Чтение онлайн

— При одном условии. — Когда она отодвигала стул, чтобы взять собаку, он дотронулся до ее руки. — Вы поужинаете сегодня со мной.

— Но это невозможно! — Элли взглянула на его темные пальцы, крепко держащие ее руку. — И не трогайте меня, пожалуйста!

Он тут же убрал руку:

— Но нам обоим надо есть. Давайте встретимся в траттории в девять. Или мне забрать вас из дома?

— Нет! — Она почти кричала, и ей пришлось замолчать и перевести дыхание. «Осторожнее. Будь осторожнее», — думала она. — Да вы и не знаете, где я живу.

— Это несложно узнать. — Он улыбнулся. — У Марии в ресторане очень романтическая душа, думаю.

— Поймите, между нами не может быть романтики, и никогда не будет.

Он отпрянул, с любопытством изучая ее.

— Как вы можете быть так уверены?

Она схватила Поко.

— Потому что я замужем, — холодно ответила Элли. — И одного печального опыта мне хватило на всю жизнь. Я ответила на ваш вопрос? А теперь оставьте меня.

И она ушла не оглядываясь.

Весь день Элли не находила себе покоя. У нее не получалось сосредоточиться на работе, и она злилась на себя из-за этого. «Я приехала сюда за тишиной и спокойствием. Чтобы найти себя, исцелить… — думала она. — А не вступать в борьбу с человеком, которого не знаю и не желаю знать».

Ей хотелось собрать вещи, закрыть «Каза Бьянка», дойти до своей машины на площади и уехать.

Но куда? Не в Востранто — это точно. И возвращение во дворец Дамиано сразу вызовет множество вопросов.

Но почему это она должна уезжать? Это ее место, а не его! У него нет никакого права вторгаться в ее маленький мир и переворачивать его с ног на голову. Преследовать ее — бесполезное занятие.

Стиснув зубы, Элли принялась за уборку гостиной. Она двигала мебель, терла пол, даже помыла стены. Потом переместилась на кухню, в душ и, наконец, в спальню. Две пустые комнаты, в которых при жизни бабушки Виктории селились гости, она решила не трогать.

Когда наступил вечер, Элли приняла душ, помыла голову и высушила волосы, оставив их распущенными, надела узкие белые хлопчатобумажные брюки и темно-красный топ, еще старше, чем синее платье. Она подумала о духах, но отставила их в сторону, как и косметичку.

«Не я назначала эту встречу, — напомнила она себе, равнодушно глядя на свое отражение, — поэтому не стоит так стараться».

Элли медленно шла к ресторану, сжимая в карманах кулаки, стараясь сохранить самообладание.

Он был там, как она и предполагала, за столиком для двоих, украшенным цветами, свечами, на котором стояла бутылка вина. А Мария, романтическая душа, уже нетерпеливо провожала Элли к столику.

Он поднялся и улыбнулся. На нем были летние брюки и белая рубашка с закатанными рукавами.

— Вы пришли. Я не был уверен, — мягко сказал он.

— Правда? — Элли села за столик. — Должна сказать, наверное, вы ни разу не чувствовали неуверенности, синьор.

— Не стоит судить по внешности, синьорина. Но зачем эти формальности? Меня зовут Лука, а тебя?

Она замялась.

— Меня — Хелен, — наконец ответила она.

Английский вариант ее имени. Так ее называли только родители. Маленький секрет.

— Хелен, приятно познакомиться. — Он слегка поклонился.

Она не смотрела на него.

Лука подал знак Сантино, который подошел и налил им холодного искристого вина.

— За твое здоровье, — сказал Лука и поднял бокал.

Вино обожгло ее пересохшие от волнения губы и горло.

— Я не знаю, что здесь делаю. Это ошибка, — хрипло сказала она.

— Почему ты так говоришь?

— Ты… ты уже знаешь, — сказала она, глядя на пузырьки в бокале.

— Ах да, потому что ты замужем. — Он взял ее за руку, гладя пальцем белую кожу, где раньше было обручальное кольцо. — Но это не так просто запомнить.

Его прикосновение было легким, но прожгло ее насквозь, заставив сердце бешено колотиться.

Она отдернула руку и залилась румянцем:

— Ты забыл — я просила не трогать меня.

— Но это невозможно!

— Что бы ты ни думал насчет того, что между нами может произойти, — ты ошибаешься.

— Значит, мне придется жить с разочарованием, — легко сказал он. — Но едой-то мы все равно можем насладиться. Я уже заказал для нас лингвини с мидиями и жареного окуня. Не против?

— Звучит вкусно.

— Хорошо. — Лука снова поднял бокал, пристально глядя на нее. — Тогда приятного аппетита, Хелен. За это и за то, что принесет нам сегодняшний вечер. Даже если он ничего не принесет. — И он выпил бокал до дна.

— Итак, — сказал Лука, пробуя zabaglione [4] ? — расскажи мне о своем муже.

Элли в изумлении опустила ложку. За ужином Лука вел себя безукоризненно, говорил на общие темы, стараясь, чтобы она расслабилась и порадовалась каждому блюду. А сейчас он резко переключился на личные темы. Слишком личные.

Она вздохнула:

— Мне нечего рассказывать.

— Нечего? — переспросил он. — А он существует вообще? Или ты его придумала, чтобы отгонять нежеланных ухажеров?

Элли заставила себя съесть немного воздушного суфле.

— Он очень даже реален. Но я не могу описать его, потому что ничего о нем не знаю.

— Ты вышла замуж за незнакомца? — Он удивленно посмотрел на нее.

— Это был брак по расчету, в который нас заставили вступить.

— Мне кажется, подобные браки иногда бывают удачными. Если обе стороны хоть немного этого хотят.

— Возможно. — Элли не могла больше есть. — Но не в нашем случае. И я решила уйти.

— И приехать сюда, — задумчиво произнес он. — Расскажи почему.

— Потому что он… мой муж никогда бы сюда не приехал.

— А что здесь не так? — Лука нахмурился.

— Здесь нет роскоши и толп красивых и богатых людей. Но я люблю это место.

— Ты проводишь много времени на пляже?

— Нет. Просто когда я одна на пустом пляже — я свободна.

— Вот что я увидел тем утром! Танец свободы?

— Я не знаю. — Элли резко отодвинула стул и взяла сумку. — В любом случае мне надо идти.

— Ты не хочешь кофе? Может, вина?

— Нет, спасибо. Это был чудесный вечер. Если вы меня извините, синьор…

— Почему не Лука? — Он тоже встал из-за стола. — Спокойной ночи, Хелен. Желаю приятных снов. И жду нашей встречи на пляже.