Чтение онлайн

— Проводившиеся здесь исследования в области генетики и технической физики признаны потенциально опасными. Насколько я знаю, ваших правителей предупреждали по-доброму, но работы не были остановлены. — Сделав паузу, Высший отодвинулся немного и продолжил: — Забавная вы раса. Жаль, что так стремитесь к прогрессу. Могли бы жить спокойно и счастливо.

— Никакие исследования не позволят Земле угрожать вашей сверхцивилизации! — резко бросил майор. — Вы опередили нас на миллионы лет!

— Вы должны понять наше беспокойство. — Серо-Зеленый мягко перешел на звуковую речь. — Много столетий назад наши приборы заглянули в вероятное будущее, где обнаружили пугающую картину. Технологические племена, стоящие примерно на вашем уровне, смогли найти оружие Древних и в силу своей полудикости вздумали внезапно обрушиться на миры Высших. Погибли планеты, много наших собратьев. И с тех пор было решено: не подпускать так называемых Старших к опасным знаниям. Согласитесь, вам это и не нужно — вы прекрасно проживете при существующих сегодня технологиях.

— Вы умеете видеть будущее? — вскрикнул Эдик, подумав, что Гелла должна узнать об этом разговоре.

— Разумеется. Эти несложные методы составляют главную основу нашей культуры.

— Почему вы разрушаете именно Кураре? — осторожно спросил Эдик, чувствуя, что сейчас может быть сказано самое важное. — Разве здесь найдено оружие Древних?

— Мы давно подозревали, что в этой части Галактики могли сохраниться какие-то артефакты, и, вероятно, люди нашли те или иные изделия или записи, созданные миллионы лет назад. Не зря же на Люпаре, Южной Омерте и Каморре ускоренными темпами строились секретные научно-технологические комплексы.

— На Южной Омерте нет человеческих поселений. Сплошная тундра и льды возле южного полюса и джунгли в умеренных широтах.

— Ты ничего не знаешь, детеныш. — Призрачное щупальце, возникшее из огненного столба, легонько прошлось по его затылку. — На этом континенте строился громадный бункер, упрятанный под километровый слой гранитных пород. Глубоко под скалами были созданы мощные источники энергии, там были сконцентрированы сотни серьезных интеллектов. Это было опасно. И для вас, и для нас.

Несмотря на усталость, апатию и растущую неприязнь к Высшему, сержант Корунд был готов продолжить этот разговор, чтобы узнать побольше. Однако Серо-Зеленый вдруг попрощался и стал невидимым. Еще мгновение в полумраке светились тончайшие золотые нити внутренней структуры, потом и они растаяли. По лицам мягко хлестнула воздушная струя, пробежала слабая волна колебаний силы тяжести.

Над побережьем уже показались аэробусы и грузовики, перевозившие последних эвакуантов. Воздушная колонна высадила беженцев, и полицейские бросились навстречу, торопливо загоняя прибывших в портал. А со стороны леса нестройными группами отступали подразделения, державшие внешний фронт обороны. Когда все переправились на Северную Омерту, майор Гродзинский приказал оцеплению повзводно возвращаться в Аквамарин.

Последними уходили сам Гродзинский и отделение Корунда. Из зарослей уже выглядывали курарики, орали проклятия с угрозами, но приблизиться не решались. Захлопнув ворота, Генрих сказал озабоченно:

— Как бы они через портал не просочились.

— Ты же знаешь, как здесь система работает. — Эдик схватил друга за руку. — Запрем, заблокируем, и никто больше этим порталом не воспользуется.

— Хорошая идея! — Генрих набрал какие-то команды, но потом отступил от пульта. — Эд, у меня башка не работает. Сам придумай пароль.

Выслушав наставления товарища, Корунд набрал на замке пароль из дюжины символов, а затем, прижав лоб к клеммам, ввел свой ментальный отпечаток. Теперь никто, кроме него, не смог бы вскрыть портал Южной Омерты.

Через минуту они вышли через противоположную дверь на обезлюдевшую площадь Аквамарина.

Здесь еще не стемнело — только седьмой час вечера. Вернувшимся с фронта ополченцам зачитали благодарность губернатора, после чего приказали сдать оружие и возвращаться к семьям. Эдик схватился за телефон.

Спутники продолжали ретранслировать радиоволны, и он без труда дозвонился родным. Мама сказала, что они с Агнес собрали самое ценное и уже подлетают к космодрому, а отец ждет эвакуации на Эль-Дьябло.

— Меня подождите, — пошутил Эдик.

— Не беспокойся, — Мама криво усмехнулась. — Если надо будет — пропустим пару рейсов.

Тут в поле изображения влез Мишель, закричавший:

— Эд, они забыли взять мою игротеку!

— Сейчас заскочу домой, — пообещал старший брат младшему. — Попробую найти.

— Не тяни, — сказала невидимая Агнес— Твои документы у нас. Одежду и книги тоже взяли. Тут ограничения на багаж, бери не больше одной сумки.

Дома он первым делом избавился от грязного, провонявшего войной спортивного костюма и принял горячую ванну с хвойным экстрактом. Отмывшись и побрившись, завернутый в полотенце, нашел в холодильнике кусок буженины и, откусывая сочное мясо, посмотрел в Интернете, где тут ближайший сборный пункт.

Натянув брюки и рубашку из витаскина, он занялся укладкой сумки. Любимая игра Мишеля отправилась на дно, сверху легли ветровка и ботинки. Диски валялись в беспорядке, но Эдик нашел массу записей, потеря которых стала бы неприятным событием. Мама, конечно, прихватила много классики, а вот про хобби старшего сына забыла: на полках и на полу оставались видеофильмы, музыка, а также вся библиотека по истории, военному делу и галактической археологии. Он торопливо набил дисками две коробки, скачал на мегадиск все свои записи с домашнего инфокомплекса, запустил переформат памяти и покинул дом с очень тоскливым чувством на душе.

Уже на улице Эдик позвонил Кристо и Генриху — оба летели на космодром. Затем он, вздохнув для храбрости, набрал — сердце при этом томительно заколотилось — номер Геллы. Сердцебиение усилилось, а во рту пересохло, когда над видеофоном развернулась голограмма любимой девушки и раздался ее голос:

— Привет!

— Привет… где ты? — запинаясь от волнения, спросил он.

— Точно не знаю, какой-то сборный пункт, ждем аэробус. Тут сквер, а рядом восьмиэтажный дом и магазин «Мечта эпикурейца». Нам разрешили переодеться…

— Понятно, площадь Галилея. Не против, если я с тобой?

— Шутишь? — Она возмущенно расширила глаза. — Конечно, подваливай. Буду рада.

Сердце стучало, как после забега на длинную дистанцию, и это было до невозможности приятно.

Геллу он увидел за три квартала. Девушка забралась на постамент памятника и, держась за бронзовый телескоп в руке бронзового Галилео, вертела головой. «Меня высматривает», — понял Эдик и припустил изо всех сил.

Встреча получилась бурной. Гелла бросилась ему на шею и расцеловала, чем едва не довела до инфаркта. Счастливый и растерянный Эдик сумел чмокнуть ее только один раз, неловко угодив губами рядом с очаровательным носиком. Какая-то тетка по соседству немедленно прошипела: мол, совсем молодежь совесть потеряла — радуются чему-то, когда у людей такое горе.

— Хорошо, что ты догадался меня найти, — шепнула Гелла, увлекая Эдика на угол Мушкетерской, где людей было поменьше.

— Ты говорила со своими?

— Мама звонила. Их отвезут прямо на космодром.

— Мои уже там, — сообщил Эдик и, расхрабрившись, предложил как бы в шутку: — Дом пустой, родителей нет. Совсем близко.

К его большому разочарованию, девушка покривила губки вежливой улыбкой, а затем тактично пожаловалась: мол, жарко и воздух пахнет гарью. Она добавила, что питьевые фонтанчики не работают, а пить хочется. Оглядевшись, Эдик повел ее к супермаркету, который был основательно разграблен, но несколько бутылок газировки все-таки удалось найти.