Чтение онлайн

– Пару бутылок шампанского и коробку конфет.

– Если кто спросит, скажешь, что купил это всё на перроне. – и Фая полезла в потайные закрома своего купе, которые имеются у любого, уважающего себя и своих пассажиров проводника. – И обо мне, чтоб ни слова.

ЧАСТЬ 9

– И сколько же в той сумке было денег? – отпив немного шампанского, поинтересовалась Катя. Очевидно, мой вчерашний рассказ, так и не давал девушке покоя.

С разрешения проводницы мы заняли пустое купе, чуть ближе к середине вагона. Разместились у самого окна, друг напротив друга.

– Порядка ста тысяч долларов. И золотых побрякушек, примерно на ту же сумму. – нехотя ответил я. Ответил ради того, чтоб завязался меж нами хоть какой-то последующий разговор. – Принято считать, будто бы деньги не пахнут. При этом, мне всегда хочется опровергнуть данное выражение. Потому как мои деньги, уж точно имели стойкий и несмываемый никакой химией запах. Запах затхлого и застоявшегося болота.

– На что ж, ты их потратил?

– Купил квартиру, машину. Остальное вложил в свой будущий. Точнее, в свой нынешний бизнес. Кое-какой коммерческий опыт у меня уже имелся, потому и не составило мне особого труда заниматься тем же, чем собственно я и занимался. Правда, работал я уже не на «чужого дядю», а на самого себя. По сути, я и стал тем самым «дядей», на которого работают мои подчинённые.

– То есть, ты «поднялся» с этого самого людоедского добра?

– Примерно так. Бытует мнение о том, что первичный капитал невозможно накопить собственным трудом. Как правило, его воруют или у кого-то отнимают. Короче, без криминала тут не обойтись. Грех отрицать и то, что именно с этого, самой элементарной кражи, раскрутился и я.

Впрочем, в своё оправдание я могу смело заявить о том, что деньги бандитов, стали своеобразной компенсацией, за причинённый мне моральный и физический ущерб.

– Не нужно оправдываться. – усмехнулась девушку. – Никто и не думал обвинять тебя в чём-либо.

– Если ж быть с тобой абсолютно откровенным, то первоначально я планировал потратить те деньги на нечто иное. – продолжил я, чуть задумавшись. – Имеется у меня одна, почти несбыточная мечта.

– Интересно, какая? – чуть захмелевшая Катя, вплотную наклонилась ко мне. – Скажи мне на ушко. Почему-то, я уверенна в том, что она будет весьма романтичной.

– Отчасти ты права. – аккуратно пересадив девушку рядом с собой и чуть приобняв её за талию, я продолжил. – В прошлом я был профессиональным лётчиком, потому и нет для меня ничего более романтичного, чем свободный полёт. Об авиации я мечтал с самого детства. Поэтому и поступил в Саратовское училище, впоследствии став военным лётчиком. Кто ж тогда знал, что начнётся Перестройка, и я тотчас же попаду под сокращение.

– Обожди-обожди. По-моему, я что-то упустила. – попыталась уточнить Катя. – Ты же сам сказал, что лётчиком ты уже стал. Выходит, твоя мечта осуществилась. Почему же тогда, ты считаешь её несбыточной?

– Так ведь меня списали. Причём, на мне поставили крест, в самом начале моей карьеры.

– А-а! Тогда понятно. Ты собирался дать какому-нибудь высокопоставленному генералу крупную взятку, чтоб тот записал тебя в какую-то лётную часть?

– Нет. – усмехнулся я девичьей наивности. – Время для восстановления на лётную службу, давно упущено. Да, собственно и у меня самого уж нет никакого желания исполнять чужие приказы, как и быть от кого-то зависимым. Потому и решил я обзавестись собственным легкомоторным самолётом или вертолётом.

И в принципе, сейчас я могу себе это позволить. Однако просчитав всевозможные затраты на аренду и обслуживание, я очень скоро пришёл к выводу, что один единственные самолёт – это весьма убыточная затея. Уж лучше, организовать нечто похожее на собственный аэроклуб, с несколькими единицами авиатехники. Чтоб и самому получать удовольствие от полётов и «отбивать» затраты, организуя прогулочные полёты, платное обучение пилотированию или арендой лётного парка. Как раз эти самые затраты, для меня пока что непосильны. Поэтому и остаётся моя призрачная идея, лишь мечтой.

– Эх, везёт тебе! – тяжело вздохнула девушка. – У тебя есть некая жизненная цель. Ты движешься по реке, под названием: жизнь. Ну а мы живем, как в неком застоявшемся водоёме. Спроси у того же Генки: о чём он мечтает? Могу поспорить, что ответ будет известен заранее. И прозвучит он, примерно так: скорей бы наступили выходные или отпуск, чтоб нажраться до одури. Работу свою, он не любит. Ходит на неё, как на каторгу. Да и я, если разобраться, от своих служебных обязанностей вовсе не в восторге. Так и влачим мы своё серое существование: от зарплаты, до зарплаты; от одной субботы, до другой. Ни на год, на десятилетие уж всё известно и заранее расписано. Скукотища. А хочется чего-то яркого, незабываемого, каких-то невероятных приключений, авантюр, головокружительных перемен.

Быть может и в эту, свою нынешнюю командировку я и напросилась лишь ради того, чтоб вырваться из того замкнутого круга. Ты только не подумай, будто бы я навязываюсь или напрашиваюсь на что-то. Просто решила, хоть с кем-то поделиться, рассказать о своих внутренних переживаниях.

Я взял Катю за руку.

– Честно сказать, не вериться мне, чтоб в жизни твоей было всё так уж тоскливо и настолько пессимистично. Быть может, поддавшись стуку колёс и ночным рассказам, ты и накрутила себе невесть что. Ведь если разобраться и чудь подкрасить мою нынешнюю жизнь тёмными тонами, то и её запросто можно свести к тяжкой рутине. Всевозможные договора, обязанности, бесконечная бухгалтерия и бумажная нервотрёпка. Мне и самому иногда хочется удрать от этого нудного постоянства. И кто знает… Возможно, именно поэтому и появилась у меня некая мечта, которая нет-нет, да и согреть душу. Однако всё это, сиюминутно.

Вот увидишь. Стоит тебе вернуться домой, где всё родное и знакомое. И ты, наверняка скажешь себе: да и пошли они куда подальше, все эти перемены и приключения.

– Ошибаешься. Чувство некой обречённости для меня вовсе не сиюминутно. Всё у меня именно так, как я тебе и описала. Скорее, это уже диагноз.

– Прекращай нагонять тоску. У тебя всё ещё впереди. Какие твои годы?

– Вот именно: годы. Мне уже двадцать пять! Или ещё двадцать пять, а в жизни моей уж всё предопределено.

– Ну, хорошо. Давай-ка мы вместе попытаемся её изменить. Как ты посмотришь на то, если я предложу тебе провести ближайшие две недели вместе? – неожиданно (и, прежде всего для самого себя) предложил я.

– Ты предлагаешь мне стать твоей временной любовницей? – усмехнулась Катя. – Не думала я, что когда-нибудь смогу опуститься до уровня содержанки.

Похоже, я несколько форсировал естественный ход развития наших взаимоотношений. Потому и убрав руку с талии девушки, поспешил со своими оправданиями.

– Ни в том смысле. Я лишь предлагаю тебе сойти со мной в Ростове. Посмотришь, чем мне приходиться занимаюсь. При этом я уверяю тебя, что никаких приключений и, уж тем более, романтики – ты в моём бизнесе не найдёшь.

Пробудим мы на Дону, не более четырёх дней, а после, переедим в Сочи, дабы справиться уже с твоими обязанностями.

Уже там, на курортном берегу, я и постараюсь приложить максимум усилий, дабы ты взглянула на свою, якобы, рутинную работу, как впрочем, и на жизнь в целом, совсем с иного ракурса. Быть может со мной, она покажется тебе отчасти незабываемой и интересной.