Чтение онлайн

Потому на свет и появилась вторая она, которую близко знал только этот мошенник Панг Чон. Он раздобыл удостоверение личности на имя некой Трисс Шот, двадцати одного году от роду. Трисс Шот — это вторая личность Мэй Со Юн. Которая ходит по ночным клубам и барам и ведет такой образ жизни, который и не снился примерной дочке из семьи Мэй. Пьет алкоголь, курит сигареты, флиртует напропалую с какими-то парнями… в общем — отрывается. И сперва ей было этого достаточно, ведь сама мысль о том, что она, переодевшись и надев парик, нанеся макияж и взяв поддельное удостоверение — проведет вечер в баре и даже попробует алкоголь — была запретной и будоражащей. Но потом… после бесчисленных попоек в барах и ночных клубах, после посещения даже стриптиз-баров, после хост-клубов, где к ней подсаживались «сладенькие» мальчики с длинными волосами и ухоженной кожей лица после того, как она столько раз видела, как этот мошенник Панг Чон цепляет девушек во время их совместных походов… все стало как-то привычно. И не вызывало прежнего прилива волнения, учащенного пульса и горячей волны в лицо. И походы по ночным клубам, танцы на танцполе до упаду, беседы в приватных комнатах со сладкими мальчиками из хост-клубов, выпивка в барах — уже не приносили ей облегчения и разрядки от ее «правильной жизни», где она привыкла зажимать свои чувства в кулак. Это… раздражало. И Трисс Шот, второе «эго» Мэй Со Юн — была все ближе к поверхности, готовая взорваться, словно бомба, взорваться, да так, что никому рядом не поздоровилось бы.

Так что Мэй Со Юн — понимала этого Намгун Бон Хва. Он и сам такой же. В одной ипостаси — он скромный и даже застенчивый школьник, который не может смотреть девушке прямо в глаза и никогда не идет на конфликт первым, всегда готов уступить, не отстаивать свои интересы, лишь бы окружающим было удобно. И это даже трусостью не назовешь, он просто так воспитан, что думает прежде о других, а не о себе.

И конечно же — вторая его ипостась. Мистер Волк. Оками-сан. Отражение поговорки о том, что «homo homini lupus est» — человек человеку волк. Думающий прежде всего о себе, не чурающийся грязных приемчиков и всегда идущий на конфликт, готовый повысить ставки и разорвать на клочки всех, кто встанет на его пути. Безжалостный, эгоистичный, прагматичный оппортунист.

Мэй Со Юн — понимала этого Бон Хва, а потому — могла читать его как открытую книгу. И его и эту девчонку. Су Хи — пока еще не оправилась до конца от травли, для нее каждый день в школе — вызов и испытание. Она все еще вздрагивает, когда видит в коридорах или на школьном дворе своих мучителей… пусть даже те — сами спешат отвести взгляды и поспешить по своим делам. Все-таки Мистер Оками навел на них страх божий и сейчас даже Куоко не позволяет себе ядовитых комментариев в сторону Су Хи. По крайней мере в лицо. За глаза… за глаза она распускает нехорошие слухи… но это не проблема. С этой Куоко она, Мэй Со Юн — справится в любой день недели, достаточно ей только шепнуть пару словечек кому нужно.

А вот Су Хи… она сейчас кровь из носу пытается вести себя «как обычно», сама не замечая, что ведет себя совсем не так как вела бы себя обычная школьница в таких обстоятельствах. Она — бросает вызов сама себе и каждый раз ведет себя как будто в последний день своей жизни. Это нездоровое отношение, но ей, Мэй Со Юн — это и нужно. В конце концов она не психотерапевт, чтобы решать внутренние проблемы Су Хи. У нее и свои проблемы есть.

— Ну так что? — говорит она, взвешивая на ладони карту-пропуск в номер: — вы идете или нет? Я могу и деньги вернуть, тут есть такая опция? — и она удовлетворенно выслушивает как Бон Хва — тут же соглашается с ней. Он слишком старается угодить своей девушке, это легко просчитывается. Все-таки пытаться соблазнять девушку в кабинке караоке — совсем не то. Хотя он сам мог бы и потерпеть, но вот допустить такое по отношению к Су Хи — не может. Так что он пойдет на определенные жертвы, лишь угодить ей. В свою очередь Су Хи… это может быть проблемой, но Мэй уверена, что справится с ней.

Они проходят внутрь, поднимаются по лестнице, покрытой толстым, мохнатым ковром, идут по длинному коридору, останавливаясь у двери с горящими цифрами «216». Она вставляет карточку в прорезь считывателя, дверь открывается. Она делаешь шаг внутрь и оглядывается. Темно. Оглядевшись, она находит на стене горящую зеленым прорезь с надписью «вставьте карту» и следует инструкции. Загорается мягкий свет под потолком, на стене — вспыхивает сенсорный экран с надписью «Добро пожаловать!».

— Ого. — говорит она, играя на публику, слишком уже восторженно: — видели какая тут кровать? В форме сердечка! И какая здоровенная! Да на ней можно восьмерым спать за раз…

— Д-да. — кивает Су Хи, оглядываясь: — кровать и правда огромная. И красивая.

— Никогда в таких местах не была. — она скидывает туфли и проходит дальше: — смотрите! Тут есть качели! И… ого! — панель на стене отъезжает в сторону, открывая нишу, в которой на красном бархате развешены различные устройства и приспособления. Некоторые она узнает — наручники, хлысты и стеки, кляпы… но некоторые слишком причудливы.

— Ну… по крайней мере недостатка в инструментах у них нет. — она оглядывает открывшееся перед ней разнообразие: — а это что такое?

— О! Тут есть функция… — Су Хи замирает над сенсорным экраном управления номером и через некоторое время свет из скрытых источников под потолком — моргает и изменяется, становится чуть глуше и приобретает красный оттенок. Откуда-то раздается мягкая мелодия.

— А тут… довольно модно. — говорит Мэй. Она привыкла получать то, что хочет. Не потому, что она — избалованная дочка богатых родителей, нет. Будь ты хоть тридцать раз дочерью миллиардера, но высшие оценки в престижной школе ты не получишь, если не будешь стараться. Мэй Со Юн всегда получала то, чего хотела, потому что она — была упорной, целеустремленной и умной. Так она в свое время захотела стать во главе Студенческого Совета — и стала. Но она так же понимала, что в данном случае одной ее воли недостаточно. Если она хочет снова увидеть, как эта Су Хи — встает на колени перед Мистером Волком — ей нужно быть терпеливой и ни в коем случае не пережать. Потому что этот Бон Хва, в любой его ипостаси — всего лишь парень и с ним все понятно. А вот Су Хи… мысль о Бон Хва и той же Кан Оби вместе — почему-то не вызывала у нее прилива энтузиазма. Может быть потому, что эта Кан Оби рассуждала об этом спокойно, словно чашку чая выпить — давай, говорит, я тебе отсосу, раз уж все равно вместе жить будем. И… ну не вызывает она никаких чувств, словно бы ей все равно. А вот Су Хи… ей нужно узнать, был ли тот раз — случайностью или нет. Получит ли она снова то самое чувство, глядя на этих двоих? Половина ее плана уже сработала… она так и предполагала, что эти двое после школы, да после признания — обязательно пойдут в лав-отель. И их, ожидаемо — не пустят. Она опасалась, что Бон Хва пригласит Су Хи к себе домой, но и тут у нее было бы оправдание, — она бы заявилась с пачкой бумаг, якобы для него как для члена Студсовета. Однако лав-отель — это даже лучше. Она заманила их в ловушку… теперь у них нет другого выхода, кроме как позволить ей остаться. Конечно, она сказала, что уйдет… но она не может уйти. Если она сейчас извлечет карту-пропуск из считывателя на стене — то погаснет свет и номер перестанет считаться системой занятым. А уйти без карточки она тоже не может — иначе аппарат внизу не отдаст ее удостоверение личности. На самом деле она уже бывала в таких местах… просто попробовать. Так что она прекрасно знает как все тут работает. Бон Хва слишком деликатный, он не скажет «ну тогда подожди нас в коридоре», это было бы невежливо и граничило с хамством. Она им номер сняла и оплатила, а ее — в коридор? Не поступит так и Су Хи. Конечно, они могли бы попросить ее, скажем посидеть в другой комнате… но другой комнаты тут нет. Это — одна комната и тут некуда скрыться… даже душевая кабинка и туалет — сделаны из прозрачного стекла, так что все видно. В конце концов, она знала, какой номер ей нужен. Номер для тех, кто ничего не скрывает.

— Вот же… — говорит Бон Хва с досадой, глядя на экран своего телефона: — как невовремя!

— Что такое? — поворачивается к нему Су Хи.

— Да… говорил мне Тиен, что ко мне из Сетевого Дозора могут обратиться. Вот они и написали. Приглашают на встречу, на окраине Сити через десять минут. А я… я ж не успею.

— Кто же так приглашает на встречу? — удивляется Су Хи: — заранее нужно договариваться о таком. Как ты доберешься за десять минут?

— Да нет, это же не в реале, а в «Двоечке», — отвечает Бон Хва, оглядываясь: — вот была бы тут VR-гарнитура…

— А что, в другой раз нельзя? — морщит лоб Су Хи: — как-то неправильно вот так писать «встреча через десять минут», а если ты занят?

— Да об этом же легенды в сети ходят. — отвечает Бон Хва: — это что-то вроде теста на собеседовании у них, понимаешь? Чтобы через десять минут был в указанном месте, несмотря ни на что. Но… у меня не получится, видимо. Даже если бы я домой сейчас рванул… — он пожимает плечами: — ну и ладно. Не судьба, так не судьба, хотя лишние деньги от Сетевого Дозора сейчас не помешали бы…

— Почему ты так думаешь? — спрашивает его Мэй: — кто тебе сказал, что в таких местах VR-гарнитуры нет? Да половина всех посетителей дополненную реальность используют. Вот. — она нажимает на кнопку и в изголовье кровати открывает ниша с лежащим там VR-обручем.

— Ух ты! Спасибо! — радуется Бон Хва и поворачивается к Су Хи: — извини, я буквально на пару минуток. Встречусь там с людьми из Сетевого Дозора и назад, хорошо?

— Н-ну ладно. Если это так важно, то конечно. — кивает Су Хи. Бон Хва хватает обруч VR-гарнитуры, скидывает пиджак и Мэй не без удовольствия замечает его развитые мышцы под рубашкой. Он же — надевает обруч на голову, откидывается назад и закрывает глаза, обруч загорается зелеными линиями.

— Парни. — говорит Мэй, убедившись, что Бон Хва уже подключился и не может их слышать: — а говорят, что для них девушки важны. Всегда готовы в свою компьютерную игру сбежать от ответственности, а?

— Госпожа Мэй. — склоняется в поклоне Су Хи: — думаю нам нужно поговорить.

— Согласна. — Мэй садится в глубокое кресло, которое стоит напротив кровати. Стоит так специально, чтобы тот, кто в кресле — мог с удобством и в комфорте наблюдать за тем, что происходит на кровати. Су Хи, немного поколебавшись — устраивается на краешек кровати.