Чтение онлайн

– Надо?

– Должны же мы хоть как-то убить время. Если, конечно, ты не хочешь сыграть в карты?

Хмыкнув, Бейли проложила по его шее дорожку поцелуев.

– Что ж, если других вариантов нет...

– Знаешь, мы даже можем сыграть на раздевание. Оба будем мошенничать, и таким образом... Черт. – Кейд был на середине лестницы и чрезвычайно возбужден, когда в дверь позвонили. – Продолжим чуть позже, хорошо?

Он опустил Бейли на ступеньки и пошел открывать.

Один взгляд сквозь волнистую стеклянную дверную панель заставил его застонать.

– Как всегда, в самое подходящее время.

Задержав ладонь на дверной ручке, Кейд обернулся к Бейли:

– Дорогая, женщина по ту сторону двери – моя мать. Помню, ты выразила некоторое желание познакомиться с моей семьей, но я даю тебе шанс, потому что люблю тебя. Действительно люблю. Так что мой совет – беги, не оглядывайся назад и прячься.

Бейли задрожала от волнения, но расправила плечи:

– Прекрати говорить глупости и открывай.

– Хорошо, но я тебя предупреждал.

Собравшись с духом, Кейд распахнул дверь и нацепил ослепительную приветливую улыбку:

– Мама. – Как и полагалось, он поцеловал ее в безупречно гладкую щеку. – Какой приятный сюрприз.

– Если бы ты хоть раз перезвонил мне, не пришлось бы устраивать сюрприз.

Леона Пэррис вошла в прихожую.

«Невероятная женщина», – потрясенно осознала Бейли. Разумеется, той, у кого трое взрослых детей и несколько внуков, должно быть не меньше пятидесяти. Но мать Кейда запросто могла сойти за холеную тридцатипятилетную даму.

Роскошные темно-каштановые волосы с золотыми прядями уложены в идеальный элегантный узел, и эта прическа очень шла к ее лицу с кожей цвета слоновой кости, холодными зелеными глазами, прямым носом и поджатыми губами. На миссис Пэррис был элегантно скроенный костюм цвета бронзы, подчеркивающий узкую талию.

Квадратные топазы размером с большой палец в ушах этой женщины мгновенно вызвали у Бейли восхищение.

– Я был занят, – начал Кейд. – Пара расследований и кое-какие личные дела.

– Разумеется, я не желаю слышать о твоих расследованиях, как ты их называешь. – Леона поставила свою кожаную сумку на столик в фойе. – И личные дела не могут служить оправданием пренебрежения семейными обязанностями. Ты поставил меня в очень неловкое положение перед Памелой. Я вынуждена была принести за тебя жалкие извинения.

– Тебе не пришлось бы извиняться, если бы ты сама все это не устроила.

Кейд чувствовал, как в нем закипают старые обиды, и старался не попасться в знакомую, слишком предсказуемую ловушку.

– Сожалею, что поставил тебя в неловкое положение. Хочешь кофе?

– Чего я хочу, Кейд, это объяснения. Вчера на вечеринке в саду у Маффи – куда ты также не явился – Рональд рассказал мне какую-то дикую историю о том, что ты обручился с женщиной, о которой я никогда не слышала, связанной с принцессой Уэльской.

– Бейли. – Он совсем забыл про нее.

Кейд повернулся, послал ей извиняющуюся улыбку и протянул руку:

– Бейли, познакомься с моей матерью.

«О боже всемогущий», – только и пронеслось в голове у Бейли, когда она спускалась по ступенькам.

– Леона Пэррис, познакомься с Бейли, моей невестой.

– Миссис Пэррис. – Голос «невесты» слегка дрожал, когда она протянула руку. – Как чудесно встретить вас. Кейд так много о вас рассказывал.

– Неужели?

«Привлекательная, определенно, – размышляла Леона. – Ухоженная, хоть и немного скромно одета».

– Боюсь, он совершенно ничего не рассказывал о вас. Я не расслышала ваше полное имя, – продолжила мать Кейда.

– Бейли в Штатах всего несколько месяцев, – встрял Кейд, излучая веселье и обаяние. – Я никому ее не показывал. – Он обхватил любимую за плечи и сжал собственническим жестом. – У нас было бурное ухаживание, верно, дорогая?

– Да, – еле слышно отозвалась та, – бурное. Можно и так сказать.

– Итак, вы дизайнер ювелирных украшений.
– «Красивые кольца. Уникальные и привлекательные», - отметила Леона.
– И дальняя родственница принцессы Уэльской…

– Бейли не любит бросаться известными именами, – перебил Кейд. – Милая, может, тебе стоит позвонить сейчас – ты же помнишь, у нас разница во времени с Лондоном.

– Где вы встретились? – требовательно спросила Леона.

Бейли открыла рот, пытаясь вспомнить, что они наплели Рональду.

– Собственно говоря...

– В Смитсоновском музее, – подхватил Кейд. – Перед . Я вел расследование, а Бейли изучала камни и делала наброски. Она была так поглощена работой. Я двадцать минут ходил за ней по пятам и болтал – помнишь, любовь моя, как ты грозилась позвать охрану? Но в конце концов мне удалось уговорить ее выпить со мной чашечку кофе. Кстати, о кофе...

– Это просто смешно, – прервала Бейли. – Абсолютно смешно. Кейд, это твоя мать, я так не могу. – Она повернулась и посмотрела Леоне прямо в глаза. – Мы встретились не в Смитсоновском музее, и принцесса Уэльская мне не родственница. Во всяком случае я в этом очень сомневаюсь. Я встретила Кейда в пятницу утром, когда пришла к нему в офис, чтобы нанять его. Мне нужен был частный детектив, потому что у меня амнезия, голубой бриллиант и больше миллиона долларов наличными в сумке.

Десять секунд стояла звенящая тишина. Леона молча постукивала ногой, потом поджала губы:

– Что же, я вижу, что никто из вас не собирается говорить правду. Поскольку вы оба предпочитаете выдумывать невероятные истории, могу только предположить, что вы превосходно подходите друг другу.

Она схватила сумку и направилась к двери, всем своим видом выражая оскорбленное достоинство:

– Что ж, Кейд, я подожду, когда ты соизволишь наконец рассказать мне правду.

Бейли оставалось только смотреть, а Кейд по-идиотски ухмылялся, глядя, как за его матерью захлопывается дверь.

– Не понимаю. Я ведь честно все ей рассказала.

– Теперь я понимаю, что означает фраза «правда освобождает», – с ликующим смехом он снова притянул ее в объятья. – Она в таком бешенстве, что оставит меня в покое на неделю. Может, даже на две. – Направляясь к лестнице, Кейд с энтузиазмом поцеловал Бейли. – Я без ума от тебя. Кто мог знать, что правда заставит ее отстать от меня?

Продолжая смеяться, он внес Бейли в спальню и бросил на матрас.

– Надо это отпраздновать. У меня припасено охлажденное шампанское, и я собираюсь снова тебя напоить.