Чтение онлайн

Сережа дал Кире номер своего мобильного, и Кира теперь звонила ему по два раза на дню, беспокоилась, интересовалась, как там живет ее Мультик, накормлен ли?

Не скучает ли? Хорошо ли себя ведет? Не писает ли в прихожей? Не грызет ли мебель? Не лает ли по ночам?

Фролов заверял Киру, что все хорошо, что Мультик ему не обременителен, что он даже рад поводу два раза в день лишний раз выходить на двор подышать.

На самом то деле, Кира понимала, что Сереже не очень нужен этот ее песик, Сережа жил в такой же, как у Киры квартире-однушке, прямо над нею, на шестом этаже.

Только у Киры квартира была своей, от бабушки в наследство досталась, а Сережа свою снимал у каких-то хозяев, что здесь не жили, а вообще обитали где-то в Финляндии.

Засыпая и наболтавшись с соседками по палате о том, что все мужики – козлы, Кира думала… Думала о Максиме Тушникове, которым, как ей показалось, она была так сильно увлечена, а потом думала о Сереже Фролове. О том, какой он хороший.

– Каждому человеку, каждая его болезнь дается ему за его грехи, – назидательно сказала на прощанье Ира – аварийщица. Она выписывалась и за ней приехал ее не то муж, не то сожитель.

– Выздоравливайте, девочки, и подумайте, чтобы такого с вами больше никогда не происходило, подумайте и проанализируйте, за что у вас с вами это произошло.

– А сама то анализировала? – насколько ей позволило перекошенное загипсованное лицо, иронично фыркнула бомжиха Нина.

– Да, представь себе, анализировала, – ответила Ира, выгребая последние свои шмотки из освобождаемой ею тумбочки.

– И за что тебе Бог твою аварию послал? – проныла Нина.

– А это мое дело за что, не скажу, каждому надо знать свои грехи, а не чужие.

Ира ушла, подарив девчонкам остатки конфет, фруктов и шоколадок, что всю неделю носил ей не то муж, не то любовник. Ушла, а Кира, задумавшись над словами Ирины, стала размышлять, – за что ей такое? Неужто она прогневила небеса тем, что переспала с Максимом Тушниковым? Неужели это не понравилось там?

– Больше тусуйся, вливайся в жизнь, братан! – напутствовал Максима Гриша Золотников, – в тебя такие деньги вложены, мы с Зурабом Ахметовичем ожидаем, что ты оправдаешь наши надежды, так что, готовь печень к напрягу.

И Максим, напрягая печень, начал вовсю тусоваться.

– Если журналюги-папарацци не проплачены твоими продюсерами или спонсорами, они могут всю ночь напролет тебя фоткать во всех видах и позах, но никогда ты не увидишь своего фэйса-лица на странице глянца, – поучал Максима приставленный к нему племянник по имени Тимур, – видишь, вон, сидит Лёва из "Хомо", а с ним вертлявая такая в шелковых брюках, это Тина Демарская, она королева всех скандальных светских репортажей, сейчас я с ней поговорю, потом она с тобой поговорит, и на следующей неделе ты будешь материалом первой полосы всех таблоидов.

Максим не был таким уж и новичком, но то, что он узнал здесь, в первую неделю своего московского проживания, стоило года или даже двух лет опыта работы в тихом провинциальном Питере.

– Все скандалы обговариваются заранее и разыгрываются по сценариям, – сказала Тина, когда они с Максимом перешли из нижнего бара в верхний и уселись там напротив огромного акульего аквариума, где в красиво подсвеченной голубой морской воде плавали полутораметровые белые хищницы, с характерными полумесяцами спинных плавников и жуткими оскалами своих беспощадно- омерзительных пастей.

Максим заказал текилу, а Тина попросила бармена сочинить ей огненный коктейль типа "Фиеста Капо-Кобана".

– В прошлом месяце помнишь Митя Красивый с Костей из Фабрики подрались? Так это я тот хэппенинг спродюссировала, – как бы демонстрируя Максиму максимум доверия, призналась Тина, – они там якобы Алиску Хованскую не поделили, а на самом деле это гениальный пи-ар ход, прикинь, да?

Тина вынула из бокала соломинки, небрежно бросила их прямо на пол и залпом опрокинула в себя адское сине-оранжевое содержимое.

– Прикинь, Митя, Костя и Алиска проходят по одному материалу, одним репортажем, и экономя нам места на полосах глянца, получают каждый по сто пудов раскрутки на две недели, чтобы быть намбер уан, сечёшь?

– Секу, – кивнул Максим, – лихо придумано.

– А то! – сделав губками и глазками, ответила Тина.

Максим знал, что Тимур уже переговорил с Тиной и был уверенно спокоен.

– Я вижу, тут уровень денег повыше, чем кое где, – в задумчивости произнес он, подразумевая свой Питер, но в тоже самое время не желая выглядеть провинциалом.

– Ты в Тюмени был? – спросила Тина.

– Нет – А я была этим летом, – тряхнув прической, сказала Тина, – это раньше говорили, мол, Тюмень столица деревень, а теперь люди в Новом Уренгое и Нижневартовске себе такие рублевки, такие жуковки отбабахали, что Эр-Рийяд скоро деревней рядом с ними покажется.

– Ну, так и надо понимать, времена теперь другие, время комсомольских строек кануло…

– Да я совсем не про это, – недовольно сморщилась Тина. Она была из тех быстро думающих овнов, что раздражаются, когда их не догоняют, – Москва то все равно всегда останется главной тусовкой, где бы все деньги не лежали, в Тюмени ли, в Воркуте или на Магадане, все равно, рано или поздно, заработав свой двадцать пятый или сорок первый миллиард, всякий, я повторяю, всякий нефтяной или угольный или алюминиевый магнат, хочет начать бизнес гигиенически чистенький и культурненько красивенький. Один, заработав денег, покупает футбольные клубы, другой покупает Голливуд и киностудии, третий покупает телевидение и тусовку, понял?

– Чего не понять? – кивал Максим, на самом деле не понимая, куда клонит эта ушлая девица?

Тина щелчком пальцев заказала еще один коктейль и одним махом, как будто это была рюмка водки, выпила все содержимое.

– Там в Тюмени теперь ночных клубов, как на Новом Арбате и на Тверской, и качеством ничуть не хуже, это потому что те, кто там сейчас зарабатывает бабло, хочет жить нормально, но тем не менее, все они сюда на Москву рано или поздно приедут, там никто не останется, гляди, сколько пустых элитных домов на Москве стоит, сибирские люди себе жилья напокупали, да такого жилья, что коренным москвичам и не снилось.

Тем временем в океанариуме началось какое-то шоу.

Две девицы при фигурках а-ля журнал Вог, надели маски для ныряния и сняв верхи своих бикини, нырнули в воду – к акулам.

Тина заказала еще одну огненную "Капо-Кабану" и так же лихо, как и первую и вторую, без соломинок, отправила ее вовнутрь.

Заиграла музыка из модного сериала, заискрились огоньки всполохов светового сопровождения.

– Вот сколько по-твоему эти девчонки получают за это шоу? – сощурив красивый карий глаз, спросила Тина. Максим все никак не мог понять, можно с ней заигрывать, или это не имеет смысла?