Чтение онлайн

После этого я начал использовать метаморфизм на пару с трансфигурацией, и уже через пару минут из переулка Лондона в воздух взлетела непримечательная птица, начав лететь на северо-северо-восток. К Северному морю. Сначала скорость моя была как у обычной птицы, но постепенно становилась всё выше и выше. Спустя примерно час я преодолел скорость звука.

Куда я лечу? Ну, есть в Северном море один интересный островок, на котором построена башня, являющаяся тюрьмой. Тюрьмой для волшебников. Да, я направляюсь в Азкабан.

Азкабан известен волшебникам с пятнадцатого века, но далеко не сразу он начал использоваться в качестве тюрьмы. До этого времени об Азкабане никто ничего не слышал, остров ни разу не наносился на географические карты как колдунов, так и маглов. Полагают, что этот остров в Северном море, как и крепость, воздвигнутая на нём, были сотворены с помощью магии.

Вначале крепость служила домом для колдуна по имени Экриздис, о котором мало что известно. Неизвестно, родом из какой страны был этот волшебник. Очевидно одно: это был сильный маг, который практиковал наихудшие виды Тёмной магии. Экриздис жил совершенно один на острове посреди океана, и, чтобы как-то себя развлечь, заманивал к себе магловских моряков, а затем пытал их и убивал. Только после его смерти, когда маскирующие чары развеялись, Министерство магии обнаружило остров и воздвигнутое на нём строение. Люди, расследовавшие этот случай, отказались комментировать то, что они обнаружили внутри крепости. Всё это ещё больше омрачало то, что остров был заполонён дементорами.

Многие авторитетные волшебники были уверены, что остров является обителью зла, и лучшим решением будет его уничтожение. Другие же опасались того, что может случиться, если лишить дома такое большое количество дементоров. Они были уже настолько сильны и многочисленны, что не представлялось возможным их уничтожить без огромных потерь; многие боялись, что дементоры начнут мстить, если лишить их дома, к которому они привыкли. Казалось, стены здания, будто пропитанные страданиями и болью, удерживают дементоров. Кроме того, эксперты, изучающие воздвигнутые с помощью тёмной магии здания, утверждали, что уничтожение Азкабана может плохо закончиться. Поэтому крепость осталась целой, и по сей день служит местом обитания дементоров.

После принятия Международного Статута о секретности (1692 год) Министерство магии начало искать альтернативу небольшим тюрьмам для магов, разбросанным по всей стране по различным городам и деревушкам. Такие тюрьмы создавали немало проблем: при попытках заключённых сбежать, маглы наблюдали целое шоу из взрывов, дыма и света. В качестве альтернативы решили построить крепость неподалёку от Гебридских островов, но все планы разрушил Дамокл Роули, едва занявший пост министра магии.

Роули был диктатором, пришедшим к власти за счёт антимагловской предвыборной кампании. Он расчётливо воспользовался гневом, который испытывали многие волшебники в связи с необходимостью скрываться. Садист по своей природе, Роули сразу же отверг план о постройке новой тюрьмы и настоял на использовании Азкабана. Он утверждал, что дементоры, обитающие в Азкабане, только на руку Министерству: их можно использовать в качестве охранников, что существенно сэкономит время и деньги и избавит от лишних проблем.

Несмотря на возражения волшебников, среди которых были эксперты по дементорам и эксперты по зданиям с такой же тёмной историей, как у Азкабана, Роули смог осуществить свой план, и вскоре первая партия преступников была заключена в Азкабане. Больше их никто не видел. Если они не были опасными психами ранее, то, несомненно, стали таковыми вскоре после прибытия в Азкабан.

Следующий министр магии, Персей Паркинсон, также был сторонником использования Азкабана в качестве места заключения. И к тому времени, как пост министра занял Элдрич Диггори, тюрьма уже функционировала на протяжении пятнадцати лет. За это время никому не удалось сбежать. Казалось, что тюрьма вполне неплохо справляется со своими обязанностями. Так было до тех пор, пока Диггори не решил посетить Азкабан лично. Тут-то он и понял, почему из тюрьмы никто даже не пытался сбегать: большинство заключённых давно сошло с ума, а прямо рядом с тюрьмой хоронили тех, кто умирал от отчаяния.

Вернувшись в Лондон, Диггори создал комитет, от которого требовалось отыскать замену Азкабану или, по крайней мере, исключить дементоров из охранной системы заключённых. Эксперты объяснили министру, что дементоры не покидали остров до сих пор только потому, что для них регулярно поставлялись души заключенных, которыми они питаются. Если не держать в Азкабане преступников, то дементоры, вероятнее всего, покинут остров и непременно отправятся на материк.

Элдрич Диггори был сильно напуган тем, что увидел в Азкабане. Несмотря на мнение экспертов, он надавил на комитет, чтобы те начали поиски решения проблемы. К сожалению, прежде чем комитет смог что-либо сделать, у Диггори нашли драконью оспу, от которой он вскоре умер. С тех пор, вплоть до нынешнего момента, ни один из министров магии никогда всерьёз не рассматривал вопрос о закрытии Азкабана (в оригинальной истории этим занялся Кингсли Бруствер, занявший пост министра после окончательного уничтожения Волан-де-Морта). Они закрывали глаза на бесчеловечные условия в тюрьме, даже разрешили с помощью магии расширить крепость. Помимо всего этого, приказали посещать остров как можно реже, потому что нахождение человека в одном здании с таким огромным количеством дементоров пагубно влияет на состояние здоровья. Большинство оправдывало себя успешным функционированием тюрьмы, ведь ни одному заключённому ещё не удалось оттуда сбежать.

Только Альбус Дамблдор никогда не одобрял использование дементоров в качестве стражей тюрьмы, открыто говоря миру о недопустимости подобного. Не только из-за бесчеловечного обращения с заключёнными, но и потому, что предвидел возможную смену преданности этих тёмных существ.

Людей помимо преступников на том острове нет, но иногда появляются. Чтобы увести тех, кто отбыл своё наказание, или привести преступников. Редко, очень редко появляются посетители с сопровождением, необходимым, чтобы отгонять дементоров от гостей. О, ещё раз в месяц сюда приходят поить заключённых простенькими зельями, которые на тот самый месяц полностью удовлетворяют основные потребности в еде и воде. Кстати, поскольку с помощью ритуала табу внутри тюрьмы действуют антимагические чары, личные вещи вроде палочек не изымаются.

Конечно, обойти это можно. Например, зелья там будут работать нормально, именно благодаря им сбежал Крауч-младший. И всё, что относится к «внутренней» магии, такой как анимагия и магические дары, хотя об этом пока что неизвестно, ведь побега Сириуса не случилось. Впрочем, про побег Барти тоже пока не знают.

“Финита!» — мысленно проговорил я в какой-то момент с намерением прекратить действие чар ускорения.

Ещё через десять минут я достиг нужной мне цели, понемногу замедляясь. Здание тюрьмы представляло собой высокую, треугольную в сечении башню, на вершину которой я и приземлился. И тут же почувствовал, как действие трансфигурации начинает развеиваться. Впрочем, она мне уже не нужна, так что вместе с откатом действия чар, активирую свой метаморфизм.

Делаю себя выше, под два с половиной метра ростом, без одежды и половых органов, кожа становится серой, грубой, начинает покрываться чешуйками. Попутно вырастает вторая пара рук, они обзаводятся внушительными коготками, на костяшках появляются роговые наросты с внутренним красноватым свечением (я всё же полакомился рогами взрывопотамов… это было проблемно и опасно). Рот становится куда шире, челюсть разрастается, зубы меняются на кинжалоподобные, вырастают дополнительные ряды, количество зубов в каждом ряду увеличивается. Склера одного глаза покрывается синевой, радужка становится красной, другой становится драконоподобным с янтарной радужкой и веретенообразным зрачком. Макушка лысеет, также покрываясь чешуёй, как и остальное тело, из затылка начинают расти рога, изгибаясь вперёд. Готово, теперь я похож на лютую химеру.

Подойдя к рюкзаку, с которого спали уменьшающие чары, я достал палочку, являющуюся порталом, флакон с зельем, и небольшое ожерелье. Всё это я проглотил, широко раскрыв рот… Точнее сейчас его правильнее будет называть пастью. В желудке с ними ничего не случиться, я изменил желудочную кислоту так, чтобы она им не могла навредить даже в теории.

«А теперь… Начнём жатву…» — подумал я и, выкинув в море уже бесполезный рюкзак (он даже не был магическим, потому на него и легли уменьшающие чары с такой лёгкостью), направился к пристройке на крыше, которая ведёт вниз, внутрь башни.

Бам!

Ударом ноги я выбил дверь, начиная спускаться внутрь. Длинный коридор, идущий под небольшим наклоном вниз, делающий крутой поворот в самом конце. Никого не видно, слышны только бормотания за решётками камер вдоль стен. Я прошёл мимо первой камеры, второй… У шестой я остановился, и подошёл ближе к решётке.

— Твою мать, что ты за хрень такая!!! — завопил какой-то мужик, встретившись со мной взглядом.

Кровожадно улыбнувшись и проведя по губам удлиннившимся языком, я схватился руками за прутья решётки и… Просто вырвал их. Потом ещё пару прутьев. И ещё. Пока моё тело не смогло пройти внутрь камеры.