Чтение онлайн

Передумал, так сказать, свою недавнюю мысль с тех времён, когда у меня ещё не попытались отжать группу «Альта» и когда я всеми силами пытался избавиться от них поскорее самостоятельно. Что ж… призма восприятия изменилась.

Сильно изменилась.

— И бутылочку шампанского ещё, — сказал я. — Нет, две. Три! Нам есть что отметить, — и положил трубку обратно. — Ну а теперь, Державин, слушай…

Ещё по дороге мы с альтушками договорились о том, что можно рассказывать и о том, что нельзя. Как и тогда, в первый раз. Правда, теперь я разрешил девушкам рассказывать вообще обо всём, кроме шаманки и моего метода тренировок.

Кто знает, тот и сам поймёт.

А кто не знает, тому и знать не надо.

Итак, в ожидании ужина мы поведали Державину про болотный бублик. Про грибное освещение и дороги из кочек, про крокодиловых бегемотов и кенгуру с зачатками магов-стихийников. Выдвинули предположение о рукотворном проектировании бубликов, да только что толку-то с предположений?

Наверняка, всё равно пока что не узнаем. Ни мы, ни институтские. Фактов у нас маловато.

— Ага, — потешно кивал Державин в своём костюме. — Ага. Ага. А что случилось с Ксенией Шестаковой? Я так понимаю, девушка была оглушена или ранена и…

— Выключи диктофон.

— Прости?

— Выключи, говорю, диктофон.

Тут нам в дверь постучались. На моё тройное: «Войдите!» — никакой реакции не последовало. Я сперва даже разозлился, а потом вспомнил, что мы вообще-то на карантине и контактировать с нами никак нельзя. Тогда попросил альтушек открыть дверь и забрать заказ.

Стеклова с Ромашкой вкатили в номер аж четыре стола на колёсиках со всякой разной вкуснятиной. Ну и с ведёрком для льда, из которого торчало три бутылочных горлышка, — всё, как я и просил.

— Ну! — я хлопнул в ладоши, взялся за шампанское и на всякий уточнил у Державина: — Диктофон вырубил?

— Вырубил.

— Точно?

— Точно.

— Ну! — начал я заново. — Группа «Альта»! Степан Викторович! У меня есть для вас прекрасная новость!

— Пах! — это из шампанского выскочила пробка и с характерным дзыньком ударилась о хрустальную люстру.

— Сегодня для нашего с вами отряда большой день! Важный день! Не побоюсь этого слова, «знаменательный»! Сегодня свершилась история! Но нет! Я вовсе не о первом санкционированном выходе в трещину, если вы могли так подумать! Я совсем о другом!

Все эти вступительные словеса были сказаны лишь для того, чтобы успеть разлить шампанское по бокалам. Наливал я не до краёв, но, что характерно, бутылочка уже разошлась.

— Итак! — я поднял бокал. — Для меня большая честь сообщить, что сегодня в нашем с вами отряде появился первый Золотой маг!

Альтушки ахнули и начали переглядываться.

— Золотой маг? — вдруг послышалось у меня за спиной.

В дверном проёме, пошатываясь и упираясь рукой о косяк, стояла Ксюша Шестакова в слегка помятом вечернем платье. И вот ведь какой нечаянный символизм! Из всего разнообразия предложенной одёжки подруги почему-то решили нарядить её в золотое.

— Какой Золотой маг? — спросила Шама и шмыгнула носом. — Кто?

* * *

Чао Чэнь оказался человеком слова. Сказал и сделал. Причём сделал без отлагательств и, что уж точно достойно уважения, сделал в другой стране, на совершенно незнакомой ему территории, где он по идее должен быть дезориентирован, как слепой котёнок.

Не прошло и суток, как Чао уже перевёз в Российскую Империю всю свою группу, арендовал единственную студию звукозаписи в Сакраменто и даже успел написать песню. Сам или не сам — вообще плевать. В переписке Чао говорил, что пользуется услугами авторов-песенников и ничего зазорного в этом не видит.

Взгляд на творческую профессию изнутри, как же это будоражило!

Но как бы там ни было на само деле насчёт авторства, главное, что в песне один из куплетов был написан специально под женский вокал, то бишь для Иры Скуфидонской. И мало того куплет! Две строчки припева! Одна на английском, а вторая вообще на русском, чтобы девушке было сподручней.

«Сегодня вечером сможешь?» — написал Чао, и Ирина, конечно же, согласилась.

Причина, по которой они с Тамерланом вообще попали в Удалёнку, уже и не причина вовсе, а груда металлолома и подконтрольный княжеский род. Брат со своим отрядом уехал на задание. Гандам забрали люди Владимира Александровича.

Делать, по сути, нечего.

— Как это нечего?! — возмутился хакер, семеня вслед за возлюбленной к гаражу. — Давай фильм посмотрим! Давай погуляем, в конце-то концов!

— А мы с тобой ещё не насмотрелись за столько лет? И не нагулялись? — спросила Ира. — Тим, извини, но я всё равно поеду. Это мой шанс… ну а если не шанс, то просто интересный опыт.

— Опыт, блин, — пробубнил Тамерлан, нахмурив кустистые брови. — Я поеду с тобой!

— Тима, блин… зачем?!

— А я, может, тоже петь хочу!

— Хочешь петь, ищи себе своих богатых сингапурцев, — Скуфидонская, начиная злиться, села в кабриолет брата. — А от меня отстань.

— Ир!

— Буду не поздно, — сказала она и завела мотор. — Всё, не скучай, — и тронулась с места.

Глядя исподлобья, Тамерлан наблюдал за тем, как его девушка уезжала на встречу с так называемым сыном маминой подруги. И таинственный иностранец, и нефтяник, и певец, и на дуде игрец. И ведь, наверняка, слащавый, как сахарный сироп! Звезда сцены.

Да, Ирина никогда не давала ему поводов для сомнений, но… но в ней-то он до сих пор и не сомневался! А вот в этом сраном Чао Чэне! Сомневался, да ещё как!

Да и потом! Тамерлан ведь тоже с востока! Вот только несколько с другого востока, где несколько другие обычаи и порядки! И несмотря на то, что он обрусевший хакер и лишний раз старается не выходить из дома, кровь его была горяча, как пламя Кати Чертановой!

Ревность сжигала его изнутри.

Не было возможности думать о чём-то другом, не было никакого варианта успокоиться и отпустить ситуацию.

— Да какого хрена?! — сжал кулаки парень.

— Гер Тамерлан? — раздался голос Кузьмича позади. — Ирина Ивановна уехала в город?

— Уехала, — односложно ответил хакер.

— Ну и чудно! Кажется, мы остались с вами вдвоём. Я могу вас как-то развлечь? Не желаете партию в нарды или кальян?

«Надо что-то делать», — крутилась мысль в голове у Тамерлана. Надо, блин, надо! Надо что-то предпринимать! Нельзя просто стоять и смотреть на то, как какой-то косоглазый хмырь будет охмурять любовь всей его жизни!

— А хотите пострелять из огнестрела по тарелочкам? — продолжал перечислять варианты досуга Вильгельм Куртович. — Могу устроить, у фрау Смертиной есть чудное ружьё…