Чтение онлайн

Это полное надежды «пожалуйста» попадает в цель.

— Ох, ладно, хорошо.

— Да! — восклицает она.

— При одном условии, — добавляю я.

— Каком?

— Ты позволишь мне дать тебе этот свитер и, — тянусь и беру со стойки ожерелье, на которое она положила глаз, — это в качестве твоего подарка на день рождения.

Она улыбается.

— Мне нравится. Спасибо тебе.

— Всегда пожалуйста.

Пока я заворачиваю для нее подарки, она даёт мне указания, как добраться до домика и рассказывает планы на вечер. Должна признаться, что звучит очень весело.

— У моего брата есть несколько одиноких горячих друзей, так что может, ты найдешь с кем-то из них общий язык, — добавляет она, поигрывая бровями.

— Вряд ли. В этом году мне не везет со свиданиями.

Я вздрагиваю, думая о последнем свидании, на которое ходила несколько месяцев назад. Оно было с успешным бухгалтером, который всю ночь говорил о своей скучной жизни, пялясь при этом на мою грудь. Затем он разделил счет пополам.

Это была катастрофа.

Вынуждена признать, что может и хорошо, что мы с Пеппом всегда вдвоем. Эта мысль такая удручающая...

— Никогда не знаешь наверняка. Может быть, тебе повезет, — подмигивая, она берет свою сумку и направляется к двери. — Увидимся в субботу, — говорит она через плечо.

— Пока.

Как только дверь за ней закрывается, я начинаю копаться в одежде, в поисках идеального наряда. Я могу появиться на этой вечеринке одна, но будь я проклята, если не буду выглядеть стильно.

ГЛАВА ЧЕТЫРЕ

Гейб

Да вы, блин, издеваетесь! Из всех мест в мире, я должен был встретить ее... здесь?

Мы с Джонни знаем друг друга с детства. У нас один круг друзей, и я думал, что знаю и всех друзей Джил.

Определенно нет.

Однако я знал, что она начала работать неполный рабочий день в бутике. А оказалось, это чертов магазин Блондиночки. Кто-то возьмет, да посмеется над иронией всего этого.

А вот я не вижу ничего смешного.

С первой нашей встречи меня преследовали воспоминания о ее попке, облаченной в черный шелк. А то, что я повсюду сталкиваюсь с ней, лишь прибавило мне мучений. И, конечно же, она появилась на вечеринке, выглядя, как сладкая мечта каждого парня, одетая в платье, демонстрирующее ее длиннющие ноги, и шпильки, созданные для того, чтобы впиваться в спину парню, пока он бессмысленно трахает ее.

Увидев меня, она выглядела такой же счастливой, как и я. Когда Джил знакомила нас, все это выглядело ненужным и неудобным, если не сказать больше. Джил же обрадовалась тому факту, что мы уже знали друг друга, и совершенно не обращала внимания на напряжение между Блондиночкой и мной. Что завораживает меня, и взывает ко всем первобытным инстинктам, которыми я обладаю. Девочка, которую я почти не знаю, связала меня по руками и ногам, и мне это охренеть как не нравится.

После обмена именами она избегала меня как чумы. Лишь раз взглянув на меня, пока попивала свой розовый напиток, она оставалась на другой стороне комнаты.

Не виню ее. Когда мы последний раз виделись, я вёл себя как придурок. Кажется, я ничего не могу с собой поделать. Есть в ней нечто такое, что сводит меня с ума. И не только тот факт, что она избалованная богатенькая девушка.

А нечто большее.

Огонь в ее глазах бросает мне вызов, заставляя меня хотеть увидеть, как далеко я смогу зайти. Не сомневаюсь, в ней есть нечто большее, чем она показывает всем вокруг, и часть меня жаждет узнать, что же это такое.

— Ты собираешься поведать мне историю о Барби или так и будешь продолжать глазеть на неё? — спрашивает Джонни, прислоняясь к стене рядом со мной.

— Нечего рассказывать, — жалкая ложь, даже для моих ушей.

— Точно, именно поэтому у тебя такой вид, словно ты готов кого-нибудь как следует отделать.

Мне хочется врезать кое-кому, но это не Блондиночка. Моя злость направлена на Тревиса, ещё одного моего давнего друга, который сделал своей целью развлечь ее. С того момента, как она вошла сюда, он пытается очаровать ее и залезть ей в трусики. Не сомневаюсь, они из черного шелка, едва прикрывающего ее феноменальную попку.

Через комнату я наблюдаю, как она сидит с ним, и мое раздражение растет, когда она откидывает голову назад и смеется над тем, что говорит этот ублюдок. Ее тонкая шея манит меня, и мой рот наполняется слюной, так сильно мне хочется попробовать нежную кожу.

В конце концов, она извиняется и отправляется в ванную.

Тревис идет к нам с Джонни, смазливая усмешка красуется на проклятом лице.

— Чувак, видел эту цыпочку? Я знал, что у твоей сестры есть горячие подруги, но эта, должно быть, самая горячая.

Это замечание заставляет меня захотеть вырвать ему язык.

Его взгляд переключается на меня, и, видя мой суровый взгляд, он отступает.

— В чем твоя проблема?

— Ни в чем, — глухо отвечаю я.

Джонни усмехается.

— Не думаю, что он рад тому, как тепло ты общаешься с горячей новой подружкой.

— Почему, ты ее знаешь? Между вами двумя что-то есть?

— Нет…

А что я должен ответить? Она - претенциозная, богатая девушка, которую я спас, и не уверен, я ее ненавижу или хочу трахнуть.

Хочу трахнуть ее так, словно ненавижу.

Господи, да у меня проблемы.

Прежде чем кому-нибудь из нас удается сказать еще хоть слово, к нам подходит Джил, держа в руках большую пивную кружку с крошечными листочками бумаги.

— Выбери имя, пожалуйста, — говорит она, держа кружку перед Тревисом.

— Это еще зачем?

— Первая игра сегодняшнего вечера.

Джонни стонет.

— Нам что, правда, нужны игры?

— Да. Так что перестань суетиться, — потом подносит кружку ко мне.

Вынимаю одну бумажку, чтобы задобрить ее, но я солидарен с Джонни. Мне не нужны игры.

Джонни тоже тянется за клочком бумаги, но Джил отводит кружку назад.

— Не ты. Тебе она не нужна. Твоим партнером будет твоя девушка.

— Партнером для чего? — спрашивает он.

— Увидишь, — она оставляет нас с загадочным ответом, двигаясь по комнате от парня к парню.

— Ненавижу это дерьмо, — ворчит Джонни.

— Она делает так каждый год, и каждый год ты скулишь по этому поводу, — напоминаю ему. — Почему бы тебе не начать праздновать отдельно?

— Ты же знаешь мою сестру. Она расстроится. Из-за этого я буду чувствовать себя дерьмом, а Лия добавит масла в огонь, и у меня неделю не будет секса, — говорит он, упоминая свою давнюю девушку. — Нет, спасибо. Как-нибудь переживу.