Чтение онлайн

стала расступаться, пропуская невысокого человека в сильно потертом сюртуке. Как

вы уже, наверное, догадались, это был изгнанный из города чиновник. За ним в ногу, словно

гвардейцы на параде, маршировали шесть венских стульев.

«Видите, что вы сделали с судьей? – принялся, подойдя ближе, укорять стулья

чиновник.
– Разве честно было с вашей стороны устраивать в его доме заговор? Это похоже

на месть, а ей не должно быть места даже в ваших деревянных сердцах. Немедленно

разыщите всю пропавшую мебель и уговорите ее вернуться в свой дом!»

Выслушав речь чиновника, стулья зацокали ножками по булыжной мостовой и

скрылись из глаз. Не прошло и четверти часа, как бездыханный доселе судья открыл глаза,

потянулся и стал на глазах молодеть. Когда, стряхнув с груди своей розы, судья восстал,

наконец, из гроба, это был уже хорошо всем знакомый брюнет тридцати с лишним лет, с

упрямым взглядом черных, из-под густых бровей глаз!

Пока толпа охала и ахала и поздравляла судью с нежданным воскрешением,

подозреваемый во всех вышеописанных злоключениях чиновник куда-то исчез. В Самаре он

так никогда больше и не появился. Говорят, его видели в тот же день в ста верстах от

города, в селе Богатом, покупающим в скобяной лавке петли для дверей. Впрочем, могли и

ошибиться.

А вся сбежавшая от судьи мебель действительно вернулась в его дом. Не хватило

только одной кухонной табуретки. Говорят, ее сожгли беспризорные мальчишки, греясь на

берегу Волги у ночного костра.

Говорят, кому срок пришел - а срок этот лишь в небесной канцелярии известен, - тому

с облака голубиная книга упадает. Книга эта только с виду обычная, а на самом деле с

секретом. Раскроешь ее, начнешь читать - и буквы, из которых слова всякие составлены,

оживать начинают. Разбегаются, как муравьи, к краям страницы, там и остаются. А на

свободной середке картинки всякие являться начинают, какой-то забуквенной, уму

незнакомой страны. Кто читал эту голубиную книгу, тот знает. Я не читал. Не упадала

таковая книга мне с облака - видать, еще срок не пришел.

Говорят, ни купить, ни украсть, ни добыть какими другими хитростями ту книгу

нельзя. А если и раздобудешь - что толку? Буквы в той книге для тебя не оживут, строки

прямыми, как железные прутья, останутся. Прочтешь только то, что написано. А написано

только то, что давно всему миру известно.

 

Жил лет сто тому назад в селе Подгоры юродивый Сашка - неудавшийся сказитель.

Неудавшийся, потому что знал и рассказывал всего лишь одну сказку - о трехглавом

драконе. Зато какую! Прилетал будто бы трехглавый дракон каждую ночь в заброшенный

сарай на краю села, где Сашка жил, съесть юродивого пытался.

Обитал тот дракон где-то в подземелье. Зубы у него были, как колья, из каждой пасти

огонь трескучий валил. Сашка с тем драконом деревянным мечом сражался, до рассвета все

три головы отрубить ему успевал. Да только вырастали у дракона, как в сказке и водится,

новые головы, и опять и опять прилетал он в заброшенный сарай.

Сказка сказкой, а жутко, дуром кричал Сашка каждую ночь. Будто бы его и впрямь

невидимый кто-то терзал. Корчился на соломе, как на сковородке червяк... Одно слово -

юродивый!

Продолжалась эта история не один десяток лет. Но вот сменился в подгорской церкви

священник - приехал на место старого молодой. Ох и невзлюбил новый священник

юродивого Сашку! Стал против него активную пропаганду вести. Сашка этот, дескать,

бесами одержим, большую беду на село навлечь может. Необходимо срочно прогнать его из

села.

Убедил, в конце концов, новый священник местных мужиков. Посадили они Сашку в

лодку, отвезли на другой берег Волги и там оставили. Иди, дескать, куда глаза твои глядят!

Отвезли мужики Сашку на самом рассвете. А на другой день, ближе к обеду, в

Жигулях землетрясение началось. И умудренные опытом старожилы такого землетрясения

не помнили. Словно бы чудовище какое под землею проснулось. Зашевелилось, заскребло во

тьме когтями, пытаясь сбросить со своего хребта толстые пласты земли!

Больше суток жигулевскую землю трясло. Поплыли тогда - куда деваться?
–

суеверные мужики за Сашкой. С новым священником и советоваться по этому поводу не

стали. «Это нам за Сашку наказание послано, - рассудили.
– Испокон веков на Руси

юродивых не трогали, последним куском хлеба с ними делились».

Отыскали, слава Богу, за Волгой Сашку, привезли его обратно в село. И вскоре –

хотите, верьте, хотите, нет!
– землетрясение прекратилось. Уснуло под землей опасное

чудовище, перекипело, по непонятной причине, в своих безумных желаниях.

Дожил юродивый Сашка до девяноста с лишним годков. Даже у тех мужиков,

которые ему в сыновья по возрасту годились, давно уже кожа заголубела. Сидя на

завалинках своих домов, и жарким летом кутались они в овчинные тулупы. А Сашка, как в

детстве далеком, все босиком по снегу ходил!

Но вот настала такая ночь - Сашка первый раз в жизни дуром не кричал. Крепко, как

все, проспал короткую летнюю ночь. Вышел, чуть развиднелось, из сарая и смеется:

«Баста. Нет больше трехглавого дракона».