Чтение онлайн

Мысленно порадовавшись за друзей, Эдуард едва не уснул, замотал головой и попросил у Колы горячий травяной отвар. Она послушно наполнила чашку ароматным напитком, без вопросов положила сколько нужно сахару. Потом посоветовала попробовать бодрящее желе с молотыми орехами. Отведав этих тонизаторов, Эдуард с удивлением обнаружил, что голова немного прояснилась, зрение стало почти четким и вообще пора в постель. Однако разговор требовал продолжения, поскольку в дискуссию включился Туам.

— Наши мастера кое-чему научились, — нервно подергивая усом, сообщил старший сын патриарха. — Мы умеем отливать пушки и стволы для мушкетов. Но мы не умеем делать ружья, даже отдаленно похожие на ваши. А уж патроны к вашим ружьям — это вовсе немыслимое дело. Слишком тонкая работа.

— Перестаньте думать об оружии, — устало посоветовал Эдуард. — Лучше научитесь делать хотя бы самые простые паровые машины, станки для обработки металла и дерева. Поверьте, через полвека ваша жизнь станет во много раз лучше, ваш народ будет доволен и сыт.

— И все равно мы не скоро научимся делать отличные товары, которые получаются у вас, — пожаловался Глом. — Почему земляне привозят так мало полезных вещей?

— Хочешь, я привезу миллион комплектов отличной посуды? — Эдуард начал злиться. — Через пару дней твоя фабрика разорится. Никто не станет покупать дорогие глиняные миски, если на каждом углу почти даром продаются тонкие красивые небьющиеся тарелки Небесных Гостей. Хочешь?

Сразу несколько теолийцев заворчали, готовясь возразить, однако не успели озвучить свои мудрые мысли. Душный воздух трапезной завибрировал от мерзкого визга — снаружи кто-то истерично дул в изогнутый рог, возвещая тревогу.

Мужчины молниеносно повскакивали из-за стола и — не без толкотни в дверях — убежали сражаться. Корунд тоже шагнул к выходу, проверяя координацию движений. Безусловно, пьян он был от души, но прочно держался на ногах. Удовлетворенно крякнув — очень уж хотелось подраться, — он похлопал по карманам расстегнутой куртки. Прибор ночного зрения оказался на месте — не пропил, стало быть.

Во дворе уже трещали выстрелы. Вожди наперебой выкрикивали команды, остальные защитники усадьбы орали в десятки глоток. Умножая переполох, истошно вопила скотина в сараях, рычали цепные коты. Над этим гвалтом деловито простучал издалека пулемет.

— Тубонда… все-таки напали, — с досадой резюмировала Кола. — Не ходи, там опасно.

— То, что нужно! — Выходя из комнаты, Корунд нажал сенсор выключателя и, когда свет погас, прикрикнул: — Держись подальше от окон, а лучше — ляг на пол.

В коридоре бестолково суетились бабы с детворой, старушечий голос причитал: дескать, кого-то убили, а кого-то ранили. Расталкивая домочадцев и челядь, Эдуард пробился к лестнице, ведущей на чердак. В суматошном ночном бою посреди степи первое дело — держаться выше противников.

Оба солнца закатились, долину освещали только звезды и лунный серп. Как и следовало ожидать, почти все мужчины, расхватав оружие, толпились во дворе. Лишь немногие выбежали за стену забора, подставляя себя под вражеские пули. Тубонда — или кто там устроил заварушку — залегли в сотне-другой шагов от северной ограды и беспрерывно нажимали спусковые крючки, не утруждая себя прицеливанием. Короче говоря, бестолково опустошали подствольные магазины своих винтовок. А вот среди деревьев на холме, что в трехстах метрах к северо-западу, расположились пулеметчики, очереди которых стегали по дому, кроша камень и выбивая стекла.

Первым делом Эдуард схватился не за бластер, а за видеофон. Хоть и сильно нетрезв был, но помнил, как должен поступать землянин при обострении ситуации в варварском мире. Сообщив дежурному городской комендатуры о перестрелке с применением недозволенного оружия, Корунд извлек из кобуры пистолет-лучемет, подрегулировал контраст «ночному глазу» и добавил увеличение.

Теперь пулеметное гнездо было видно вполне четко, поэтому первая же серия импульсов срезала половину расчета. Уцелевшие, само собой, увидели, откуда бьют по ним лучи, и попытались навести пулемет на чердак особняка. Не дав им возможности завершить прицеливание, Корунд непрерывным огнем уложил троих аборигенов, а затем занялся отрядом, наседавшим с севера.

Опустошив наполовину батарею бластера, Эдуард застрелил нескольких тубонда, сильно напугал остальных, и нападавшие принялись отползать. Никто не побежал — у теолийцев считалось смертельным позором показать врагу спину.

Тем временем Туам вывел отряд своих пиратов через заднюю калитку и, обогнув дом, оказался на вражеском фланге. Привычные к абордажному бою головорезы воевали получше степных бандитов. Пули и стрелы нанесли противнику чувствительный урон, тубонда сообразили, что их косят, как в тире, и темперамент взял верх над рассудком. Побросав винтовки, налетчики бросились врукопашную. Банда Туама хладнокровно расстреливала бежавших в сабельную атаку самоубийц.

Пьяного Корунда снова потянуло на подвиги. Прыгая через ступеньки, он вернулся на первый этаж и устремился к двери. Непривычно встревоженная Кола попыталась преградить ему путь, но была небрежно отодвинута.

Выбежав во двор, Эдуард понял, что опоздал. В небе медленно кружили бронетранспортеры земного гарнизона, ярко светили бортовые прожектора и подвешенные на антигравах «люстры». Защитники дома благоразумно отступили под защиту стен, чтобы не попасть под карающую руку Небесных Гостей. Туам стоял в воротах, загоняя моряков во двор грозными криками:

— Все назад! Зарежу, если кто-то стрелять вздумает!

Прилетевшие из Виедры солдаты-земляне разоружали нападавших, успокаивая особо буйных парализующими разрядами. На всякий случай Эдуард убрал пистолет и включил световой сигнал — вдруг у кого-то из бойцов откажет сканер, распознающий вшитый под кожу микрочип.

— Свой, что ли? — равнодушно поинтересовался офицер. — Из-за чего свара началась?

— Племенные разборки. Посмотрите вон на той высотке — пулемет найдете. И шесть стрелков, посеченных бластером.

Выругавшись, командир подразделения приказал кому-то из сержантов слетать к холму. Корунд уже помогал Фине перевязать раненного в ногу старика — кажется, это был двоюродный дядя Глома. Из-за стены доносились вопли разъяренной Колы — неугомонная красавица возмущалась запретом покидать двор.

— Она права, — заметила Фина, убирая в сумку рулон ткани, заменявший теолийцам бинты, — Мне разрешено быть снаружи, а ее не пускают.

— Она не права, — возразил Эдуард. — Солдаты фиксируют место происшествия, так что лишние перемещения лишь запутают картину.

Военный со значком командира отделения на плечевой броне вежливо посоветовал всем вернуться в дом. Потом, посветив Корунду в лицо, сочувственно спросил:

— Земляк, там не твоего брата убили?

— Где?! — взревел Эдуард, решивший, что погиб Мишель. — Как он здесь очутился?!

— Не могу знать, земляк. Но покойник очень на тебя похож, хоть и по-туземному одет…

— Забавно. — Корунд, успокоившись, рассмеялся. — Есть у меня брат, но перепутать нас непросто… Покажите.

— Не ходи, — посоветовала Фина, хватая землянина за рукав. — Дурная примета…