыхнуть его плащ, поскольку для меня в этой ситуации именно он, а не Марисоль, был причиной всему происходящему. Черная ткань, отороченная вверху гладким темным мехом, горела, а Арон стоял, словно ничего не происходило. Я же удивленно наблюдала за этим. В какой-то момент, когда огонь перебрался на его темный бархатный камзол, он щелкнул пальцами и покрывшись сизым инеем загасил его. «Дьявол…не иначе», – простонала я мысленно, понимая, что даже огонь этому мужчине ни по чем.

– Хватит, Марисоль. Спасибо. Можешь идти гулять, – кивнул Арон в сторону замка, и девочка, сделав реверанс, вприпрыжку поскакала по мощеной дороге.

Арон же, развязав повязки поврежденного плаща, скинул его наземь и подошел ко мне. Я съежилась от страха, думая, что он точно ударит меня за такую выходку. Но он спокойно кивнул в сторону стоящей на берегу лодки и сказал:

– Давай покатаемся немного.

– С вами? – осторожно спросила я. – Вы утопить меня хотите, как и лебедей?

– Нет, – едва уловимая улыбка тронула красивые губы мужчины. – Не бойся.

– Не бойся. Не убедительно звучит, – я направилась следом за ним и уже спустя пару минуту небольшая лодка неспешно несла нас по спокойной глади озера.

– Почему ты не подожгла Марисоль? – спросил наконец он, отпустив весла и пустив лодку плыть так, как ей вздумается.

– Она ребенок, – сухо ответила я.

– Ребенок…ребенок может делать такое, что ты видела сейчас?

– Нормальный нет. А вот не совсем – да, может. Только и она бы не сотворила такое, если бы не вы.

– Сотворила бы. И не такое.

– К чему вы говорите мне это? – нахмурилась я, не понимая, что он хочет этим сказать.

– К тому, что ты должна понимать, кто перед тобой находится. Пока ты этого не понимаешь.

– Да, пока я понимаю только то, что вы отдали ей приказ и она потопила кучу лебедей, в то время, как должна играть в куклы. Она маленькая девочка, в которой нужно наполовину ограничить силу, а не развивать ее до умопомрачительной лавины, которая снесла уже в ней все, что должно быть от ребенка.

– Пока единственный ребенок здесь – это ты, Имани, – просто проговорил стригфаэр.

– Вы не слышите меня, я же не понимаю вас. Какого черта я здесь делаю? Отправьте меня назад и скажите королю, что я безнадежна до ужаса.

– Наоборот, – черная бровь стригфаэра приняла таинственный изгиб. – Что бы ты сделала, если бы рядом не было меня? Только Марисоль, ты и тонущие птицы?

Отвернувшись, чтобы не смотреть ему в глаза, я пожала плечами, глядя на гладь озера.

– Я не знаю.

– Почему?

– Почему…потому, что я не сталкивалась еще с таким, – проговорила я.

– Вот к чему я и веду. Ты жила под колпаком, Имани. Наполовину огненный либер, наполовину стригфаэр жил под колпаком, не зная, что такое погибель и что такое бурлящая в ее крови энергия. А Марисоль не жила под колпаком. Поэтому она знает, что делать в таком случае, а ты нет.

– Значит мне жаль ее и спасибо маме и Дориэлю, что я в свои восемнадцать лет не знаю, что такое погибель и эта дурацкая сила, которая никогда мне жить особо не мешала.

– Может и так. Но не в твоем случае. Тебя просто сдерживали, более чем уверен. Трикветр ты с какого возраста носишь?

– Трикветр? – удивилась я. – Лет с семи.

– С того самого момента, как подожгла платье ее высочества? – прищурил глаза стригфаэр.

– Ну да, – протянула я и резко повернулась к нему. – Вы что хотите сказать, что мама ограничивала мои силы?

– Так и было, – он протянул руку, – дай мне кулон.

– Зачем?

– Ты ведь знаешь, если на нем ограничитель, то, когда амулет попадает в руки сильного ведьмака, ограничитель теряет на тебя влияние.

Я молча смотрела на протянутую руку даже не собираясь отдавать амулет.

– Дай амулет, Имани, – спокойный голос призывал верить ему. – Я верну его тебе, обещаю.

Достав трикветр, я протянула его мужчине. Едва только он взял его в руки, я сделала отрывистый вдох так, словно мне начали перекрывать кислород. Ухватившись за горло, я с ужасом посмотрела на стригфаэра, который наблюдал за мной, сжав трикветр в ладони.

– Верните, – прохрипела я и почувствовала, как из носа потекла кровь.