Чтение онлайн

— Ты должен помочь мне, — тихо сказала она, и ее слова пронзили Николая.

Он видел только ее шевелящиеся губы, голоса же слышно как будто не было, он странным образом звучал у него в ушах. Николай вообще не ждал, что она заговорит. Думал, что все это только его воображение.

Голос женщины доносился словно издалека, хотя она стояла в двух метрах от него. Как только она заговорила, в ушах у него раздались и другие звуки: сердитые голоса, незнакомое щебетание птиц. В комнату устремился густой аромат цветов.

— Ты сам и твоя семья находитесь в опасности… И луна тоже. Ты должен…

В этот время зазвонил телефон, и неведомый мир вдруг сделался прозрачным.

Проступили силуэты привычной мебели, вещи постепенно приобрели форму и цвет. Лампа возле станка погасла. Серебристый свет над кустами поблек, листья потемнели. Очертания стоявшей перед ним женщины начали расплываться. Она протянула руку, словно пытаясь остановить происходящее, на лице у нее мелькнула растерянность. Но и она сама, и все, что ее окружало, таяло и расплывалось, словно туманная дымка.

Комната постепенно приобретала прежний облик. Телефон продолжал звонить. Наконец Николай побежал в ванную к ближайшему аппарату.

Звонил Патрик.

— Максим дома?

— Нет, он в отъезде.

— Он приедет сегодня вечером?

— Не знаю, скорее всего, завтра или послезавтра.

— А с Лидией можно поговорить?

— Ее тоже нет дома. Я не знаю, где она.

— Николай, я знаю, что на тебя можно положиться, — вдруг очень серьезно сказал Патрик.

Николай промолчал — слова Патрика удивили его.

— Я должен задать тебе один вопрос, но просил бы, чтобы это осталось между нами. Обещаешь?

— Да, конечно, — ответил Николай.

— Молчание заслуживает награды, и мы еще вернемся к этому, — пообещал, Патрик. — А сейчас скажи, твой отец перед отъездом ничего не говорил о луне?

— О луне? — Николай быстро взглянул в черноту окна, он подумал, что ослышался.

— Нет, нет, ты не ослышался, — словно угадав его мысли сказал Патрик. — Я не шучу, мне очень важно это знать.

— По-моему, нет… Он вообще никогда не говорит о погоде. Даже когда холодно или льет.

— Ну, а о царе, например, он никогда ничего не говорил?

— А какое царь имеет к нему отношение?

— Вопросы задаю я, а ты должен только отвечать.

Николаю не понравился строгий тон Патрика.

— Ты уверен, что ничего такого не слышал?

— Уверен.

— Николай, это очень важно. Пожалуйста, скажи мне, если что-нибудь вспомнишь. Или вдруг услышишь, что родители говорят о луне или о царе.

— Зачем тебе это? Глупость какая-то.

— Сейчас я ничего объяснить не могу. Это будет сюрприз.

— Хорошо, скажу. Послушай, Патрик, — Николай вдруг осмелел и хотел — спросить у него, зачем он следит за их домом.

Но Патрик засмеялся и положил трубку.

Этот странный разговор заставил Николая забыть о чудесах, которые только что происходили в его комнате. Громкий стук вернул Николая к действительности, он не сразу сообразил, что это хлопнула входная дверь.

Он подкрался к перилам и посмотрел вниз. Это был Максим. Портфель он швырнул на пол. Чемодан валялся у двери, на него были брошены шляпа и перчатки.

— Лидия! — крикнул Максим. — Лидия!

Теперь Николай уже не видел его, но слышал, что он прошел в кабинет.

Николай стоял на галерее. Отец даже не заметил его.

А сам он не мог заставить себя крикнуть: «Папа, как хорошо, что ты вернулся!» Не мог заставить себя сбежать к нему. Радости от возвращения отца он не чувствовал.

«Почему так?» — думал он, прижимаясь к стене.

Максим, которого обычно в кабинете не было слышно, на этот вел себя очень шумно. Он с грохотом выдвигал и задвигал ящики, хлопал дверцами шкафа, шуршал бумагой. Стулья скрипели, шаги сердито мерили кабинет, и все время оттуда доносилось какое-то непонятное бормотание.

Николай тихонько спустился по лестнице и подкрался к кабинету. Он трижды останавливался и прислушивался, но Максим продолжал шуметь, очевидно, уверенный, что, кроме него, дома никого нет.

Яркий свет резал Николаю глаза. Люстра, висевшая между полом и потолком, казалась тяжелой от переливающихся хрустальных подвесок. Николай всегда боялся, что она упадет ему на голову. Спускаясь по лестнице или пересекая холл, он избегал проходить под люстрой.

Дверь в кабинет была закрыта неплотно. Отец склонился над письменным столом и что-то искал среди папок с документами. Несколько папок валялись на полу, бумаги из них выпали, но отец не замечал этого.

В кабинете царил непривычный беспорядок. Николай застыл в изумлении. Отец, который ненавидел беспорядок, учинил у себя настоящий разгром. Стол и пол были завалены бумагами. Отец наступал на них и даже не замечал этого. Ящики стола были выдвинуты, дверцы шкафа распахнуты.

Что это с отцом?

Николай в растерянности застыл на пороге, не думая о том, что отец может заметить его. Максим стоял к нему спиной и швырял бумаги в разные стороны. Наконец он оглянулся, но Николай успел отскочить и спрятаться за старинное кресло.

Максим схватил телефонную трубку и набрал номер.

— Эллен? Это Максим. Дитер дома? Разыщи его и скажи, что мы обязательно должны встретиться сегодня вечером… Что?.. Почему невозможно?.. В Париже? Какого черта он там делает? Ну, а завтра? Скажи, что он должен приехать, у меня есть для него хорошие новости. Нам необходимо держаться друг друга, нашу семью ждет неслыханное богатство… Предупреди Веру и Патрика. Мне даже некогда позвонить им.

Не попрощавшись, он положил трубку.

В кабинете стало тихо, и Николай услыхал голос отца:

— Где же все-таки Лидия?

Максим выбежал в холл. Николай, весь сжавшись, притаился за креслом.

Максим взлетел по лестнице, промчался по галерее и распахнул дверь в спальню Лидии.

— Лидия! — крикнул он и тут же снова захлопнул дверь.

— Лидия! — опять крикнул он, спустившись вниз. — Неужели она не оставила даже записки?

Он осмотрел телефонный столик, обшарил кухню, пробежал по всем комнатам. Но Николай знал, что записки он не найдет нигде — ведь его ждали не раньше завтрашнего вечера.