Сколько горя нужно для счастья?
Шрифт:
— Ты неисправим… Устало вздохнула она и бросилась в бой.
Её ладони прорезают горло как секатор кусты. Иногда от её удала голова отлетает целиком, как у дурачка, заигравшегося с циркулярной пилой. Мару та ещё гимнастка, её ноги срубают конечности как гильотина.
Мне далеко до изяществ, я действую более топорно. Беру бутылку, делаю розочку и тычу ей прямо в лица. Нас пытались затыкать ножиками, но бесполезно…
— Ахаха, идёт коза рогатая за малыми ребятами. Я изобразил рога и ими же колю глаза.
— Эй Мару, а слабо ножницы?
— Вот так? Она выпрямила руки и замкнула их как ножницы на вражеской голове.
Кровь, мозги и слюни! Моя радость…
На шум и крики люди поднимались из подвала и впадали в ужас. Кровавая баня, обстановка словно в помещение ворвался псих и начал поливать стены краской из ведра.
Добавка подумал я, но Мару опередив мой рывок, просто метнула в них ножики… Четверо упали, не успев сказать — Мама.
— Не честно! Разве убивать их на расстоянии приятнее?
— Подобные развлечения не по мне, лучше бы мы на речку сходили! Хмм, а ранее она стеснялась купаться со мной…
— Ладно в благодарность, я даже полетаю с тобой. Её глаза загорелись.
— Тогда пойдем быстрее, закончим уже тут! Она потянула меня за рукав прямиком в подвальное помещение.
* * *
Он тот, перед кем приклонялись, лебезили, он стал большим человеком, он с юных лет колол поросят, а потом плавно перешел на людей. Он убил столько, что крови с жертв хватило бы на школьный бассейн, но сейчас, он позабыл свою биографию…
Наверху происходит что-то страшное. С детства была хорошая интуиция и она еще никогда не посылала таких сильных тревожных сигналов.
К нему вломились молодые люди, парень и девушка.
— Эй какого!? Вы кто вообще! Убейте их! Пара самых преданных телохранителей прыгнули на них, но в одну секунду попадали на пол словно притворились спящими… Они уже никогда не проснуться, понял он.
— Моя спутница торопит меня, поэтому перейдем сразу к делу. У меня для тебя хорошая новость, ты можешь остаться в живых, если подчинишься моей воле и будешь исполнять то, что я скажу.
— Я не понимаю…
— Если ты не поймешь еще раз, то умрешь. Повторю! — С этого дня ты должен делать то, что я скажу! Как понял?
— Я все понял! Я сделаю так, как вы скажите, только не убивайте!
— Замечательно, первое задание — верни обстановку в прежнее состояние, убери трупы, поставь сюда других людей и жди указаний. Позднее к тебе придёт мой человек, и скажет как быть дальше. Всё понял?
— Уяснил!
— Замечательно… и скажу напоследок.
Помешательство со всей силы атакует его рассудок, я нагоняю такой страх, такую жуть, что он бы давно умер от инфаркта, но одновременно с этим я поддерживаю его жизнь. Рога растут из головы, когти прорезались из пальцев, зубы превратились в клыки адской гончей.
Я навис над ним, почувствовал запах мочи и произнес — Если ослушаешься, я найду тебя и съем!
Когда они ушли, первое что он сделал — достал из запасов склянки с пойлом и выпил залпом четыре литра, проблевался и выпил снова…
Глава 20
На обратном пути я съел пару голов и узнал, что похищение людей приобретало массовый характер. Бандиты отлавливали бедняков как бездомный собак, иногда заказы поступали на здоровых крупных мужчин… Добычу они перенаправляли в замок.
Интересно… Есть пара гипотез, но для их доказательства, нужно отведать пару высокопоставленных мозгов
— О смотри, какая-то лавочка, вроде там колбочки, посуда продается, может зайдем? Это может пригодится в материализации.
— Ты же обещал летать со мной сегодня. Мару надула щечки.
— Всё успеется, мы буквально на пару минут.
На входе из ниоткуда возник старик и обратился к нам. — Добрые люди, не пройдите мимо, помогите прожить еще один день. Глаза у него добрые… поэтому можно ограничится этим.
— Сколько монет ты хочешь? Я поднес к его носу горсть из семи монеток.
— Вы сильно выручите, если я возьму всё. Наглость второе счастье…
— Договорились. Я схватил его за грудки, чуть потрепал и стал ломать пальцы один за другим. Семь раз я услышал хруст и семь раз захотел отломить корочку хлеба…
Я не изверг какой-то, поэтому оставил его рабочие указательные, обронил мелочь на землю и сказал. — К моменту, когда мы выйдем отсюда, тебя быть не должно, если я почувствую твой запах, я найду тебя и доломаю оставшиеся.
— Ну и стоило оно того? Спросила Мару.
— Да, думаю ты права… было бы интереснее наблюдать как он ртом всасывает в себя монетки с пола.
— Я имела в виду не это!
Мы вошли, обстановка приятная… Деревянная стойка, полочки заставлены вазами, тарелками, кастрюлями, кувшинами.
— Чем могу вам помочь? Девушка, зеленоглазая, юная и всей аурой показывает, что хочет услужить.
— Мы пока посмотрим…
Дальше Мару не понимала, но начало происходить что-то странное. Он ходил, рассматривал склянки, выбирал каких размеров и сколько нужно, отсчитывал деньги, а она, она! Она кусала губы, тыкала в них перышком, как бы ненароком отстегнула пару пуговиц и выпятила декольте, часто нагибалась за прилавок, чуть ли не в позе — собака мордой вниз.
Мне кажется, или от кого-то идет недовольство, подумал он на секунду и отбросил лишние мысли, сущность, наверное, опять пытается взять контроль надо мной…
Что это за чувство такое противное? Я бы сформулировала его, как словно у меня пытаются что-то украсть, присвоить то, что принадлежит мне. Моя вещь, моя собственность, у меня пытаются забрать самое важное. Похоже я ревную… Ну вот девочка, докатилась… Я кажется впервые захотела причинить кому-то боль по собственной инициативе.
Похоже, если быть честной с собой, то я не просто хочу, чтобы он любил меня, я хочу его приватизировать, хочу, чтобы он каждую секунду думал только обо мне — когда ест, когда пьет, когда убивает кого-то…