Чтение онлайн

— Правда можешь?! — заволновалась девушка.

— Она может втирать очки, — пробормотал Трент.

— В ней нет правды, — вслед за ним произнес Бинк. — Одни иллюзии.

— Не слушай их, — говорила Ирис девушке. — Женщина — это то, чем она кажется. И если она приятна глазу и приятна наощупь, то она красива и хороша. Это все, что нужно мужчине.

— Не верь! — вмешался Бинк. — Волшебница хочет воспользоваться твоей бедой…

— Поправка! — возразила Ирис. — Я хочу использовать тебя, Бинк. У меня нет никакого зла к твоей подружке — мне лишь нужно твое сотрудничество. Я женщина не ревнивая. Все, что мне хочется — это власти.

— Нет! — закричал Бинк.

— Нет! — неуверенно следуя его примеру, повторила мисс Хамелеон.

— Ну, а ты, Волшебник Трент? — Ирис повернулась к нему. — Я не очень следила за тобой, но ты кажешься мне человеком, умеющим держать слово. По крайней мере, когда это выгодно тебе. Я могу стать для тебя отличной Королевой. Но могу и направить по твоим следам королевскую стражу.

— Стражу можно трансформировать.

— Ее можно, по-твоему, трансформировать на расстоянии полета стрелы? — Она скептически подняла брови. — Не сомневаюсь: после подобного подвига тебе, безусловно, удастся стать Королем. Правда, весь Ксанф поднимется, чтобы убить тебя. Ты, конечно, в состоянии трансформировать многих, очень многих. Но ведь иногда тебе нужно и спать…

Вот это ход! Злого Волшебника поймали, когда он уснул! Если прижать его до того, как он успеет окружить себя преданными войсками, то ему будет конец.

Но с какой стати это волнует Бинка? Допустим, Ирис предаст Трента — это будет означать, что Ксанф в безопасности. Без какого-либо участия Бинка. То есть — руки его будут чисты. В таком случае он — не предал свою страну не предал и своего товарища по путешествию. Иными словами, все, что требуется от него — это держаться в стороне.

— Ну… я ведь могу трансформировать и людей, и животных в свое подобие. Иначе говоря, обзавестись сотнями двойников, — подумав, сказал Трент. — Тогда патриотам будет непонятно, кого преследовать.

— Не выйдет! — парировала Ирис. — Магическую ищейку не обмануть никакими имитациями — она возьмет верный след.

Трент снова задумался.

— Да, трудновато мне придется… Что ж, по-видимому, придется принять твое предложение, госпожа волшебница. Само собой, кое-какие детали требуют уточнения…

— Ты не должен идти на такое! — закричал ошеломленный Бинк.

Трент несколько удивленно уставился на него.

— Мне представляется это логичным, Бинк. Я хочу быть Королем, а Ирис мечтает стать Королевой. Таким образом, удовлетворены все амбиции, власти всем будет вдоволь. Разумеется, мы разграничим сферы влияния. Это будет чисто деловое супружество. В настоящее время никакие другие связи или отношения меня не волнуют и не интересуют.

— Превосходно! — проговорила Ирис, торжествующе улыбаясь.

— Ну уж — нет! — крикнул Бинк, понимая что его намерение остаться в стороне перечеркнуто. — Вы оба — предатели Ксанфа! Я не позволю этого!

— Это ты-то не позволишь?! — издевательски засмеялась Ирис. — Черт побери, да кто ты такой? Бесталанный урод!

Ну вот — теперь истинное ее отношение к нему, наконец, проявилось сполна. Иначе и не могло быть, если уж она нашла новый объект, способный удовлетворить ее желания и притязания.

— Не относись к нему столь легкомысленно, — спокойно посоветовал Трент. — Бинк, да будет тебе известно, в своем роде тоже Волшебник.

Бинк ощутил внезапный, могучий прилив благодарности за такие слова одобрения и поддержки. Он по инерции сопротивлялся этому чувству, не желая, чтобы лесть, как и оскорбление, сбила его с выбранного пути; ведь Злой Волшебник мог сплести из слов такую сеть иллюзий, которая была вполне способна соперничать на равных с тем, чего Волшебница добивалась своей магией.

— Я — не Волшебник, я просто люблю Ксанф. И предан истинному Королю.

— Этой дряхлой развалине, что выгнала тебя из страны? — язвительно спросила Ирис. Ему уже не под силу сотворить даже маленький пыльный столбик. К тому же он сейчас болен и скоро так или иначе умрет. Вот почему пора действовать. Трон должен достаться Волшебнику!

— Хорошему Волшебнику! — поправил Бинк. — Не злодею-трансформатору или жадной до власти стареющей бабе… — Он замолчал, чтобы не вырвалось что-либо еще более обидное.

— Ты смеешь так со мной разговаривать! — завопила Ирис голосом гарпии. Она была в такой ярости, что образ ее расплылся и вновь стал почти дымком. — Трент! Преврати его в жука-вонючку и наступи на него!

Тот покачал головой, с трудом сдерживая улыбку. Он явно не испытывал к Волшебнице эмоциональных интересов. Ирис только что показала, с какой охотой она готова продать свое тело, украшенное с помощью иллюзии, за власть.

— У нас заключено перемирие.

— Перемирие? Чепуха! — Дым превратился в пламя — настолько силен был ее гнев. — Он больше не нужен тебе! Освободись от него!

Трент остался непреклонным.

— Если я нарушу денное ему слово, то как же, Ирис, ты сможешь доверять мне?

Это отрезвило ее и произвело на Бинка хорошее впечатление. Между двумя могущественными повелителями магии явно ощущалась тонкая, но существенная разница. Трент оставался мужчиной в самом лучшем смысле этого слова.

И все же Ирис была недовольна.

— Я полагала, что такие перемирия действуют лишь, пока заключившие его не вышли из джунглей.

— Опасности встречаются не только в джунглях, — тихо проговорил Трент.

— Что? — переспросила она.

— Если я нарушу свое слово так внезапно, то и все перемирие окажется обесцененным. Тогда Бинк, мисс Хамелеон и я разойдемся навсегда.

Этот человек казался совершенно справедливым. И Бинку было ясно, что он должен примириться с ситуацией и уйти немедленно. Однако вместо этого прирожденное упрямство вынудило его вызывающе заявить:

— Я просто так не уйду! И не могу уйти, зная, что вы замышляете завоевать Ксанф.

— Ну, Бинк, — рассудительно сказал Трент, — я ведь никогда не обманывал тебя относительно своих истинных целей. Мы с самого начала знали, что наши дороги разойдутся. Наше перемирие было заключено перед лицом неизвестности и угроз, а не на основе общих планов. Не так ли? Я должен выполнить обещания, данные манденийской армии, замку Ругна и — теперь вот Волшебнице Ирис. Мне, конечно, жаль, что ты не одобряешь этого — мне хотелось бы обратного. Но мое завоевание Ксанфа, как ты это называешь, было, есть и останется моей миссией. Сейчас я прошу тебя оставить меня — оставить со всей любезностью, на какую Ты способен. Имей в виду, я питаю уважение к твоим мнениям и мотивам. Даже когда высшие соображения говорят, что ты ошибаешься.