Чтение онлайн

– Э, нет. Только начал что-то делать, мелочи одни, гвозди да подковы.
– помотал тот в ответ головой.

– Торговля. Но нужен капитал. Каждый по паре золотых получил с ярмарки, но этого явно мало. Да и с языком пока еще туго. В общем, - подвел итог Романов.
– решили так, на рожон не лезем, продолжаем учиться, стараемся разузнать побольше, думаем, деньги откладываем в общую кассу. Полгода -- это минимум. Все согласны? Вот и порешали.

17. Апрель. 821. Белые Яблоки.

Света разливала кипяток по горшочкам, заполненным травами, вспоминая что почти точно так же когда-то делала бабушка. Она была ещё маленькой и с родителями на лето уезжала в деревню. Из окон светило теплое утреннее солнце, а в воздухе сладко пахло травами. Конечно, та заваривала обычный чай, а не целебные настои, но все равно было очень похоже. Девушка безумно скучала по своим родным, родителям, бабушке. Но горечи в воспоминаниях уже не было, остались одни радостные моменты. Обиду вызывает только то, что не было возможности связаться с ними. Хоть самую маленькую весточку послать! Намекнуть, что всё хорошо, что она в порядке! Ведь на земле даже тела не осталось! Она просто пропала!

А еще Света думала о том, что сказал недавно Паша. Стоит ли пытаться вернуться, если это связано с риском. Иномирянка и сама не раз задавала себе этот вопрос, и всегда отвечала: "Да, стоит! Что угодно, лишь бы вернуться!" Но не в последнее время. Что бы ей сказали родители? Они ни за что не позволили бы ей этого. Пусть их дочь и далеко, но зато она жива, у неё есть еда, крыша над головой, она в безопасности. И Светлана больше не могла уверенно ответить...

– Слишком много кипятка налила!
– высказала подошедшая Анка.

– Не много.
– спокойно ответила Белова. Забавно, но девочка до сих пор считала её дикаркой прибывшей непонятно откуда, не способную даже говорить нормально и которой надо объяснять каждое действие. А ещё, жутко ревновала к бабушке. Потому что та рассказывает свои секреты не только своей внучке, а ещё и какой-то дуре не способной даже теста замесить.

– Да ты...
– злобно хотела ответить внучка травницы, но с улицы раздался звук падения чего-то тяжелого. 

– Бабушка!
– взвизгнула Анка и девушки выскочили из дома.

Даница стояла, оперившись о колодец и прижимала руку к сердцу, у её ног валялось ведро.

– Что случилось, бабушка?!
– внучка её подхватила под руку - Тебе же нельзя напрягаться!

– Опять сердце болит?
– спросила Света, помогая усадить женщину на землю. 

– Жаба грудная... душит.
– простонала травница.
– Ох, дочки... помираю...

– Нет, бабушка!
– воскликнула Анка.
– Мы сейчас все принесем!

Девушки кинулись в дом и принялись шарить на полках в поисках настоев. 

– Вот, боярышник и валериана!
– крикнула внучка схватив горшочек.
– Чего ты там копаешься, дура!

– Этого мало!
– рявкнула Света в ответ, удивившись этому сама, и продолжила собирать нужные лекарства.

Они вернулись к Данице и иномирянка, рухнув на колени рядом, начала заливать той в рот настои. Валериана и боярышник - успокаивающие, сушеница болотная - уряжающие пульс, барвинок - сосудорасширяющее. Светлана развязала шнуровку на платье травницы, затем растерла калужницу, ладони мгновенно заполыхали, начала втирать её в грудь, и чуть не отдернула руку. Камень, что висел у травницы на шее, обжог, словно маленький уголёк. Однако потом девушка решила что это из-за действия травы и закончив растирать кожу опустила ладони в оставшуюся в ведре воду.

– Ох, спасибо дочка.
– Взмокшая травница благодарно взяла Свету за руку. Боль медленно отступала.

24. Май. 821. Белые Яблоки.

– Червяка дай.
– Тихо попросил Серый стаскивая с крючка небольшого окуня. Вообще рыболовство не входило в способ заработка в Яблоках, крупных водоёмов возле деревни не было, только две небольших речушки, но для развлечения и разнообразия вполне сойдет.

– Солнце начало вставать.
– заметил Паша.
– Посидим еще немного, да и пойдем.

Его друг молча кивнул. Пару минут парни в тишине смотрели на водную гладь, затем Сергей усмехнулся:

– Помнишь я говорил что купил бы дом в деревне, мы бы на рыбалку ходили, шашлыки жрали. Вот он, считай, что дом в деревне, а времени на рыбалку и нет.

– А ты как хотел, заделаться королем, лежать до обеда, жрать сколько захочешь? Да чего я спрашиваю? Знаю же тебя как облупленного!

– Это да, кто бы отказался?
– хихикнул Серый.
– Хотя, и так всё неплохо сложилось, могло быть и хуже. В рабство могли попасть, куда-нибудь. 

– Да кому такой раб нужен? За бесплатно бы не взял, от тебя не работа а саботаж один.
– подколол друга Павел. 

– Кто бы говорил. Сам-то чем круглые сутки занят?

– Как чем, я охочусь, добываю мясо. Стрелы, силки делаю. 

– Ну да, ну да.
– рассмеялся Сергей.
– Кстати, хочу к плотникам сходить. На Юра конечно, можно и дальше работать, но нужно учиться и самому что-то делать. 

– Это правильно.
– согласился Паша.
– Да вообще, я думаю... ну чего мне возвращаться? Чем я дома бы занимался? Да тем же самым, работал бы круглые сутки за гроши! Возвращаться из-за того что сортир теплее? Любива ещё, всё так же жмётся. Девка то шикарная! Жениться что ли?

– Мда, а народ-то приспособился.
– констатировал друг.
– Ты, вот, жениться думаешь, Ирку с этим парнем, местным, видел...

– Ооо, успехов ему!

Парни вновь замолчали, хотя рыболовный настрой уже пропал. 

– Знаешь чего мне не хватает?
– вздохнул Серый.

– Чего?

– Раммштайна. Ich will!
– он поднялся и начал разминать затекшую шею.
– Ладно, пойдем что ли? Всю рыбу болтовней распугали...

3. Сентябрь. 821. Белые Яблоки.

Колокольный звон радостно извещал округу о союзе двух молодых душ. Возле церкви собралась почти вся деревня. Ира в ярко-красном пышном платье держала за руки Марку в белоснежном камзоле, штанах и сапогах. Золотистые волосы девушки были переплетены десятком длинных красных лент, которые затем завязывались на запястьях жениха. Они стояли прямо перед ступенями, на которых возвышался священник и читал молитву.

– Отведайте хлеб, который отныне вам придется вкушать вместе.

Наташа, подруга, стояла неподалеку держа на белом полотенце каравай, который невеста готовила в одиночку. По команде священника она подошла и Димитий отломив по кусочку, протянул их молодым.