Чтение онлайн

— Около трех тысяч. — Голос Колы был звонок и мелодичен. — Чуть больше, чем в прошлый раз.

— Я привез добра на четыре тысячи, — обрадовал партнера Эдуард.

— Ну как обычно, разницу покроем жемчугом и кораллами, — моментально среагировал абориген. — Куда ехать, на север?

— Неважно. Лишь бы подальше от любопытных глаз.

В роще неподалеку от стекавшего по скалам водопада Корунд послал с видеофона кодированный сигнал. Контейнер, выброшенный из трюма «Восьмерки» перед заходом на посадку, уже третий час кружил над этой частью планеты в слабом поле антигравитации. Получив приказ, грузовая платформа ринулась на снижение, возле самой поверхности притормозила и мягко придавила траву.

Распахнув люк, Эдуард показал Туаму коробки. Теолиец бережно поднял крышку — внутри лежали покрытые смазкой карабины. Старая надежная модель Тульского завода «Бестия-6» — лучшая охотничья винтовка конца XXI — начала XXII века. Лепестковый затвор, магазин на дюжину патронов 9.3/67 мм, прекрасный баланс, очень точный прицел, светящаяся в темноте мушка. Два ящика по десять карабинов в каждом и два ящика с патронами — обычными и бронебойно-трассирующими.

Бандитская рожа туземного аристократа расплылась довольной улыбкой. Впрочем, Туам быстро взял себя в руки, вернул надменную маску и проворчал:

— Боеприпасов маловато. Нужно не меньше сотни патронов, чтобы научить наших парней пользоваться оружием. Моя родня готовит большую партию груза: самородки, самоцветы. Нужны хорошие товары на обмен. И побольше винтовочных патронов с трассирующими бронебойными пулями.

— А зажигательные или разрывные не нужны? — усмехнулся Корунд.

— Есть и такие?! Вези! — Туам помолчал, покосился на сестру и осторожно поинтересовался: — Ты слышал про такие ружья, которые могут выпустить очень много пуль подряд?

Разумеется, аборигены давно узнали об автоматических винтовках и пулеметах, но законы Земли запрещали давать Младшим боевое оружие. Торговцы вроде Корунда пользовались лазейкой: еще в недолгие годы своей педагогической карьеры он купил ужасно дорогую лицензию, позволявшую ввозить на Теоле снаряжение для охотничьих промыслов. О предназначении этих игрушек аборигены имели собственное мнение: Туам и другие покупатели не слишком любили дробовые двустволки, предпочитая многозарядные конструкции с нарезными стволами.

— Это невозможно, ведь вы знаете, — напомнил Эдуард.

— Это возможно. — Колайра без разрешения вмешалась в разговор мужчин. — К западу от нас живет союзное племя бурсонга, недавно на них напали тубонда, убили много воинов и стариков, угнали скот, забрали в рабство детей и женщин. У тубонда были такие ружья. Немного, но были.

Услыхав о столь вопиющем непорядке, Корунд насторожился.

— Это просто слова или у вас есть доказательства? — спросил он, прекрасно понимая, что собеседники могут прикинуться, будто смертельно оскорблены недоверием. — Мне надо знать, как они добыли и где прячут это оружие.

Брат и сестра переглянулись. Кола едва заметно кивнула, и Туам торопливо заверил:

— Ты получишь доказательства. Сегодня же. Нам дадут пулеметы?

Эдуард отрицательно покачал головой.

— Небесные Гости пришлют своих солдат, чтобы отобрать у тубонда запрещенное оружие? — осведомилась Колайра.

— Конечно. И торговцев, которые продали пулеметы, тоже накажут.

— Пусть так, тоже неплохо. — Кола тихо засмеялась. — Мужчины, вы закончили торговлю? Поехали к нам.

Такой оборот не устраивал Эдуарда, который собирался провести некоторое время наедине с возлюбленной. Кроме того, у него были неотложные дела в городе.

— Езжайте, — сказал землянин. — Я должен забрать это летающее яйцо. Колайра, ты с братом или со мной?

Снова обмен молниеносными взглядами. Туам пожал плечами, Кола шагнула к Эдуарду, брат помахал им рукой, грузовик с оружием умчался в сторону моря.

Яйцеобразный контейнер был устройством простым и тесным. Эдуард и Кола поместились внутри не без труда, пришлось стоять в обнимку. Когда антигравитатор понес их к дому, Корунд поцеловал нежное ушко, шепнув:

— Я соскучился…

К его удивлению, Кола дернула плечом, раздраженно прикрикнув:

— Прекрати, платье помнешь. И прическу. Что гости скажут!

— А что они говорили до сих пор? — засмеялся землянин.

— Тебя это вполне устраивало! — взорвалась она. — Тебе все равно, что меня за спиной называют развратницей!

Растерявшись от неожиданной вспышки эмоций, он попытался успокоить разбушевавшуюся дочь диких гор и степей, но та замолчала сама, свирепо сопя и бросая косые взгляды.

К счастью, едва переступив порог дома, Кола сразу повисла у него на шее, без капризов позволила отнести себя в кровать и раздеть. Она буквально дрожала от нетерпения, так что Корунд едва успел проглотить таблетку — не хватало еще, чтобы девчонка подзалетела.

В страсти Кола моментально становилась законченной дикаркой — не признавала никаких нежностей словом и делом. Только судорожные движения великолепного сильного тела и сдавленные выкрики:

— Ты мой… только мой…

Потом, получив свое, она резко стряхнула с себя партнера и, расслабленно вытянувшись, проворчала:

— Говоришь, скучал? Почему же тогда так долго не прилетал? Наверное, жена смогла тебя утешить. Или не только жена?

— Перестань, — взмолился Корунд. — Ты же знаешь, как я тебя люблю.

— Ты любишь неправильно!

Порывисто встав, она направилась в душевую. Что-то в ней сильно изменилось: прежде Кола всегда предлагала вместе поваляться в джакузи. Корунд почувствовал, что может потерять ее, и на душе сделалось даже хуже, чем бывало после скандалов с Геллой. «Бросить все и жениться на ней!» — подумалось вдруг.

Он решил немедленно объясниться с Колой, но та не дала такой возможности. Словно выискивая причину для грандиозного скандала, язвила по любому поводу — Корунд даже слова не мог вставить. Колу возмущало все: цвет стен, который, по ее мнению, подобрала жена-землянка, сшитые ею же отвратительные брюки, запах лосьона, почти заживший шрам на боку Корунда. Глядя с презрительной ухмылкой, как он достает из холодильника сверток с мясом ящера, вдруг выдала:

— А другой кусок, побольше, для жены оставил?

— У меня еще родители есть, сестра, дочка, брат… — напомнил Эдуард, чувствуя себя виноватым со всех сторон.

— Ну конечно, — ядовито прошипела Колайра. — От жены у тебя дочка. А от меня даже сына не будет!

Слушать это было слишком больно, и Корунд, не сдержавшись, повысил голос:

— Прекрати!

К его удивлению, Кола послушно замолчала, хоть и скорчила обиженную гримасу. Не глядя на любовника, приказала застегнуть платье на спине. Подтягивая молнию, Эдуард поцеловал ее в шею, не встретив ожидаемого сопротивления. Напротив, она даже посоветовала почти миролюбиво: