Чтение онлайн

–Ну, – Чонде звучал уже не так грубо, но все еще взволнованно. – Давай сюда.

Несколько ссадин на костяшках У Бин старательно обрабатывал не задавая вопросов. Он совсем не хотел ничего знать, хоть беспокойство за Чонде и давило. Это не первый раз когда друг приходил в таком виде, бывало и хуже, но сейчас он дергался чуть больше и шарил глазами по комнате словно ждал еще кого-то.

–Фух, ну спасибо. Извини что поздно, – словно только вспомнив о времени пробубнил Чонде, – я посплю у тебя до утра, да?

–Уже утро… – Невнятно пробормотал У Бин, но ответа Чонде не требовал, и уже довольно растянулся на раскладном диване. Его ноги свисали с края, он заворчал. Сам же У Бин прекрасно вмещался в полный рост на противоположном конце дивана.

–Возьми себе ключ, дверь долго не протянет, – прошептал он, – и я посплю.

И завертелся ища удобное положение.

–Да не дергайся ты, – буркнул Чонде, – спи.

У Бин послушно закрыл глаза. Как бы все это его не нервировало, но зная что рядом громила Чонде, он уснул быстро и крепко.

4

В отделе по особо тяжким преступлениям собрали брифинг. Капитан Чони'н перечислял текущие дела, мимоходом упомянул возвращение Мей с бумажной работы. Коллеги кивнули в знак приветствия, все разошлись по рабочим местам.

Мей села за выделенный ей стол, перебирая в руках фотографии с места преступления. Вокруг привычное копошение, телефонные звонки, негромкие переговоры, полноценная рабочая обстановка. И опера, готовые кинутся служить и защищать в любой момент, что подтверждало оружие, заманчиво выглядывающее из кобуры.

Фото президента в рамке и флаг республики маячили у Мей прямо перед глазами.

В отделе было всего две женщины помимо нее: одна – стажер, только из академии, т.е. девочка на побегушках, писавшаяся от радости когда, ей наконец разрешали поучаствовать в реальном деле. И еще одна – Сон Квон-Джу. Мей, увидев ее, назвала потрясающей, и мнения не меняла. Коллега была на пару лет старше, метила в прокуроры, и отчего-то никто не сомневался, что так и будет. С Мей они работали вместе над пятью разными делами: плодотворно и спокойно, но в отделе существовали по отдельности, как два острова одного архипелага.

Мей рассеянно потирала колено. Оно почти не болело, в отличие от головы, которую словно хорошенько встряхнули. Белая доска, облепленная фотографиями с места преступления и фото Киды из морга (его прислал Гуань Хун) стояла напротив.

–Ну-тс, что тут у нас!– пропел ТэХун, сосед по рабочему месту, заплывая на их общую территорию как к себе домой, потирая ладоши.

Лицом он напоминал сонного ежика, с припухшими веками и чуть вздернутым носом, что создавало впечатление юности. Удивительно милая комбинация с полицейском значком. Бритая под 0,6мм голова постоянно мелькала на тв, в интервью после судебных заседаний.

–Я твой опер, работаем в паре! – пояснил он. – Я должен был быть с тобой с самого начала, но у брата был концерт в школе, и я брал отгул на первую половину дня. Он кстати был волшебный, все родители были в коме от умиления, ну ты понимаешь… Вводи меня в курс дела!

На это ушло не больше десяти минут, память была супер способностью ТэХуна, фотографическая. Он запоминал большие куски текстов, даты и телефонные номера, но относился к этому как к фокусу. Мей же приходилось напрягаться чтобы ничего не упускать и не забывать.

–До родителей дозвонится никак не могу, – Мей развела руками. – В ее телефоне было меньше десяти номеров, и я смогла дозвониться только на один – ее начальника из цветочной лавки. Два номера отключены, два вне зоны доступа. И еще – опрос соседей ничего не дал кроме очень расплывчатого фоторобота некоего мужчины с которым ругалась жертва два или три дня назад. Соседка не уверена.

–Плохо… Но дело было ночью, не удивительно что соседи не слышали. Как мы понимаем, жертва знала нападавшего, раз шума не подняла… – пробормотал ТэХун открывая им обоим по второй уже банке холодного кофе.

Мей знала, что коллеги подшучивают над его жестким диалектом острова Чечжу. Она знала, что о нем говорят “Это вообще корейский?” – но сама едва различала. ТэХун говорил очень грамотно, разве что некоторые звуки и шепелявость иногда сквозили в речи, в остальном он разговаривал по всем правилам. И также терпеливо относился к ее собственному акценту.

– Соседи говорят, парня у нее не было?

–Ни парня, ни друзей, вообще никого.

–Не типично для молодой кореянки. А вот что точно странно, это ее отсутствие в соц.сетях. Кто сейчас их не имеет? А что с тетрадями? – ТэХун пролистал все три, и положив обратно на стол откинул голову на сцепленные в замок руки. – Сдаюсь. Тут глухо. Значит, начнем с того немногого что знаем: есть место работы, патрульные там уже были, сходим еще раз. У нас есть полное имя и информация, что Кида подготовительные курсы в университете, съездим и туда.

–Отлично.

Оба собрались довольно быстро. ТэХун терпеливо ждал пока Мей дойдет до лифта, и ни словом не обмолвился о том что хромота стала заметнее – выпитые украдкой таблетки обезболивающего еще не подействовали.

В машине Мей думала о своем нунчхи. Первым делом после переезда в Корею отец дал ей совет – прокачать свое нунчхи, необходимый навык для гармоничного сосуществования.

В это слово вкладывалось понятие наблюдательности и способности быстро ориентироваться в любой ситуации. Корейская тактичность была для Мей личным криптонитом. Она бы не назвала себя агрессивной или социопаткой, но обычную свою манеру поведения она в Корее показать не могла, особенно работая в коллективе.

Навык нунчхи в детях воспитывают с сознательного возраста, это умение считать обстановку, настроение окружающих, понять когда стоит промолчать а когда что-то сказать, когда нужно наполнить опустевший бокал друга и сделать вид что ты ничего не заметил в случае конфуза. Это способность понимать когда непринужденный светский разговор за обедом с коллегой становится неловким и прервать его пока он таковым не стал окончательно, и все для комфортного существования в коллективе.

У Мей нунчхи получалось только в отношении ТэХуна. Ну, что ж, один человек, уже не плохо, – Мей улыбнулась отстегивая ремень безопасности когда машина затормозила.

Цветочный магазин ничего не дал, аджосси6 промычал то, что они уже знали: тихая, приятная, хорошо обращалась с цветами, крутила красивые букеты, не опаздывала, не скандалила, никого рядом с ней не видел, в день смерти ничего необычного за ней не заметил.

–Кроме того парня, он так кричал на нее однажды, – пробормотал мужчина выставляя свежие букеты ближе к витрине.