Чтение онлайн

А Каттэйла все-таки прелесть, вот только почему душа ноет в предчувствии беды?

Лес… Вековые деревья, закрывшие разлапистыми ветвями солнце днем, а теперь и обе луны, густой кустарник, протоптанные зверьем тропки и давящее чувство скованности. Топором не размахнуться, чтоб не задеть что-нибудь, дальше своего носа ничего не видать. Все равно, что брести в потемках — да только в широких степях даже ночью ноги не спотыкаются о корни, кусты не хватают за рукав… В лесу ночью куда темнее, чем в степи, к сожалению.

Пошла уже вторая ночь путешествия по лесам эльфов — хотя как раз хозяев этого края не видать, ни ночью, ни днем. Хотя… кто знает, может быть, они прямо сейчас сидят в нескольких шагах от звериной тропы и смотрят на него, неукротимого и смертоносного в родной степи — но такого неуклюжего и беспомощного тут, в лесу, да еще и ночью.

А ведь это совсем плохо: они, может статься, и не знают, что одинокий орк, бредущий через их владения — мертв. И идут следом за ним, следят исподтишка, не понимая, что творят. Ведь мертвым не должно находиться среди живых — и точка. Так гласит обычай, старый, словно само время — и считается, что живые также должны избегать мертвеца. Но что, если живые просто не знают и в неведении не позволяют несчастному выполнять этот обычай? Предки не будут слушать никаких оправданий — кому какое дело до стенаний никчемного слабака?

Впереди послышалось журчанье — ручей весьма кстати пришелся. Да, в лесу тень, нет жгучего солнца и иссушающего ветра — но пить все равно надо, пусть и реже.

Вскоре кусты расступились, открывая не только ручей, но также маленькое лесное озеро, даже крошечное: любой Сын Ветра, разбежавшись, легко допрыгнул бы до середины. Правда, разбег тут негде взять — да и зачем? Это живые прыгают с разбега в воду — им весело…

Вода приятно освежила тело. Можно будет идти хоть до утра — да только куда? Тропинка, на которую возлагались большие надежды, закончилась: ведь она к водопою проложена. Куда идти дальше? Как сориентироваться в лесу тому, кто в нем впервые?!

Лес — гиблое место, это знает любой мальчик народа степей. Старые мудрые шаманы не зря вбивают в буйные головы простую истину: искать подвиги надо в других местах. В лесах водятся те еще твари — трофеи достойные, да только трофей такой если и добудешь — все равно не похвастаешь. Войдешь в лес — не воротишься. Если даже солнца не видать — как тут поймешь, куда идти? К тому же лес не любит чужаков, и если с обитателями его управиться можно, то с самим лесом не сладить: будет водить кругами и уморит голодом даже сильнейшего из воинов. Только эльфы тут как дома, но они ведь и есть дети леса. Какой родитель будет обижать своих чад?

Он погрузился в воду по самую шею, стоя посреди озерца — мелкое. Другим было бы по самую макушку, но ему лишь до подбородка. Интересно, почему дно вымощено камнем? Откуда посреди седого, дремучего леса взялись камни в озере?

Любопытство на миг прогнало смертельную тоску, и он двинулся вдоль берега по кругу, внимательно рассматривая траву и почву у самой кромки воды. Подтверждение догадке нашлось сразу: отпечаток босой ноги на берегу, там, где трава еще не росла. Маленький след, ножка аккуратная, видимо, женская, след свежий — с вечера, должно быть. Купальня эльфов, обустроенная посреди лесной поляны у ручья.

Дело приняло на редкость скверный оборот. Еще можно было бы что-то блеять в свое оправдание, если б ушастые втихаря шли за ним следом, но теперь-то что?! Теперь уже даже на эльфов не свалить вину. Мертвым нет места среди живых — а он, вместо того, чтобы чтить этот непреложный и не терпящий исключений закон предков, попросту вломился в чужую купальню — причем в купальню живых. Не говоря уже о том, что даже живому так вести себя непозволительно, а что скажут здешние хозяева, если узнают, что в их озерце помылся мало того что чужак, так еще и мертвец?!

Он быстро оделся, подхватил свой топор и двинулся сквозь кусты, не разбирая дороги… хотя какая дорога в лесу?!

Конечно, старый гро-Бакхг говорил ему, что в лесу на территории Эренгарда все ручьи должны течь на юг. И правда, к ручью тропа шла почти под прямым углом, и ручей течет справа налево, значит, направление все еще правильное, на запад. Еще день-два пути — и лес должен смениться полями. Моара, двоюродная сестра и почтенная шаманка заодно, бывала тут не раз, она вообще очень часто путешествовала неизвестно зачем в страну людей под названием Монтейн, куда ездила через Эренгард: пешком через лес и потом на человечьей повозке на север. Так что скоро эльфийский лес должен уступить место полям людей. А поле — та же степь, только с травой по пояс.

Вскоре обнаружилась новая тропка, примерно в нужном направлении проложенная к тому же, но стоило пройти по ней пару сотен шагов, как впереди послышался шум. И не шаги, и не голос, и не дыхание. Шуршание, скорее, тихое и ритмичное. Змея? А, что толку гадать?! Змея или какое другое существо — сейчас станет ясно…

И в следующий момент впереди из тени навстречу плавно вышел эльф, тоже явно полный решимости выяснить, кто это топает, нимало не прячась, по тропинке.

Брови эльфа поползли вверх: уж орка встретить в своем лесу он точно не ожидал. А за ним уже виднеются выпученные глаза идущих за ним следом эльфов помоложе…

Определенно, стоило тогда сжать зубы и промолчать в ответ на роковой вопрос судьи… и сейчас всего этого не было бы. Ни мучительного, бесконечного пути в никуда, ни многократных нарушений незыблемого закона… Мертвым нет места среди живых… Мертвым не положено смотреть на живых… Все это уже нарушено. И сказать в свое оправдание на суде предков будет совершенно нечего, в конце концов, оправдание есть признание вины.

Он шагнул в сторону и так и остался стоять спиной к тропинке, лицом к густой чащобе, закрыв глаза. Просто представить себе, что его тут нет. Что эльфы не видят его, что вековечный закон не нарушен… А о том, что будет, если они сейчас заговорят с ним, лучше не думать.

Послышался короткий возглас, прервавшийся отрывистой, резкой командой идущего во главе воина. И тишина, только едва слышны мягкие шаги приближающихся эльфов… ближе… ближе… рядом…

Никто ничего не сказал. Эльфы гуськом шли мимо, не говоря ни слова ни ему, ни друг другу… Ну конечно же!! Старший сразу все понял, только завидев, как странный отощавший орк в грязной, изношенной, некогда праздничной одежде отворачивается от них и сходит с тропы. И запретил своим спутникам говорить с чужаком, а может быть, даже и смотреть на него.

Он испытал чувство глубокой признательности к длинноухим, особенно к их предводителю. Что и говорить, они его выручили, крепко выручили…

Изгой постоял так еще немного, затем, понимая, что совершает еще одно чудовищное преступление, скосил глаза вслед уходящим эльфам. Так и есть, идут, сосредоточенно глядя в затылок товарищу впереди.

Вот теперь стоит убраться, да побыстрее, пока еще на кого-то не наткнулся. Конечно, после этой встречи эльфы точно будут знать, что в их озерце искупался покойник. Проклятье, какое оскорбление и им, и предкам…