Чтение онлайн

— Вот и не стыдно тебе? — догадалась я о его задумке — посмотреть на меня голую.

— Стыдно. Честно, стыдно! За то что положил покрывало на тумбочку, а не швырнул его в другой конец комнаты, — в общем, он ничуть не раскаивался, а продолжал издеваться!

Халат упал на пол, а я обмоталась длинючим пододеяльником и с гордо поднятой головой развернулась и направилась в ванную комнату, где уже должна была высохнуть вся моя одежда. Правда я запуталась в этом пододеяльнике и халате, который волоком тянулся за моими ногами, и упала бы, если бы не успела вовремя схватиться за шторы и повиснуть на них.

— Аккуратнее, малыш… — начал Марк, как послышалось последовательное отлетание колец в разные стороны комнаты, на которых и весели шторы.

Всё произошло буквально за три секунды. Я наблюдала как край шторы со скоростью опускается вниз, а потом, когда последнее кольцо отлетело, я со вскриком «Ёпт твою мать!», грохнулась на пол. Штора шатром накрыла распластавшуюся меня, а потом стала медленно оседать. Послышался шорох, Марк быстро поднял меня на ноги и уже начал перебирать штору, чтобы откинуть её, но на него напал приступ смеха, поэтому он уже не мог помочь мне. Хотя нет, это приступ ржача! С подмыванием и всхлипами!

Я даже не знаю от чего покраснела, от стыда или злости! Но я с яростью откинула дурацкую штору и ели успела словить пододеяльник, который вдруг резко решил сползти с меня. Приступ ржача прекратился всего на секунду, Марк оглядел меня с ног до головы, а затем снова начал смеяться, держась за живот и сплёвывая волосы, которые постоянно попадали ему в рот. Мда, сегодня я точно не наслаждалась его смехом!

— Только попробуй хоть как-то прокомментировать этот момент! — пригрозила я ему пальцем, но мою угрозу не приняли всерьёз, а лишь продолжили потешаться надо мной с новой силой.

Пунцовая, я пнула халат со шторой и широкими шагами пошла в ванну.

Когда я уже почистила зубы, оделась и причесалась пятернёй, Марк постучал в дверь.

— Малышка, ты там жива? — по голосу было слышно, он улыбался.

— К счастью, да! — с недовольством ответила я.

— Ну не дуйся на меня! Сама виновата, что решила выпендриться и обвернуться пододеяльником, ничего бы не случилось, если бы ты…

Закончить я ему не дала, резко открыв дверь… я кажется пришибла его! БУХ! И дверь с грохотом врезается в его лоб. Я ж не думала, что он стоит прямо под дверью! Марк молча пошатнулся и схватившись одной рукой за дверь, а второй за лоб, просто стоял с выпученными глазами и немного пошатывался.

— Господи! Марк, ты живой?! — не на шутку заволновалась я за него, но даже не знала, что предпринять! Поэтому руки сами схватились за его лицо и повернули из стороны в сторону.

Марк постоял вот так секунду, потом проморгался и удивлённо произнёс:

— Малышка, это была месть за мой вопрос с сарказмом, да? Поэтому ты решила вернуть мне мою же шпильку? — и опустил глаза на меня.

— Что?! Ни какая это не… ААА… — дошло до меня, и я начала смеяться, опустив ладони с его лица.

Марк цокнул, с усмешкой покачал головой и искренне улыбаясь, начал наблюдать за мной. Я смеялась как тогда, в подъезде. Звонко и, как я считаю, мелодично.

— Твой смех очень интересно на меня действует, я начинаю желать тебя ещё больше. Во мне просыпается какое-то глубоко скрытое где-то внутри желание, которое вдруг захватывает и мне хочется взять тебя. Резко, жестко и так, как я желаю, — часто задышал Марк, а мне смеяться перехотелось.

С испугом посмотрев на его, я похлопала глазами. Луп-луп, луп-луп.

Марк сделал резкий шаг ко мне и угрожающе наклонился надо мной, от чего его волосы начали покалывать мои щеки и шею. Я смотрела на него, задрав голову и дышала через раз.

— Я обожаю твой смех, малышка, — он начал мягко, но потом, с каждым словом его голос становился всё твёрже и угрожающе. — Он обладает невероятной страстью, которая растаптывает мою выдержку в пыль, а крышу сносит так, что кажется она вообще не вернётся на место. Благо я здраво мыслю и разумом я останавливаю себя, натягивая себе на шею невидимый ошейник, который душит каждый раз, напоминая о твоей чистоте неприкосновенности… — он на секунду замолчал. — И я задыхаюсь каждый раз от удушья, которое приносит мне этот невидимый ошейник. Каждый раз хочется освободиться от этого, с яростью разорвать ошейник, как это всегда желает сделать бешенный пёс, которого посадили на цепь, во избежание страшных последствий. Любой ошейник, который ограничивает в действиях всегда надевает хозяин, тем самым показывая кто тут главный и кто здесь будет указывать что делать. Что ты сотворила со мной? Я стал слабым и немощным! Ты управляешь мною! Но ведь я могу и разорвать этот ошейник вместе с цепью, могу завладеть тобой в любой момент!

Он обхватил губами мою верхнюю губу, а потом, чуть прикусив её, резко отвёл голову и скрылся в ванной, громко хлопнув дверью, от чего мои волосы колыхнулись. Послышался звук льющейся воды, а затем стон, перемешанный с рыком.

ЧТО. ЭТО. БЫЛО!? Я постояла ещё так немного, а потом, с бешено колотящимся сердцем, пошла в спальню, чтобы занять руки хоть чем-нибудь. Например, заправить кровать и прокручивать в голове слова Марка миллион раз.

Что на него нашло? Всё ведь было нормально…

Через час мы уже сидели в машине и я, честно говоря, боялась заговорить с Марком. Сегодня произошло столько всего: сумасшедшая ночь, самый лучший рассвет и тот разговор, когда он волком склонялся надо мной, а затем закрылся в ванной. Я снова не знала, что и думать, что сказать ему? Идей не было никаких, но судя по его напряженному виду, мне нужно было срочно что-то сказать. Я скосила взгляд на него и сглотнула, когда увидела заострённые от напряжения скулы, сосредоточенный прищуренный взгляд на дорогу, слишком прямую спину и руки, которые с силой сжимали руль.

— Марк… — начала я.

— Боишься меня? — словно хлыстом прервал он меня.

Я сглотнула и начала говорить, даже не задумываясь.

Резко прервав её, я задал вопрос, который мучал и терзал меня изнутри с первой встречи с ней. А сейчас особенно. Я отдался чувствам и признался ей в своём желании и напугал её своим порывом, а ведь всё было так хорошо! Она доверилась мне!

— Нет. Уже нет, — через секунду начала она говорить, а я напрягся ещё больше. — Раньше да, ты пугал меня одним только своим видом. Ты казался для меня опасным, очень опасным.

Да, Светка рассказывала мне про «опасного и дерзкого соседа», я бы ухмыльнулся, но не мог.

— Ведь ты до безумия притягивал меня к себе! — выпалила она, закусывая губу. — Я не знала, что делать с этими чувствами, я боялась их, как огня, который манил меня магнитом, заставлял прикоснуться к нему, ощутить его силу и жар. Недавно я всё-таки вступила в этот огонь и теперь уже никогда не смогу вырваться из него, ведь я стала с ним одним целым. Я словно растворилась в нём и теперь пылаю вместе с ним. Сегодня на крыше я поняла, как ты дорог мне, я поняла, что не могу без тебя жить! Я люблю тебя тем, кто ты есть, знай это и будь всегда собой. Мне нужен только ты настоящий.