Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

Он вынул яблоко и разделил его на четыре части. Ого, как это было вкусно!

"Гарт и Гнор, - думал Митька.
– И третье имя на ту же букву. Может быть, просто Гав-Гав? Едва ли!"

Он доел яблоко и встал.

– Решено, - сказал он.
– Веселый Трубочист, у меня к вам просьба. Возьмите из вашего мешка немного сажи и вымажьте мне лицо.

Вот так раз! Даже Веселый Трубочист удивился, хотя ему-то уж не в диковину были запачканные лица. Не удивилась только Старая Галка. Впрочем, ей некогда было удивляться, потому что Галчонок в эту минуту подавился мухой. Он разинул рот, услышав Митькину просьбу, и в рот влетела муха.

– Вымажьте мне лицо сажей, - твердо повторил Митька.
– Я хочу быть похожим на вас. Понятно?

Веселый Трубочист засмеялся.

– Понятно, - сказал он и в одну минуту вымазал Митьку сажей.

Для большего сходства он насыпал сажи ему за шиворот, за пазуху и в штаны. Это было не очень приятно, но Митька не сказал ни слова. Недаром у него было отважное сердце.

– А теперь, - сказал он, - у меня к вам еще одна просьба. Дайте мне вашу метлу, веревку и большую ложку.

– Я все поняла, - сказала Галка.
– Счастливого пути!

– Спасибо, бабушка, - отвечал Митька.
– Не поминайте лихом.

– Мама, - с ужасом спросил Галчонок, - куда он идет? Зачем он намазался сажей?

Галка молчала. Она, разумеется, не плакала - хотя бы потому, что птицы вообще не плачут, но все-таки украдкой сморгнула слезу.

– Товарищи, без слез, - строго сказал Митька.
– Желающие могут проводить меня один или два квартала. Веселый Трубочист, почему вы такой невеселый? Ведь вы, кажется, говорили, что вы - последний весельчак в этой стране! Ну-ка, на прощание, спойте нам вашу песню:

Пять рыцарей бесстрашных,

Веселых пять сердец,

Мы шею Кощею

Намылим наконец!

И Митька ушел. Это был уже не Митька - и родная сестра его бы теперь не узнала! Это был маленький трубочист, запачканный сажей, с черным лицом, с черными руками. За плечом у него висели метла и веревка, в руке он держал мешок с сажей и большую складную ложку. Куда же он шел? В Кощеев дворец! Он решил узнать третье имя от самого Кощея...

Не так легко попасть в Кощеев дворец, если очень долго думать - кого бы спросить, да как бы пройти, пустят ли, да ведь, наверное, не пустят! А Митька долго не думал - он просто постучался на кухню и сказал:

– А вот кому трубы почистить!

– Пошел вон, бездельник!
– заворчал на него повар.
– Знаем мы, какие трубы ты чистишь! Ты чистишь карманы, негодяй! Да здравствует Кощей!

– Дяденька, напрасно вы так думаете, - спокойно отвечал Митька.
– Вы не смотрите, что я такой маленький. Я, поверьте, не меньше труб вычистил на своем веку, чем вы испекли пирогов.

– Ваше превосходительство господин тайный советник, - сказал повару его помощник.
– Осмелюсь заметить, что в левом дымоходе главной печки вашего превосходительства сегодня загорелась сажа. Может быть, вы позволите этому негодяю, как вы изволили выразиться, посмотреть, в чем там дело, а потом доложить вам?

Главный повар нехотя кивнул головой, и Митька был допущен на кухню. А из кухни, как известно, можно пройти в столовую, из столовой в другую столовую, а из другой столовой в третью. Из восьмой столовой в девятую, а из девятой в десятую. Митька шел и не оглядывался. Оглянешься - оступишься, оступишься - заблудишься! И вдруг "рр-ав, ав, ав!" - где-то зарычала собака. Раз!
– Митька нырнул в камин. Вот так камин! Он был выложен мрамором, и на каждой плите высечен Кощеев знак - две собачьих ноги крест-накрест. Но Митька не стал особенно удивляться. Подумаешь, камин! Он спрятался в угол и стал ждать.

"Посмотрим, - думал он, - что будет дальше?"

И вот в столовую вошел - кто бы вы думали? Младший Кощеев брат. Он был все еще в клетчатых штанах, но уже без очков и с перевязанным глазом.

"Молодец бабушка, - подумал Митька.
– Здорово угодила".

– Да здравствует Кощей!
– сказал младший Кощей.
– Позволь доложить, о великий Кощей! Поиски не привели ни к чему. Галка и мальчик исчезли бесследно.

"Вот так штука, - подумал Митьха.
– С самим Кощеем разговаривает? Да где же он?"

Он осторожно выглянул из камина. Под столом? Никого. Под буфетом? Тоже. Митька взглянул наверх - и обомлел. Кощей, как муха, ходил по потолку.

– Убить всех галок, - сказал с потолка Кощей.
– А мальчишку найти, ослепить и сжечь.

"Вот спасибо, - подумал Митька.
– Как бы не так!"

– Позволь доложить, о великий Кощей, - сказал младший Кощей.
– Щука сдохла по твоему приказанию. Она, оказывается, действительно была недовольна тем, что ты изволил за обедом съесть ее щуренка. Печной горшок положен в ларец и доставлен сюда. Мастер Золотые Руки ждет твоих распоряжений.

– Позвать его сюда, - сказал Кощей.

Только что он это сказал, как за дверью раздались шаги, и высокий человек с добрым и смелым лицом вошел в комнату. У него была широкая грудь, широкие, сильные плечи, но больше всего Митьке понравилась его борода, короткая и кудрявая, как у папы. Это и был Мастер Золотые Руки.

Трах-тарарах! Кощей скатился с потолка на стол и сел, кряхтя и потирая спину.

– Мастер, - глухим голосом сказал он и уставился на Мастера мертвыми глазами, - это ты заковал ларец?

– Да.

– И никто, кроме тебя, об этом не знает?

– Никто.

– А ты знаешь, что находится в этом ларце?

– Мне сказали, что Девочка Доброе Сердце возвращается на родину, что ты подарил ей этот ларец с чудесными подарками - скатертью-самобранкой и семимильными сапогами. Я заковал ларец, чтобы в далекой дороге никто не украл эти драгоценные вещи!

Кощей задумался.

– Ты заковал мою смерть, - сказал он.
– А теперь я прикажу навеки заковать тебя в цепи, чтобы ты никогда и никому не мог передать эту тайну. Ты будешь сидеть в цепях до тех пор, пока ты ее не забудешь. Что же ты не кричишь: "Да здравствует Кощей!"?

Но Мастер Золотые Руки молчал.

– Гаус!
– закричал Кощей.

– Рррр-ав-ав!
– И тощая хромая собака вбежала в комнату и встала на задние лапы перед Кощеем.

"Ата, вот и ты, голубушка, - подумал Митька.
– Вот как тебя зовут. Гаус!"

И он стал твердить в уме это имя.

– Надеть на Мастера цепи, - приказал Кощей.

И страшная собака принялась за дело.

– Ррр-ав!
– зарычала она.

И горн с мехами вдруг очутился в комнате, как будто упал с неба.

Поделиться с друзьями: