Чтение онлайн

Катарина улыбнулась и медоточиво проговорила:

— Следовательно, милорд, вы просите меня пощадить этого человека, на совести которого гибель многих тысяч ни в чем не повинных подданных моих, и желаете, чтобы я вновь препоручила его вашей опеке и покровительству, — вы, милорд, который, как мы теперь знаем, однажды уже нарушил свой долг перед королевой?

Логир вздрогнул.

— О нет, любезный милорд! — воскликнула Катарина. Она побледнела, губы ее вытянулись в ниточку. — Вы уже единожды возглавили мятежников, а теперь пытаетесь проделать это вновь!

Лицо Логира окаменело.

Туан привстал со стула. Он побагровел от негодования.

Катарина обернулась к нему и одарила его надменным взором:

— Повелитель оборванцев желает что-то сказать?

Туан, сдерживаясь изо всех сил, скрипнул зубами, он встал и низко поклонился Катарине:

— Моя королева, сегодня за вас самоотверженно сражались отец и сын Логиры. Так неужели вы не даруете жизнь сыну моего отца и моему брату?

Катарина побледнела еще сильнее, прищурилась.

— Благодарю вас, брат мой и отец мой, — тихо проговорил Ансельм.

— Молчи! — взвизгнула Катарина, обернувшись к нему. — Молчи, злобный изменник, трижды ненавистный пес!

Глаза Туана и его отца гневно сверкнули, но оба они промолчали.

Катарина, тяжело дыша, откинулась на спинку походного трона, сжала кулаки, чтобы никто не видел, как дрожат ее пальцы.

— Говорить будешь, когда я повелю тебе говорить, изменник! А покуда я повелеваю тебе молчать!

— Я не стану молчать! Вы не можете унизить меня сильнее, чем я уже унижен! Вы, злобная королева, обрекли меня на смерть и не помилуете меня! Что ж, убейте меня. Наказание за измену — смерть; и я знал о том задолго до того, как взбунтовался против вас. Так казните меня и покончим с этим!

Катарина опустила плечи и процедила сквозь зубы:

— Он сам вынес себе приговор. По закону нашей страны мятежник и изменник должен умереть.

— Законы диктует королева, — негромко проговорил Бром. — Если королева помилует изменника, он останется в живых.

Катарина устремила на карлика гневный взгляд:

— Неужто и ты готов изменить мне? Неужто никто из моих ближних не встанет со мною рядом в этот день?

— Ну все, хватит! — взорвался Род, подбежал к трону и ухватился за его спинку, грозно нависнув над Катариной. — Да, если хотите: никто из ваших приближенных с вами не согласен, и, на мой взгляд, это должно хотя бы немного убедить вас в вашей неправоте. Но как же с этим согласиться? Разве королева способна передумать? К чему ей справедливый и милосердный суд? Вы ведь уже все решили — он умрет! — Род отвернулся и сплюнул. — Ну так давайте, кончайте ломать комедию.

— И ты, и ты тоже?! — ахнула Катарина. — И ты взялся защищать изменника, повинного в гибели трех тысяч моих…

— В гибели трех тысяч ваших подданных повинны вы сами, — взревел Род. — Благороднейший человек из простонародья пал замертво в этом бою, и теперь стервятники расклевывают его плоть, а ради чего он погиб? Ради того, чтобы защитить капризную девчонку, воссевшую на троне, хотя ее жизнь не стоит жизни даже одного оборванца! Дрянную девчонку и дрянную королеву, которая только одна и повинна в мятеже!

Катарина, дрожа, скорчилась на троне.

— Молчать! — ахнула она. — Разве это я учинила мятеж?

— А кто вынудил дворян взбунтоваться, спрашивается? Кто побудил их к этому своим высокомерием и поспешными реформами. Повод, я спрашиваю, каков был повод, Катарина?! Без повода никто не взбунтуется, а кто дал этот повод, как не королева?

— Молчи, молчи же! — Катарина прикрыла рот ладонью, чтобы не закричать от страха. — Ты не смеешь так говорить с королевой!

Род смерил ее взглядом и презрительно скривился.

— Была охота! — бросил он небрежно. — Я уже по горло сыт этими разговорами. Но искренне вам советую: даруйте им жизнь. Хватит смертей на сегодня, хватит! Даруйте им жизнь. Они будут верны вам — теперь, когда больше нет советников, которые морочили им головы. Пусть все останутся в живых, заклинаю вас! Они-то получили урок, хотя вы ничему не научились.

— Это неправда! — выдохнула Катарина.

— Да, неправда! — Вперед шагнул Туан, его рука легла на рукоять меча. — Королева дала повод для бунта, это верно, но ведь не она же сама его учинила.

Катарина устремила на Туана взгляд полный мольбы и благодарности.

— Когда ты говоришь правду, — продолжал Туан, — ты волен винить ее. Но винить ее в том, в чем она неповинна… — Он Медленно покачал головой. — Этого я тебе не позволю.

Роду нестерпимо хотелось плюнуть Туану в лицо.

Но он сдержался и обернулся к Катарине. Та пришла в себя и снова приняла горделивый вид.

— Не забывайте, — бросил ей Род, — что королева, которая не в силах совладать со своими прихотями, — это слабая королева.

Катарина вновь побледнела.

— Берегись! — крикнул Туан.

Ярость волной захлестнула Рода. Напряжение росло и росло, но вот словно что-то оборвалось у него внутри, и осталось только ледяное спокойствие и понимание — понимание того, что ему нужно делать и почему… и каковы будут последствия для него самого.

Катарина праздновала победу, видя, что Род растерялся от угрозы Туана.

— Есть у тебя еще что сказать? — надменно вопросила она.

— Есть, — процедил сквозь зубы Род. — Что это за королева, если она предает собственный народ?

Он размахнулся и ударил Катарину по щеке.

Она вскрикнула, съежилась, а Туан бросился к Роду и готов был въехать ему кулаком в лицо.

Род пригнулся, крепко обхватил Туана за пояс и крикнул:

— Веке!

Туан молотил кулаками по животу Рода, но Род мужественно сносил побои. К нему, зловеще сдвинув брови, сходились другие военачальники.

Но Веке опередил их.

Род постарался забыть о том, какой славный парень Туан, и пнул его коленом в пах, отшвырнул от себя и вскочил верхом на Векса. Туан упал, сложившись пополам от боли и хрипя.

Веке подпрыгнул и взлетел над головами сбежавшихся стражников.

Приземлившись, он пустился прочь стремительным галопом. Род услышал, как Катарина взволнованно окликает Туана, и злорадно ухмыльнулся.

Однако недолго он ухмылялся. Острейшая боль в плече заставила его беззвучно вскрикнуть и обернуться. Из плеча его торчало охвостье пущенной из арбалета стрелы.

Позади, посреди стражников, окруживших трон, Катарина склонилась к Туану. Тот стоял на коленях и кривился от боли. Один из стражников опустил арбалет.