Скромный метаморф
Шрифт:
Космос. Мы находились на красном ковре, на котором стояло два диванчика, между которыми находился стол с чайным сервизом, а вокруг нас вращались скопления звёзд. Второй раз уже это вижу, но менее странным зрелище для меня не стало.
Ну и девушка напротив. Белоснежная кожа, чёрные волосы и того же цвета глаза, прекрасные, как пара ониксов. И одета она была в чёрное платье. Простенькое, но, тем не менее, очень даже красивое и подходящее для неё.
— Давно не виделись, дорогая моя Смерть, — с улыбкой проговорил я, вальяжно развалившись на диване. — Спасибо, что дала время попрощаться…
— Пожалуйста. У меня для тебя есть несколько старых вопросов, — со слабой улыбкой проговорила она.
— И у меня на них будут не менее старые ответы…
***
Некоторое время спустя
Хогвартс
Начало учебного года
— Непривычно без Льюиса, — сказал вяло ковыряющийся в своей тарелке Рон, чем тут же испортил настроение Гарри с Гермионой, сидящих рядом.
— Ага… — уныло кивнул Гарри и осмотрел Большой зал.
Чуть больше двух месяцев назад Льюис умер. На похороны пришло много людей. Очень много. Для многих он был хорошим, для кого-то даже лучшим, другом. Особенно тяжело переживали расстояние его отец с сестрой и пара влюблённых в него девушек. И золотое трио… Ни у кого не изменилось отношение к Льюису после его предсмертного рассказа. По крайней мере в худшую сторону. Особенно после того как всем заинтересованным были показаны книги.
Гарри их прочитал. Медленно, вдумчиво. И единственное, что вызывало недоумение — это то, что в той истории такого человека как Льюис Лавгуд просто-напросто… Не существует. Гарри тяжело было представить каким может быть мир без него. Хотя нет, может. Об этом ведь написано целых семь книг.
Столько интриг, опасностей и страхов, от которых Льюис его оградил. И не только его. Когда он говорил о многочисленных погибших в той истории, Гарри было трудно в это поверить… Да и сейчас трудно, но примерно представить он теперь способен. И от такой судьбы Льюис всех спас. Какого ему было нести в одиночку такой груз? Вот это Гарри точно не сможет представить. А ведь в этом году должна была появиться противная розовая жаба, а Сириус должен был умереть…
Он, кстати говоря, стал куда более тихим и менее улыбчивым, чем раньше. А когда ознакомился с книгами, неожиданно… Перестал цапаться с профессором Снейпом, и даже делает попытки наладить с ним отношения. Пока что не очень успешно, но попытки переломить былую неприязнь не прекращаются.
Профессор Снейп остался всё таким же ядовитым и вредным по отношению к ученикам, но при этом казался более закрытым. Хотя к самому Гарри он относился нормально (ему было очень неловко понимать, что это из-за влюблённости зельевара в маму) и даже показал Патронус после некоторых уговоров. Лань… Это было красиво.
Директор тоже изменился, будто бы постарел на несколько десятков лет. Откровенно говоря, Гарри не хотел давать ему книги, да и общаться с ним тоже. Знать, что тебя должны были готовить в качестве жертвенного агнца — это очень… Необычно и несколько неуютно. Но перебороть себя у мальчика всё же вышло и у них с директором состоялся весьма длинный и обстоятельный разговор.
Стыдно признать, но во время того разговора Гарри сорвался, кричал на директора и даже немного разгромил его кабинет. При этом профессор Дамблдор отнёсся к этому с пониманием и просто ждал, пока Гарри успокоится. По итогу всё пришло к взаимным извинениям и дальше разговор перешёл в более конструктивное русло. Директор даже дал мальчику Воскрешающий Камень, и Гарри смог поговорить с родителями. Впервые за всю свою жизнь. Рассказал им про то как жил у Дурслей, в Хогвартсе, про так полюбившийся ему квиддич, про друзей в целом и, в частности, про Льюиса…
Рон прав, без Льюиса непривычно. И не только им. Многие знакомые и друзья метаморфомага периодически бросали взгляды на то место, где обычно сидел Льюис. Он был посмертно награждён Орденом Мерлина первой степени. Вот только какой в этом смысл…
— Знаете… — начала говорить Гермиона. — Мы в Дарах Магии думаем о том, чтобы начать новое исследование. Хотим попробовать найти способ воскресить человека без использования тёмной магии, — тихо пробормотала она.
— Думаешь, получится? — спросил Гарри.
— Попытаться стоит, — пожав плечами, сказала девочка.
Надежды мало, она и сама это понимает. Но это ведь не повод сдаваться, верно, Льюис?
Гарри бросил взгляд на места, где сидели нынешние четверокурсники. Полумна, сестра Льюиса, вяло ковырялась в своей тарелке, почти не притрагиваясь к завтраку. Она совершенно не обращала внимания на мир вокруг. И так с того злополучного дня. Ни у кого не получалось её растормошить.
В школе теперь есть памятник Льюису. А его портрет, когда-то висевший в Выручай-Комнате, теперь рядом с памятником в весьма почётном месте. Постоянно бурчит из-за того, что его перевесили и ему теперь тяжелее помогать своим подопечным в исследованиях. Общение с портретом стало отдушиной для многих, кто скорбел по нему.
Нимфадора и Флёр теперь работают в Дарах Магии. Вторая переехала из Франции в Англию и всячески старается поддерживать семью Льюиса. Как и Нимфадора, в общем-то. Возможно даже, что именно они были инициаторами исследования по возможности воскрешения.
Из плохого… Ну, недавно, буквально на днях исчез Волан-де-Морт. Ранее филин Льюиса, а теперь Луны. Полумна упросила аж профессора Дамблдора попытаться что-то узнать и найти птицу. Не вышло, директор смог выяснить лишь то, что Волди влетел в некую пространственную аномалию. Ещё одна причина для грусти девочки.
Внезапно в Большой зал начали влетать совы. Похоже, пришло время для совиной почты. Гарри начал искать глазами Буклю. Живую Буклю, которая погибла в седьмой книге.
— Хаах… — тяжело вздохнул мальчик, снова коря себя за возвращение к неприятным воспоминаниям.
Внезапно в воздухе появился сверкающий объект похожий на зеркало. Преподаватели и директор напряглись, как вдруг…
— Уху! — с уханьем из этой сверкающей плоскости вылетел филин. И не просто филин, а исчезнувший несколько дней назад Волан-де-Морт! Причём с кучей писем.
С помощью клюва он начал доставать письма и скидывать. Одно упало перед ними тремя. Непонимающе переглянувшись с Роном и Гермионой, которые тоже не понимали происходящего, Гарри начал разворачивать конверт. Вытащив бумагу, они начали читать.
«Дорогие Гарри, Рон и Гермиона!
Поскольку я уверен, что вы будете вместе, пишу для вас одно письмо на всех, а не три отдельных, а то мне ещё целую кучу их нужно написать.
Начну с того, что ещё один шанс я всё-таки получил и оказался в другом мире. Кстати, оказался я здесь в своём теле, так что вы там у себя проверьте, не пропала ли моя тушка после похорон. Мир, в который я попал, называется Халкегиния…»