Чтение онлайн

Друзья по несчастью наконец вырвались из толпы на свободный пятачок перед лифтами. Уайти ткнул кнопку вызова. Время застыло или, по крайней мере, принялось тянуться, как липучка. Наконец двери раздвинулись и из кабины повалила гомонящая толпа.

— ...угроза всему, во что мы верим, Питер!

— ...может, приносят младенцев в жертву на своих тайных встречах, как ты думаешь?

— ...надо голосовать за Пойолу!

— ...вот я и сказала мужу, раз ты не разделяешь общего мнения, стало быть, сам телепат!

— А он что?

— Мгновенно отпарировал: от телепатки слышу.

— ...Анжела, а разве это плохо знать, что ты меня любишь?

Двери захлопнулись за командой и лифт понесся на первый этаж.

— Я боюсь, дедуля, — тихо призналась Лона.

— Это потому, что ты слишком умная, — прогудел Уайти. — Что касается твоего родственника, то у него просто душа в пятки ушла.

Дар проговорил, ни к кому не обращаясь:

— Люди так напуганы. Они готовы пожертвовать своими правами.

— Готовы? — переспросил Уайти. — Да они с радостью расстанутся с ними.

— Уайти, а как же быть с моим заданием?

— Оно все еще необходимо, — отрезал Уайти. — Если лордес проиграют выборы, то прибегнут к перевороту. Хотя вполне вероятно, что выжидать не станут.

Двери распахнулись.

— Идите спокойно, — прогудел Уайти, обращаясь ко всем. — Ведите себя как обычно, и все будет в порядке.

Людей здесь было поменьше, но они так же группировались, как и наверху. Уайти ледоколом пронизал зал, остальные баржами двигались в его фарватере. Получив багаж, команда вышла на транспортную стоянку.

К ним приблизился мужчина в синей униформе.

— Мистер Тамбурин?

У Дара екнуло сердце. Но он тут же сообразил, что это не охранник: ни значка, ни оружия.

Уайти смерил служащего оценивающим взглядом.

— Это я.

— Мистер Боселло шлет вам наилучшие пожелания, сэр. Не согласитесь ли вы воспользоваться его гостеприимством?

— Горацио всегда славился умением рассчитывать время, — вздохнул Уайти, забираясь в лимузин. — Давайте, друзья, забирайтесь.

Друзья не заставили себя долго ждать и вскоре развалились на удобных подушках широких кресел.

— А это что, буфет? — Дар показал на панель между салоном и кабиной шофера.

— Спроси у водителя, — Уайти постучал пальцем по мембране селектора.

— Он там, за стенкой.

— Запросто, — Дар ткнул клавишу и наклонился к мембране:

— Извините, вы не подскажете, что это отсвечивает?

— Полностью укомплектованный бар, сэр, — отозвался шофер. — Пожалуйста, пользуйтесь на здоровье. Надеюсь, вы найдете свои любимые напитки.

— Сейчас посмотрим, какие сюрпризы приготовил для нашего барда друг Горацио, — Дар открыл дверцу, пробежал глазами перечень закодированных названий и выбрал для себя Алголь-оглушительный. — А вы чего изволите, дамы и господа?

— Сириус-мозгодробительный, — отозвалась Лона.

— Концентриситет Канопуса, — сказала Самми.

— Шато Ламорх сорок шестого, — объявил Уайти.

— Нет, Уайти, — прищурился Дар, — на этикетке проставлен сорок восьмой год.

— Что ж, в тот год тоже был неплохой урожай, — вздохнул Уайти. — Сойдет.

Дар набрал серию кодов и взглянул вопросительно на отца Марко.

— Спасибо, ничего не надо, — поднял ладонь священник. — Я пью только по утрам.

Дар пожал плечами, достал стакан и с чувством глубокого удовлетворения откинулся на спинку кресла.

— Мне кажется, я начинаю понимать прелести декаданса, — он замолчал, разглядывая кварталы города, проплывавшие под прозрачным днищем крылатого лимузина. — Боже, а это что такое?

Несколько улиц внизу заполняла разношерстная толпа. Кое-кто размахивал плакатами. Молодежь прицельно метала орудия пролетариата в полицейскую шеренгу, ощетинившуюся электродубинками меж прозрачных щитов.

— Ну-ка, ну-ка! — Уайти выглянул в окно. — Ха, совсем неплохо! Сейчас попробуем услышать, — он покрутил верньер и прислонил ухо к мембране.

Кабина наполнилась гулом, но отдельные реплики пробивались сквозь гвалт:

— Экстрасенсы этичны!

— Встанем грудью за эсперов!

— Терра для телепатов!

Уайти удовлетворенно хмыкнул:

— Один-ноль в нашу пользу. Приятно услышать голос разума.

— Камни отлетают от щитов, — удивился Дар. — Силовой экран, что ли?

— Угадай с трех раз, — заметила Лона насмешливо.

— Он угадал, — сказала Самми, — с первого захода. Ты прав, это силовой экран. Гарантия, что демонстранты никого не зашибут.

— Как ты думаешь, Дар, кто этот экран поставил? — не обращая внимания на соперницу, спросила молодого человека Лона.

— Наверное, чиновники.

Самми даже хлопнула в ладоши.

— Второе очко в твою пользу. Заметь, правительство не остается глухим к требованиям демонстрантов, — сказала Самми голосом, полным сарказма.

— Правительство одобряет беспорядки? — удивился Дар.

— Оно просто обожает санкционированные выступления протеста, это даже в законе отражено: каждые сто тысяч подписей дают один голос в Ассамблее.

Дар с нескрываемым изумлением посмотрел на нее.

— Что-то здесь не так. Ведь таким образом можно организовать, что угодно. Собери побольше подписей — миллион, два миллиона, три — и заставь Ассамблею проголосовать за какое-нибудь чепуховое решение. Запретить выращивать петунии в полосе отчуждения: против — ноль, за — все, воздержавшихся нет. Обязать капитанов звездолетов при подлете к Терре смазывать дюзы касторовым маслом: за — почти все, воздержавшихся нет, против — два депутата от флота.

— Ты забыл, — запальчиво воскликнула Самми, — что в Ассамблее представлены девяносто три населенных людьми мира, что в общей сложности дает свыше восьмидесяти миллиардов человек, а для того, чтобы вынести тему на обсуждение, надо получить сорок восемь голосов! Не скажу, что такого не случалось, несколько раз было.

— И дважды отражалось на поправках к закону, — напомнил отец Марко.

— Две неудачные поправки за пять столетий? Нельзя назвать глас толпы успешным, отче.

— Потому что необходимо одобрение проекта большинством.