Чтение онлайн

Но так или иначе, а война закончилась. Риша подумала, что кое-что можно и показать:

— Мастер, не желаете посмотреть поместье? Я вас приглашаю на маленькую экскурсию.

— Нет, совершенно не желаю, какие еще к драконам экскурсии, — отрезал маг Совета, — поторопитесь!

Ну нет и нет, девушка кивнула и побежала к водопаду, зарядить артефакты можно только там, а увидеть всю систему приличный маг мог исключительно с подачи хозяев.

Ну нет, так нет!

На климат ее темной магии хватит, хуже с оградой, нужна магия светлых. Придется использовать накопитель, родню все-таки жалко, да и вся округа привыкла так подлечиваться, просто прислонившись к ограждению. Не рассказывая, конечно, посторонним. Отец проверял серьезные опытные образцы два-три года, хотя для получения патента достаточно подряд десять удачных экспериментов при свидетелях.

Забежала в дом проверить и подпитать еще раз кухонные артефакты, огляделась, запоминая все:

…цветную лестничку с перилами, ведущую в комнаты на второй этаж, светлые шторки и плетенные половички, сделанные мамой, изящную мебель, созданную отцом и зачарованную всей семьей на совесть, фонари и яркую мозаику, первые опыты по бытовой магии самой Риши…

— Я готова, мастер!

— Всем до встречи, адептка, иди к повозке.

Школа магии занимала бывшие казармы, четыре довольно длинных прямоугольных двухэтажных зданий, образующих замкнутый квадрат. Во дворе располагались беговые дорожки с препятствиями, созданные еще для новобранцев, и несколько деревьев по центру. Больше зелени не было, не росло почему-то. Но картинки внутреннего двора типовые, магические учебные заведения почти все переехали в бывшие армейские постройки.

Перед довольно невзрачной дверью школы, куда и подъехала повозка, стояла большая группа молодежи, судя по форме, адептов. Смотрели они не на скромную дверь, а значительно выше.

Риша задрала голову и ахнула про себя — над школой разворачивалось огромное полотно с надписью: "Императорская школа магии номер три".

Но интерес девочки вызывало не полотно, а те, кто его крепил: два чудесных зомбика, чрезвычайно милых, тщательно восстановленных, одетых в ярко-желтые комбинезоны. Полотно натянула тугая струя воздуха, адепты рукоплескали вывеске, а Риша любовалась отличной работой некромантов.

Насладиться редким зрелищем не дал маг Совета:

— Адептка, за мной!

Повозка укатила по своим делам, мастер уже подходил к двери, у ног растерянной адептки остались вещи: три большие сумки и рюкзак.

Маг оглянулся, пожал плечами, дескать, тебя довез и все.

Риша потопталась, внимательно осмотрела будущих соучеников, помощи не дождаться, никто даже внимания на нее не обратил, все потянулись к школе, мастеров нет поблизости… и решилась.

Плетение одного зомбика перехватила, сама подняла рюкзак, а сумки сгрузила на невольного провожатого. Дверь придержала, вещи отлично разместились у стола дежурного.

— Я могу тут оставить свои вещи? — спросила у молодого парнишки в школьной форме.

— Пожалуйста, — опасливо отодвинулся дежурный от оригинального сопровождения и сунул нос в свой журнал, — адептка Лойс?

— Да.

— Можешь сразу подниматься на третий этаж по правой лестнице, дверь с табличкой «директор», увидишь.

— Спасибо.

Риша отпустила зомбика, отправила ему благодарность, хотя понятно, что ответа не получить, и пошла к лестнице.

В кабинете директора, единственного на всю школу магистра в штате, собрались мастера, преподавательский состав, кое-как набранный по старой памяти магов.

Тут придется уточнить, дорогой читатель, что в отлаженную систему магического образования внесла свои горькие правки война. Магистров и мастеров забирали на передовую в первую очередь, а школы временно прикрывали, приспосабливая под военные нужды или госпиталя.

После войны собирали преподавателей тяжело, кого-то переманивали из других школ или забирали из целительских палат, троих подхватили прямо со студенческой скамьи академии, с трудом дождавшись ускоренного выпуска. Так или иначе, а шесть мастеров-практиков среднего звена школа имела: артефактора, двух стихийников, бытовика, зельевара и даже боевого мага. Приходящий целитель оказывал услуги по договору, а теорию магии, историю, географию и руны преподавал сам директор, магистр Верн, причем на всех курсах, и к концу рабочего дня уже и говорить не мог из-за больного горла, не было ни сил, ни голоса.

А вот некроманта даже не искали, разумеется, магам темной энергии отчаянно не повезло. Их и так мало рождалось, а за год до войны император издал странный указ о закрытии факультетов некромантии на территории всей империи. Оставили один-единственный факультет в столичной академии магии, остальных адептов и студиозов срочно перевели на стихийные, если позволял хоть как-то дар, или бытовые отделения.

Всех выпускников несчастливого факультета распределяли по крупным кладбищам, привязав клятвой на крови на целых двадцать лет. Те, кто не успел дать обязательства родной империи, попытались сбежать в соседнюю страну, но выяснилось, что там такая же ситуация. Некроманты встречались на границах и обменивались жуткими историями, совершенно ничего не понимая.

В это время и грянула война.

Магов любых направлений спешно отправляли в армии, пытаясь защитить бойцов, только горстка некромантов вела свою собственную битву, вынужденно упокаивая даже такие древние захоронения, истории которых и в архивах не сохранились. Кладбища империи поднимались с завидной регулярностью, как будто по графику, не давая оставшимся темным магам ни малейшего отдыха, хоть плачь. Дни оставались только на переезды между городами и поселениями. К окончанию войны выживших некромантов перевозили в сонном виде, совершенно без сил, к следующему захоронению, а их оказалось очень много, война не щадила никого. Позорный договор вынужденного мира подвел итоги: магов почти не осталось, а темных и учить практически некому, и даже некому понять, достаточно ли одарен возможный адепт или студиоз.

Магистр Верн, директор третьей императорской школы, поддерживал отношения с Главой Совета магов магистром Жоссом еще со студенческой скамьи. Правда, особо в молодости не дружили, все-таки разные факультеты, один будущий магистр с теоретической магии, второй с практической, у каждого свои интересы, здоровались и разбегались. А в последние годы войны оба покалеченных мага оказались у одного целителя, тоже близкого по возрасту, магистра Цеска.

Поздними вечерами они иногда встречались втроем за чашкой чая, укрываясь от внимательных глаз дознавателей, больная тема — мир на позорных условиях, а всплывали все новые и новые подробности — измучила всех. В целительской и сговорились не возвращаться в столицу, устроиться на окраине империи, а по возможности и работать где-нибудь вместе.

Жоссу, довольно сильному магу, педантичному, аккуратному и последовательному от природы, предложили возглавить местный Совет магов, он согласился с условием создания школы, куда и притащил обоих приятелей.

Верн, несмотря на свою полноту и легкомысленные кудряшки, а может и благодаря им, славился добродушием и умением располагать к себе, подписал контракт и стал директором.

Целитель решил не торопиться, но согласился заниматься лечением населения при школе, надеясь со временем открыть еще и свое отделение, если найдет хоть одного обученного помощника.

Магов категорически не хватало.

Собранный тяжким трудом преподавательский состав Императорского среднего учебного заведения номер три цену себе знал, еще бы, за ними гонялись по всей стране, заманивая в школу.

Директор морщился и уговаривал, конечно, и что получил в результате? Ну, что есть, то есть. Глаза бы на некоторых не смотрели, но ситуация безысходная.

Просьбу подойти в выходной день на чашку чая приняли все мастера благосклонно, расположились в самом большом классе и ревниво рассматривали гостя, темного мага, потомственного некроманта, так его представил глава Совета.