Чтение онлайн

— Я отдыхала, — прошипела покровительница Хазарда.

Герцог опустился на колени:

— Лукавая, прошу прощения, что потревожил. Но я хочу преподнести дар и взамен попросить отвести меня к печати.

Мужчина протянул Скипетр.

— Зачем мне подделка?

— Но…

— Посмотри на маховик.

В хрустальном кольце вращались не песочные часы, а искусно слепленная подделка из проволоки и стеклянных подвесок. Похожих на те, что придают люстрам богемный шик.

Новый король тихо выругался. Фаррел кулаком скрыл улыбку. Первый помощник оказался на шаг впереди всемогущего герцога.

— Я найду его. И отниму настоящий.

Вальда оскалилась.

— Если ты видишь, но не замечаешь двух предателей, как одолеешь Астриха?

— Разве не вы призвали…

— Я?

Щелчок пальцами, и Хазарда ударил кнут. Тонкий и шершавый, как хвост ядовитой змеи, он прочертил на щеке кровавый шрам.

— Как ты смеешь?!

— Я понял.

Герцог обернулся к принцу и королю. Волна ледяного пламени сбросила мужчин с крыши. Прощальная песнь ветра погрузила Фаррела во мрак.

В Фальконе воцарилась ночь. День, длиною в столетия, пал под мощью Скипетра. Границы в перекрёсте миров истончались до призрачной дымки, грозя развеяться в глухую полночь. Драконы возводили барьер из природной магии, демоны готовились к бойне, предвкушая пир в человеческой обители. Богов схождение не волновало, как и участь подопечных. Вымрет одна цивилизация, на смену придёт другая, и люди снова будут искать покровителей. Спрашивать совета, надеяться на помощь извне и верить в чудо, вместо того, чтобы выбирать и управлять судьбой.

Мутный шар луны выглядывал из-за сосны, проливая на опушку призрачный свет. Ветер скользил по игольчатым облакам крон, рябил гладь крохотного озерца и ласкал спящие одуванчики, в лоскуте которых притаилась мышь. Полёвка чуяла семена, но слышала уханье и не шевелилась. Коготки сжали глиняный комок, замер согнутый, подобно соломинке, хвост. Неверный шажок, и смертоносная тень растерзает зверька острейшим клювом.

Хищники смолкли, и грызун встрепенулся. Шевельнув усиками, запетлял в клочках травы. Дождался, совы улетели в чащобу, и путь к ароматным шишкам был открыт. Внезапно шкурку опалила загоревшаяся трава. Мышь отпрянула к валежнику, тот вспыхнул яркой свечкой. Опасно! Обмануло сияние луны полёвку! Затмило истинного врага! Быстро-быстро отталкивались лапки — зверёк спешил к трухлявому пню, к вырытой между корнями норке.

Савана отвернулась от беглянки. Дунув на пальцы, где заискрились молнии, богиня расправила дымчатую шаль и принялась переплетать нити. Аккуратно и неторопливо она обжигала волокно и связывала рисунок, подобный щиткам на собственных крыльях. Катался по траве клубок из паутины каречарта, чей укус мгновенно убивал человека, обездвиживал демона, даже покровителям грозил слепотой.

Виверна не боялась паука. Столетиями она приручала ядовитого хищника. Поглаживала изумрудное брюшко, подносила мышей и птиц, сидела рядом, пока трапезничал хозяин оврагов. В посторонних каречарт плевал ядом и поедал живьём, Саванне позволял сматывать старые сети. Знала богиня: оплавленная молнией нить становилась прочнее стали. С виду — тончайший платок, ажурный и пропускающий свет солнца, по-настоящему — непробиваемый щит. И всё благодаря грозе. Однажды на бор обрушилась непогода. Ураган вывернул сосны, ливень затопил луга и превратил ручьи в водопады, но не задел владения каречарта. Вспышки поджигали деревья как лучину, обращали траву в пепел, но по кокону паука скользили, словно по маслу. Так Савана узнала о силе природы.

Протяжный крик совы заставил гордую рукодельницу нахмуриться. Что ей понадобилось? Тоска заела в болотах? Или притаилась, чтобы ударить в спину? Притворяется, будто не помнит о стражах чащобы!

— Не прячься, — богиня смотрела в упор на разбитую молнией сосну, — зачем пришла?

С острых, точно стрелы, обломков спрыгнула ящерица. Кожа лопнула, раздался хлопок, и на опушке закружилась вьюга. Словно живые крутились пчёлы-снежинки, сплетались в женскую фигуру. Чешуйки на руках и шее, плавно переходящие в пышное платье, высоко поднятый подбородок, клубящиеся волосы-змеи — с королевским величием гостья взирала на хозяйку сосновых дебрей.

Метель стихла, и фигура ожила.

— Впечатляет, — виверна теребила шаль, — но ради чего?

— Не только ты способна удивлять.

Улыбаясь, Вальда стряхивала с плеч льдинки. В сиянии луны она казалась горгульей, высеченной из гранита и инкрустированной каплями жемчуга.

— В Фальконе ночь. Ты знаешь, почему.

Шипами крыльев Савана переплетала волосы в косу, «случайно» оставляя на сосне глубокие борозды. Прежде никто не смел тревожить богиню на её территории.

— Пробудился Скипетр, граница между мирами размыта.

— Века миновали, словно день, — уроборос подмигнула отражению в озерце, — казалось, только вчера мы видели гнев демона. Я потеряла герцога, ты вынудила дерзкого мальчишку вступить в бой, и время в Лигурии остановилось. Настал черёд завершить партию, ты так не считаешь?

Резким взмахом Савана выдернула из причёски пряди около висков и закрутила в тугие кудри. Совы на верхушках деревьев протяжно ухали, словно успокаивали хозяйку.

— Что ты хочешь?

— Напомнить про договор, заверенный Неротом, — Вальда сжимала свиток, — побеждает Астрих — я навечно признаю твоё верховенство и покидаю лес. Хазард докажет право на корону — в присутствии всех богов ты преклонишься и назовёшь меня сильнейшей.

— И ни один поступок мы не совершим без согласия могущественнейшей.

Уроборос хищно улыбнулась:

— Бой начался, твоя сторона уже ослабла. Жена запугана, дочь едва способна дышать и вовсе без покровителя. Помощи никакой, только хлопоты и впустую потраченные силы. Одна фигура против трёх…

— Оставь меня в покое.

Виверна взмахнула крыльями, и в воздухе закружились срезанные одуванчики.

В ночной тиши смех Вальды звенел подобно колокольчикам.

— До встречи.

Богиня растворилась в вихре колких льдинок. Хитрюга-ветер бросил горсть в Савану, кристаллики ударились о шаль и вонзились в землю тончайшими иглами.

— Змея, — мановением ладони покровительница развеяла заклятие, — ещё посмотрим, кто кого.

Платок повис на ветвях, клубок закатился под корни сосны.

— Есть то, что сокрыто даже от тебя, хитрейшая.

Сойдя с поваленного дерева, богиня присела над озерцом. Лес рябился, луна улыбалась и словно подбадривала драконницу.

Дуновение, и на глади замерцало зеркало. Окутанный серебряным саваном бор исчез, гладь отразила заброшенный дом. В кресле, на усыпанном сухими листьями балконе, дремала девушка. Медно-рыжие локоны трепетали на ветру, веки дрожали, будто она видела кошмар и силилась открыть глаза. Силилась, но наваждение не отпускало.

— Просыпайся, — Савана касалась спящей, убирая волосы за плечо, — ход за тобой.

Что-то влажное и щекотное коснулось лица Фаррела. Облизнуло висок, тоненько заскулило и ткнуло в щёку.

Принц открыл глаза и нос к носу столкнулся с щенком сашеры. Короткие лапы, густая шерсть шоколадного оттенка, согнутые уголком ушки — чем не плюшевый волчонок? Любопытный, игривый, не ведающий вкуса человеческой плоти, через полгода он научится разрывать добычу на куски.