Скунс и Барсук. Невероятное сокровище
Шрифт:
И Скунс – прыжок, скачок – оказался уже в дверях. Он подобрал с пола венчик и лопаточку.
– Тонкая и гибкая – куда более удобная, чем кажется, – сказал он, сгибая лопаточку, и сунул оба прибора в карманы фартука. – Мне нужно полить Ракетофель. Я говорил, как он отлично устроился в горшке на заднем крыльце? (Ракетофель был маленькой картофелиной, однажды вылетевшей из миски на волю. Скунс и Барсук посадили его в горшок.) Ответа Скунс не ждал. Он посмотрел на Барсука:
– Обед в полдень. Ровно в полдень. – И, не добавив больше ни слова, Скунс ускакал прочь.
В животе у Барсука заурчало. Часы показывали 11.08 – до обеда оставалось пятьдесят две минуты.
«Важная Камнеработа!» – строго сказал себе Барсук. Он направился к камнестолу и взял неопознанный объект.
– Камень или Минерал?
Он покрутил объект в лапах и повторил уже громче:
– Минерал или Камень? Камень? Минерал?
А потом подбросил объект в воздух.
Он взлетел.
Он упал.
Он приземлился прямо в лапу Барсука.
– Камень! – прокричал Барсук.
Глава вторая
«Обед?» Барсук немного помялся и просунул голову в двери кухни.
Скунс стоял у плиты, и карман его фартука был набит конвертами. Вытяжка гудела. На конфорках плиты шкворчали две сковородки и бурлила кастрюля. Похоже, Скунс одновременно готовил обед и разбирал почту Соединённого Пеликанства. Барсук увидел, как Скунс одной лапой достаёт из кармана фартука запечатанный конверт, а другой потряхивает сковородкой, полной грецких орехов. Тыгыдык-тыгыдык-тыгыдык. Скунс взглянул на конверт.
– Спам, – пробормотал он и движением метателя дисков швырнул конверт на стойку.
– Ко!
Барсук повернулся и увидел, как курочка породы Ко-Шамо изучает неоткрытый конверт (левым глазом, правым глазом и снова левым). Ещё две курочки (Китайская шёлковая и Орловская) дремали рядышком, уткнувшись клювом под крылья. Ко Шамо резко пихнула конверт лапкой, потом встопорщилась и успокоилась. Барсук оглядел кухню. «Маленькой Рыжей Несушки нет».
Скунс поморщился в сторону Ко Шамо («Прости! Не обратил внимания!») и потряс сковородку грецких орехов. Тыгыдык-тыгыдык-тыгыдык. Синее пламя конфорки вспыхнуло жёлтым, красным, оранжевым. В другой сковородке золотисто румянились кругляши теста. Над кастрюлькой поднимался пар. Запах горячих яблок, мёда и кардамона проплыл мимо мордочки Барсука.
Барсук откашлялся.
– Скоро?
Скунс поднял голову. Он бросил взгляд на стенные часы и строго посмотрел на Барсука:
– Десять минут.
Барсук не сдвинулся с места, и Скунс выхватил из кучи писем на стойке открытку и сунул Барсуку.
– Вот. Читай. – Он указал на барсучье место за столом. – Садись.
«Десять минут?» У Барсука закружилась голова и задрожали коленки. Но жалобы на голод никак не ускоряли появление еды (это было проверено). Так что Барсук покорно кивнул, сел на своё место за кухонным столом и взял открытку. Она была от тётушки Лулы. Барсук прочёл:
«Здравствуйте, Барсук & Скунс! Пишу вам из тсугового леса. Воздух! Вид! Простор для деревьелазания! Самый крепкий сон – на деревьях. Вы пробовали? ОЧЕНЬ РЕКОМЕНДУЮ. – Тётушка Лула».
Бур-машина забурчала в животе Барсука. «Скоро», – сказал он своему животу. Барсук закрыл глаза и вдохнул. Лук и… кабачки? Да. Он представил себе тарелку кабачковых оладьев с… Он принюхался. Яблочным соусом! И? Он вспомнил тыгыдыкающую сковородку. С жареными грецкими орехами. Затем Барсук уловил ещё какой-то запах… металл, слюда, старая труба…
Труба? Барсук бросил взгляд на Скунса.
А потом ещё один. Погодите. Минутку.
Если ты готовишь на плите, разве не нужно на эту плиту смотреть? В любом случае, читать письмо и почёсывать лапу лопаточкой, когда за спиной что-то шипит в сковородке, – явно не самая лучшая идея.
Китайская шёлковая хлопнула крыльями.
– Кудах!
Ко Шамо вытянула шею. Орловская забила тревогу:
– Кудах-кудах-кудах-тах-тах!
Барсук перевёл взгляд на плиту. Из большой сковороды поднимались кольца дыма.
А затем сковорода сделала пуф. Взметнулось пламя. Как вспышка на солнце!
– Огонь! – вскрикнул Барсук, указывая на сковороду.
– Ох! – сказал Скунс. Он сунул письмо с конвертом в карман фартука и быстро развернулся. – Надо было предупредить! – лёгким взмахом лопаточки кругляши теста шлёпнулись в раковину. И потеряны были не только они.
– Свернулся, – сказал Скунс о содержимом кастрюли. Глядя на орехи в маленькой сковородке, он потряс головой. – Сажа и угли!
Со вздохом Скунс грохнул кастрюлю и две сковородки в раковину и поглядел на курочек.
– Пообедаем в другой раз? – Одна за другой курочки окружили раковину, оглядели кастрюлю и сковородки (левым, правым, левым) и спорхнули со стойки: «Ко-ко-ко-ко». Скунс проводил их к задней двери и ещё раз сказал вслед:
– Да! В другой раз!
Затем вернулся в кухню. Он принюхался и отключил вытяжку. Наступила тишина.
Скунс повернулся к Барсуку.
– Я получил ужаснейшее письмо. Прочитай, пожалуйста.
Он вытянул из кармана фартука мятый конверт с письмом и подал Барсуку.
Барсук взял его. На конверте значился отправитель:
Мистер Дж. Еж
Нортвист
И получатель:
Мистер Скунс
Дом мисс Лулы Л. Куницы
Нортвист
Барсук расправил письмо и прочёл:
Мистер Скунс,
Я недавно совершил переезд в Нортвист. Насколько я понимаю, вы теперь тоже обитаете в Нортвисте. Пишу, чтобы сообщить вам, что я хотел бы возобновить нашу прежнюю договорённость. Утром в воскресенье я зайду за «Книжным Оборзением».
Выражаю своё сочувствие по поводу инцидента с лаской из «Доставки Скороласки». В «Куриных книгах» это долго обсуждалось. Я, конечно, узнал о вашем участии. Фирменный запах перепутать невозможно.
Искренне ваш,
На «ужаснейшее письмо» это не особо походило. Барсук поднял глаза, не зная, что сказать.
– Видишь? Видишь? – Скунс прыг-скокнул и ткнул коготком в письмо. Он кивнул головой, как будто Барсук действительно что-то увидел.
– Э… – выдавил Барсук.
– Если мистер Дж. Еж в Нортвисте, он отнимет мой книжный обзор! – пояснил Скунс.
Барсук нахмурился.
– Отнимет? Но он не это написал. – Барсук проглядел письмо и постучал по нужной строчке. – Он говорит о «прежней договорённости».