Чтение онлайн

Включив сыну мультики, пошла на кухню, открыла холодильник…так. Будет каша, блинчики, и сырники.

Ну, что ж приступим. Достала все необходимые ингредиенты, и приступила к готовке.

Торты и пирожные на заказ, последние несколько месяцев я не делаю. Решила оставить все до лучших времен. Отдавала последний заказ с какой-то легкой грусть. Но, понимала, что я физически не потяну столько заказов.

У меня было на примете несколько хороших девушек кондитеров, они так же работали на дому. Мы часто переписывались, делились рецептами. Своим постоянным клиентам, я дала их координаты.

Щелкнув замок, дверь открылась. Матвей с громким визгом полетел встречать. Первый. Он обязательно должен встретить Рому первым. Если не получится, обида будет страшная.

— Рома, — выхожу из кухни- Только не говори, что у вас там факс сломался. И вы по всей Москве искали почтовых голубей.

— Доброе утро. — целует в губы, снимая куртку. Матвей стоит рядом похныкивает, хочет, чтобы папа перестал трепаться, и взял его на ручки. Что Рома и делает. — Иди ко мне боец. — звонко чмокает его в щеку. Матвей заливисто смеется. — Если бы, — хмурюсь, потому что Рома не смеется. Он вообще какой-то потрепанный, подавленный.

— Что случилось? — настороженно спрашиваю.

— Ничего хорошего. Ира, а есть что позавтракать? Есть хочется, жуть. — выходя из ванной спрашивает муж.

— Ой. Да, конечно. У меня там блины, сырники и каша. — спохватываюсь и быстрым шагом иду на кухню.

— Ого!

— Рассказывай. Я же вижу, что, что-то случилось. — перед Ромой, ставлю на стол тарелку с рисовой молочной кашей и сырники со сметаной.

— Накрыли приступную группировку. Криминальную. — я молча села на соседний стул, машинально поглаживая животик. — Двое из этой группировки, сотрудники нашего отдела.

— О боже… — пораженно хлопаю глазами. — Кто это? — подаюсь вперед.

— Участковый Никита и Даша. — недовольно поджав губы, рассказывает.

— Ты шутишь. — нарушая затянувшееся молчание говорю.

— Если бы. Там сейчас такой кипишь. Весь отдел на ушах стоит. Генерал, рвет и мечет. Сейчас поем, переоденусь и в управление поеду на ковер. — устало растирает лицо.

— Тебя могут уволить? — настороженно спрашиваю.

— Нет. — качает головой. — Но выволочка обеспечена. — грустно улыбается. — Не волнуйся, родная, все под контролем. — наклоняется и целует в лоб.

— Ром, но как она могла… — все еще в неверии качаю головой. — Ее теперь посадят?

— Конечно. — кивает. — За что боролась на то и напоролось. Поверь мне родная, она прекрасно отдавала себе отчет в своих действиях. Никто ее не принуждал, не шантажировал. Все было добровольно, она участвовала в этом не один год.

— Кошмар Ром. А с виду и не скажешь.

— Очень часто с виду беззащитная овца, может быть кровожадным волком. — разводит руками. — Все в жизни бывает.

— Она просила тебя о помощи. — не спрашиваю.

Я и так знаю ответ. Конечно просила, наверное, еще и обещала небо в алмазах.

— Да, — серьезно кивает.

То, что Рома отказал, я это чувствую. Он не стал бы помогать кому-то в ущерб семье. Тем более Даше.

— Как ты думаешь ее надолго посадят? — убираю грязные тарелки в посудомоечную машину.

— Там большая показательная база, за ними давно наблюдали. Думаю, от тридцати лет до пожизненного. — Я так и села, хорошо, что рядом оказался стул.

Вот это Дааа….

— Ириш, я не знаю во сколько я приеду. — Рома достал форму. Обычно он в отдел надевает деловой костюм, но вот в Управление к генералу, решил поехать при полном параде. — Не жди меня, пожалуйста.

— Я так понимаю, не ждать в ближайшие несколько дней. — хмыкаю, складывая руки на груди.

— Вероятнее всего. — не споря, соглашается. — Нас почешут и в хвост и в гриву. Даже не сомневаюсь.

— Будь осторожен. — поправляю галстук.

— Как всегда. — притягивает к себе, и дарит нежный поцелуй.

Все утро ждала звонка от мужа, но телефон упрямо молчал. Беспокойство съедало меня изнутри. Ну и капельку любопытства. Брать инициативу в свои руки и звонить Роме я не стала. Последние два дня он с отдела не вылезает. После того как Дашу и участкового задержали. На отдел спустили всех собак. Даже по новостям показывали репортаж, и мой Рома давал интервью. Это была сенсация, несколько лет не могли раскрыть это преступление. Какое-то нехорошее предчувствие неприятно кольнуло сердце.

Старалась успокоить себя тем, что у Ромы все под контролем. Напряженно смотрела в окно, пока сын играл с лего. Потратив все утро на домашние хлопоты, решила выбраться в парк на прогулку с сыном. Погода солнечная. Дома сидеть совсем не хотелось.

Выйдя на прогулку, отправились с сыном в наш любимый и такой уже родной парк, после переезда, мы сразу облюбовали несколько красивых мест.

Нетерпеливо шагала по хрустящему снегу, Матюша с большим любопытством смотрел на падающие снежинки, открывал ротик, высовывая язык, смешно пытался съесть их. Дойдя почти до выхода из парка, услышала мужской хриплый бас.

— Вот мы и встретились ТВАРЬ.
– резкая боль по голове, не дала возможности даже среагировать, ничком падаю на снег.

Больно ударяясь всем телом. Тело стало будто ватным, пальцы на ногах свело судорогой.

Полусознательном состоянии, я лежала на снегу, и сквозь слезы, видела, как схватив моего ребенка подмышку, Манукян подбегает к обшарпанной машине синего цвета, садиться, и с звонким шумом срывается с места. Мне так хотелось надеяться, что все происходящие чудовищный сон, и открыв глаза я буду в надежных объятиях мужа, а сынишка будет спокойно спать в детской. Но, чуда не случилось.

Этот кошмар, моя новая реальность.

И если я думала, что хуже быть не может, то пронзительная боль в животе, словно в насмешку, показало мне, что очень даже может. Зажмурилась. Мой крошечный малыш. Он тоже пострадал. Я ведь упала на живот.

Горько заплакала, утыкаясь лицом в снег. Боже помоги мне. Прошу.

Спасительная темнота пришла не сразу. Я слышала встревоженные голоса. Кто-то пытался узнать, как я себя чувствую. Единственное что я шептала, чтобы спасли моего ребенка. Умоляла. Заклинала.

Я чувствовала боль. Пронзительную, удушающую боль. Она словно окутала меня. Физическая, душевная, все смешалось.

Я не могла пошевелиться. Прикрыв глаза, проваливаясь в темноту.

Рома

Гнал машину, не разбирая дороги. Как твою мать, такое вообще случилось, средь бело дня. Со всей силы бью по рулю.

Мне позвонил Илья. И сообщил о том, что Иру в тяжелом состоянии везут в больницу, а Матвея вообще украли. И если бы не мертвецкий голос брата, я бы решил, что это глупая, и самая жестокая шутка, которую я когда-либо слышал. Но мать твою, это моя реальность.