Скидбладнир: Золото и чешуя
Шрифт:
– Вообще-то Уч'Атам мертв, а связаться с вами никто не может. Тут куинги завелись и чуть не истребили всех.
– Чего?!
– удивилась она. Махнула рукой и перед ней открылось окно показывающее округу.
– АААА! Что вы сделали с моим городом?!
– Эм...
Как-то тут подобрать слова сложно.
– Мы его как бы от куингов спасли...
– У-у-у-у, - схватилась она за голову и упала на диван.
– Так долго его делала...
– Извините...
– Ладно уж, - вздохнула она.
– Все равно хотела все обновить. Избавьтесь от помех в реальности и считайте, я вас простила.
Поднялась.
– А как вообще армия ада сюда пробралась?
– Это я разрешила, - опустила голову Нашата.
– Простите меня. Мы были в опасности. Я не могла дозваться вас через врата. А иного выхода не было...
– Нашата была готова расплакаться. Упала ниц и лежала, так дрожа перед своей богиней.
– Не ругай ее, - попросила Ванда.
– Если бы она не разрешила, всех нас съели бы куинги.
– Да я и не собиралась, - почесала она затылок.
– Вставай, - подошла к своей последовательнице и помогла ей подняться. Юань-ти с таким шоком смотрела на свою богиню. Видать ей наговорили, какая она суровая, а тут такая забота. Да и в форме змеи она довольно устрашающая.
– Что там у вас за проблема?
– Уч'Атам умер, - с трудом сказала она.
– Нужно выбрать нового. Претенденты ждут вашего слова. А меня отправили с ребятами, чтобы я принесла весточку от вас.
– Всего-то?
– пожала плечами Хассатиес.
Она подняла руки, и в них появилось некое ожерелье из золота и драгоценных камней, в центре которого камень похожий на змеиный глаз.
– Вот моя весточка, - улыбнулась богиня.
– Глаза Дикой Змей.
Нашата завороженно смотрела на украшение. Она опустилась, склонила голову и протянула руки.
Но Мать Змей решила не давать ей в руки украшение, а просто надела на нее.
Когда ожерелье легло на шею Нашаты та в шоке уставилась на богиню.
– Теперь ты, Уч'Атам, - нарекла богиня.
– Что?
– растерялась змейка. Она в истинном ужасе.
– Я не могу! Я не достойна! Меня даже в претенденты не выбрали!
– Ну и где эти претенденты? Чего они сами не пришли? Так за свои хвосты боятся?
– фыркнула богиня.
– Настоящий Уч'Атам должен не только верно служить мне, но и принимать тяжелые решения. Порой даже ужасные, чтобы спасти свой народ. Ты достойна, я вижу это! Ты Уч'Атам, да будет воля моя!
Вся комната задрожала.
После этих слов Нашата все же упала в обморок. Ее вовремя поймал Рэй.
– На этом думаю все, - вздохнула богиня.
– Теперь можно отдохнуть.
– Обрадовалась она.
– Да, Невера позвать можешь?
– Здесь нет, почта не работает.
– Жалко, - надула она щеки.
– Ну, тогда отправляйтесь обратно.
– Вам тут должок припоминают, - сказал Рэй.
– Господин Майхар Симеар просил напомнить вам о долге.
– А, этот старикашка, - скривилась Хассатиес.
– Ладно. Вот, - она подошла к тумбочке и достала оттуда целую пачку старинных виниловых пластинок.
– Передай ему. Их было довольно сложно достать.
– Хорошо.
Палач их взял и убрал в инвентарь.
– Народ, я скоро вернусь к вам. Пусть пока и Нашата проспится, - махнула рукой Ванда.
– Скорее, новая серия начинается!
– Иду!
– сказала она, прихватив с собой Алису.
– А?
– только и сказал она, когда ее поволокли к дивану.
– Морр спаси меня.
Но ответить я ничего не успел, так как оказался перед воротами пирамиды. Рядом со мной стоял ничего не понимающий Рэй. Девчонки, похоже, остались там.
– Это намек для нас, чтобы не мешали им, - хмыкнул Рэй.
– Надеюсь, Алиса переживет двойной поток упоротости от двух Ванд, - заволновался я.
– Ну, Хассатиес вроде вменяема. Ответственнее и умнее моей сестры. Если она такая же, то надеюсь, кабачки и на нее тоже действуют. Будет новому правителю подсказка как влиять на своего бога.
– Жестоко.
– Зато справедливо.
– Ну да.
– Я пойду, пластинки отнесу.
– А я тогда прогуляюсь. Может, кому моя помощь нужна.
– Удачи.
Рэй исчез, а я, раскрыв крылья, полетел вниз. Свободное время нужно чем-то занять, и надо лучше держаться подальше от большого числа народа, иначе без Алисы тут долго не протяну. Забавная все же эта Хассатиес.
Надеюсь, с девчонками все будет хорошо...
***
В два Скачка он спустился с пирамиды и побежал дальше.
Нужно как можно скорее добраться до баэлнорна и передать его пластинки, ну и получить свою награду. Рэй очень хотел скорее достать эту перчатку. Давно за ней охотился.
О Матери Змей он старался не думать. Мысль о том, что у его сестры есть копия довольно сильно пугали Палача. Он с ней одной с трудом уживается, а тут две. Он все еще корил себя за то, что помог когда-то сжульничать. Но он же не знал, что все будет так плохо. Надо будет все сестрам рассказать, чтобы осторожничали, перед тем как вести торговые дела с юань-ти.
От осознания что ему, возможно, придется их обеих терпеть по спине пробегают мурашки. Хоть тела и нет, но холодок ужаса все же ощущается.
Именно поэтому он старался об этом не думать.
Добравшись до парка, он не удивился когда это место, в отличие от всего остального тут, осталось целым и невредимым. Но вот музыки как в прошлый раз он не услышал, что немного напрягало. Дошел до башни и, как и в прошлый раз забрался наверх.
Там он увидел причину тишины.
У старого эльфа был гость. Кто-то закутанный в темно-зеленый балахон.
Он о чем-то говорил с баэлнорном, и говорил на эльфийском.
Они его быстро заметили. Незнакомец поклонился старику и пошел к краю башне, где стоял Рэй.
Спокойно прошел мимо.
– Ты нашел себе меч побольше, - с усмешкой прошептал незнакомец.
Рэй резко развернулся, но этого неизвестного уже не было. Он исчез!
– 'Это был он?' - спросил Палач. До сих пор то поражение он не забыл. Тот вечер в Арессии, когда он проиграл тому типу. После стольких лет этот тип как-то узнал Рэя и припомнил ему это.
– 'Что это было?'
Незнакомца и след простых. Будто его тут никогда и не было.
– Наконец-то принес, - сказал старик.
– Давай скорее это, сгусток.
– А, да, - он передал пластинки.
– Отлично, - улыбнулся баэлнорн.
– Вот, твоя перчатка.
Он кинул этот артефакт Рэю так будто это какая-то безделушка.
Палач поймал ее и осмотрел. Похоже на латную перчатку, но идет она как аксессуар. Надевается поверх перчатки на левую руку, так что никаких проблем с этим нет. Цвета она белого, с медными прожилками.