Чтение онлайн

Тем временем, Командор делает распоряжения каждому из присутствующих, давая конкретные приказы по разработке диверсанта и поиску неизвестного нам «портала перемещения». А потом завершает совещание:

— Если у кого-то есть ещё соображения, прошу высказаться. Нет? Тогда всем спасибо. Отчёты и рапорты прошу присылать мне лично. За работу, господа.

Первыми зал заседаний покидают маги и в сопровождении охраны следуют к вертолётной площадке. Затем технари устремляются на выход. Когда в зале остаёмся только мы с Командором, он, сердито хмурясь, садится напротив меня.

— Какого хрена ты творишь!? — отчётливо выделяя каждый слог, спрашивает генерал.

— А что такого я творю? — не понимаю я.

— Ты с Волковой через блок обеззараживания прошёл. Как ты думаешь, что выдала нам машина?

— Она что, сломалась? — чё-то я реально не понимаю причину наезда.

— Твоя сперма в ней, её жидкость на тебе. Ты совсем охренел!? — басит начальство.

— Ну.. э-э-м-м… ты же сам говорил — любовь и всё такое… — пытаюсь оправдаться я и, скинув куртку, встаю, чтобы пойти налить себе стакан воды.

Когда поворачиваюсь к отцу спиной, слышу его тихий хохот. Не понял. Вот он только что злился, а теперь ржёт. С интересом оглядываюсь на него, мол «что смешного?»

Он пальцем показывает на мою спину. Что там? Дырка? Наспех глотнув воды, стягиваю с себя майку, которую позаимствовал у Волковой. Рассматриваю. На спине трикотажного изделия набитый розовой краской текст: «Самая умная блОндинка на курсе», причём буква «О» изображает дебильной рожицей-смайликом ту самую блондинку.

— Волкова, моя ж ты зараза! Хорошо, что не снял куртку тут при всех, — бормочу себе под нос.

— Так, теперь понятно откуда ты так долго ехал на работу сегодня утром, — догадывается отец. — Только, нахрена, а? Лёша, ты же не сопляк малолетний, можешь уже держать хрен в штанах, в твои-то 35?!

Я сажусь рядом с ним, так и оставаясь с голым торсом.

— С ней — не могу, па, — вздыхаю обречённо. — Как вижу её — крышу сносит. Думаю, может жениться на этой занозе белобрысой?...

— Мать нас с тобой убьёт, — так же обречённо вздыхает отец.

Я киваю, мол «да, она может». Сидим минут пять, обдумываем ситуацию.

— Лёш, у нас ещё один случай вторжения. Сегодня утром получил. Вот, посмотри, — говорит он и протягивает мне папку с распечатками Отдела Контроля Событий. — На этот раз без трупа. Но скорее всего, это тоже выходки нашего диверсанта.

Я с интересом вчитываюсь в текст.

«1818 год, 16 августа, 00:40. Станица Каменская, Донецкого округа. Попытка ограбления генерала Денисова. Денщик графа поймал за руку человека в чёрном, тот выпрыгнул в окно со второго этажа и исчез».

— Донские казаки… — мечтательно улыбаюсь я. — Это ж такая романтика! А? Давно мечтал промчаться с саблей наголо, да на вороном жеребце, да по степи широкой!

— Как пацан, ей Богу, — укоряет меня родитель, качая головой.

— На этот раз пойду надолго. Надо быть вхожим в дом графа. Выяснить, что за предмет хотели похитить. И потом подловить диверсанта «на горячем». Иначе, мы его будем ещё сто лет искать…

— Один не пойдёшь. Костю возьми. Тебе тоже денщик понадобится, — даёт мне указания Командор. — Документы на сотника Зайцева от генерала Луковкина, это 10-й Донской полк лёгкой кавалерии. Вот, держи.

— Быстро ты, — удивляюсь я.

— Было время, пока ты из Магроса летел, нарушая ПДД, — отвечает отец, протягивая мне свой планшет. — Четыре нарушения. Штраф не забудь заплатить.

Я смотрю на экран. Вот когда не надо, тогда очень быстро работают Дорожные Патрульные Службы — уже рапорт прислали о моём супер-скоростном передвижении по Государству.

— Хорошо, заплачу. Куда я денусь? — отвечаю я, набрасывая куртку на голое тело и собираясь отправиться восвояси. — Насчёт подпольного портала перехода — я вызвал Пахоменко. Отправлю его в туманные холмы на север. Там было короткое замыкание. Пусть разузнает там что, да как. Отчёт он тебе пришлёт.

— А как насчёт заказчика? Есть мысли? — Командор прохаживается по кабинету, останавливается у окна и минуту разглядывает шумный мегаполис с высоты птичьего полёта.

Торможу на секунду у двери и, глянув на отца, отвечаю:

— Вот возьмем диверсанта, у него и спросим.

Алёна

8 августа 1818 год (15:30)

Не понимаю, почему книга переместила меня сюда? Намечалось совсем другое время и совсем другое место. Но если я здесь, значит кто-то нуждается в медицинской помощи.

Обоз, в котором я оказалась, судя по разговорам едущих в нём, следует по пыльной степной дороге в станицу Каменская. Обоз — это несколько телег и кибиток с пассажирами, а так же около двадцати верховых казаков с саблями и нагайками. Среди них нет Зайцева, я всех рассмотрела. Если вспомнить все мои перемещения, то ясно — спонтанно забрасывает меня туда, где он есть. Но его тут нет. Странно.

В моей сумке медицинские принадлежности и диплом фельдшера. Значит мне легально предстоит познакомиться с местными властями и работать в госпитале. Кого конкретно я должна вылечить, мне пока что неизвестно. В моей книге только заглавие и «…следовать по указанному маршруту». Всё, на этом запись обрывается. Ну да ладно, посмотрим по ходу событий.

— А вы, барышня, водицы не желаете? — оборачивается ко мне мужик, сидящий впереди телеги и погоняющий лошадь. — Дорога-то ещё долгая.

— Да, спасибо, — не отказываюсь я, поскольку жара стоит невыносимая и солнце печёт беспощадно, а на мне столько шмоток и вдобавок длинных юбок штук пять. По тутошней моде ведь всё.

Беру железную флягу из рук мужика и, проведя рукой вдоль её, обеззараживаю воду. Наблюдаю, как ленты моего потока обвивают сосуд.

— А вы странная, барышня, — сообщает мужик, бросая на меня прищуренные взгляды.

— Почему это? — настороженно спрашиваю я, замерев на миг, как «застуканная на горячем». Неужели видит, что я магичу?

— Не капризничаете, — улыбается он в пышные усищы. — Вот давеча, городскую вёз на телеге. Точь-в-точь, как вы, она вся в шелку была. Так ругалась, на чём свет стоит! То телега жёсткая, то солнце яркое. Уж и не знал, что делать с ней, горемычной…

— Честно? — я тоже прищуриваюсь в улыбке, а потом вздыхаю тяжело. — Телега ваша действительно жёсткая. И у меня уже бок болит так сидеть.