Чтение онлайн

ДОКТОР (жалобно). Ну, я не знаю… Снимите, наконец, эти проклятые карты! Будете спать с сухими ногами и без света.

ПАЦИЕНТ. Простите, доктор, я пошутил. Неужели вы в самом деле поверили, что в нарисованном море можно замочить ноги? Да ведь карта же висит на стенке вертикаль-но! Море давно бы все вытекло!

ДОКТОР (задумывается, потом с прежней уверенностью, даже с улыбкой). Ну, артист! Ладно, шутки в сторону. Зачем же вы пришли?

ПАЦИЕНТ (задирает штанину). Колено рассадил. Приложить бы что-нибудь!

ДОКТОР. Ну и ну! Где это вас угораздило? Упали?

ПАЦИЕНТ. Если бы. Вчера ночью ударился об Уральский хребет.

ВРАЧ (медсестре, которую мы не видим). Замечательное явление природы — эстонская зима. С ноября до самого марта ни тебе снега, ни льда, и ничего теперь не тает, улицы чисты, народ почти не падает, и в травмопункте у нас приятная тишина!

БОЛЬНОЙ. Помогите, ой, доктор, скорее, помогите! Смерть на носу, спасите!

ВРАЧ. На носу, говорите? Сейчас поглядим… Не вижу ничего смертельного, разве что капелька мороженого.

БОЛЬНОЙ. Ее не трогайте, я еще не доел. Травма у меня на ноге, а не на голове. Перелом, как минимум, скажите только, открытый или закрытый.

ВРАЧ. На какой ноге будем искать?

БОЛЬНОЙ. Ну на той, второй слева… Ну, которая по правую руку.

ВРАЧ. Посмотрим, изучим, выясним. А то я уже заскучала. М-да-а, на правой ноге действительно можно обнаружить синяк. Где вы таким разжились?

БОЛЬНОЙ. На работе, где ж еще. Хотел поставить печать на отчет, размахнулся, а рука — ах, где моя былая меткость! — изо всех сил саданула по колену!

ВРАЧ. Все ясно. Хотите получить листок нетрудоспособности?

БОЛЬНОЙ. А за это дают?

ВРАЧ. Конечно, раз у вас такая опасная работа, а рука не поднимается.

БОЛЬНОЙ. Но ведь чем меньше больничных вы даете, тем лучше у вас показатели!

ВРАЧ. Стоп-стоп, что-то я недопоняла: вы пришли показать свое колено, так какое вам дело до наших показателей?

БОЛЬНОЙ. Просто хотел вас порадовать: мне этот обычный больничный не нужен. Я работаю в таком месте, что хочу прихожу — работаю, не хочу — прихожу не работаю.

ВРАЧ. Так вы пришли, чтоб я вам коленку помыла?!

БОЛЬНОЙ. Я хотел попросить, чтоб вы дали бы мне другой лист — не на работу, а домой. Такой листок неспособности.

ВРАЧ. Листок неспособности… для предъявления жене?!

БОЛЬНОЙ. А то по утрам она мне спать не дает и…

ВРАЧ. Силы небесные, день этот войдет в историю травмопункта! И как же мы это сформулируем?

БОЛЬНОЙ. А так, что гражданин такой-то, я, значит, в течение месяца не способен бегать по лесу.

ВРАЧ. Ах, вот оно что! Жена заставляет вас заниматься бегом?

БОЛЬНОЙ. Это она думает, что я занимаюсь бегом, на самом-то деле я ни свет ни заря пробираюсь к себе в кабинет и торчу там, жую булку, чтобы сон прогнать. А чего ради в такую рань просыпаться? Будет у меня ваш листок, она перестанет поднимать меня ни свет ни заря.

ВРАЧ. Так-так… Этот пустяк мы уладим, есть тут, правда, маленькая закавыка…

БОЛЬНОЙ. Ну не повиснет же на этой маленькой закавыке такое большое дело! Ваши условия?

ВРАЧ. Никаких особых условий. Только здесь таких бланков у нас нет. Мы их припрятали на всякий случай — у себя в филиале под открытым небом, по Вильяндискому шоссе к лесу, шесть километров от городской черты, под разлапистой елью.

БОЛЬНОЙ. Так вы сходите и возьмете?

ВРАЧ. Само собой, но только вместе с вами. Сестра, присмотрите, чтоб тут был порядок, а я с этим толстяком… простите — с этим пациентом сбегаю в филиал. Двинули?

БОЛЬНОЙ. Не слишком ли это далеко? А ну как умру по дороге?

ВРАЧ. Тем вернее будет справка! Простите, я хотела сказать, что нам эти жалкие километры — раз чихнуть! А там и справочку выпишем: «Гражданин вы такой-то завтра не способны бегать по лесу».

БОЛЬНОЙ. Как это «завтра»? Мне на месяц надо.

ВРАЧ. Да хоть на два. Только справка действительна на один день. Завтра в то же время получите на послезавтра и так далее.

БОЛЬНОЙ. Больно заковыристо, ну да ради того, чтобы поваляться… Хотя, послушайте, доктор, может, мы прихватим все тридцать штук сразу, а оформлять остальные будете уже здесь?

ВРАЧ. Дорогуша, это, конечно, можно. Но мне страшно хочется каждый день побегать в лесу, а одной страшно! Так что за справкой — вперед?

БОЛЬНОЙ. Я тут прикинул, получается, моя жена своего добьется-таки… Только зачем же так насиловать меня спортивной жизнью, если она заранее знает, чем это кончается? Зачем ей потребовалось, чтобы я бегал за чужой женой?

Шел кросс — забег из одного города в другой по случаю круглой даты. А в нескольких километрах от другого города — ремонт дороги и стоит указатель: «Объезд по магистрали третьего города». Один из спортсменов так глубоко задумался над круглой датой, что не заметил, когда кончился объезд, и все продолжал бежать в направлении уже не второго, а третьего города…

В третьем городе как раз проводились соревнования по бегу. Там состязались те, кто хотел получить в жены императорскую дочь. Дочь у императора была, правда, одна, а потенциальных зятьев — целая орава, и правитель решил выбрать дочке самого оборотистого мужа. Бегуны еще пыхтели и кряхтели где-то на середине дистанции, когда на финишную прямую вышел человек из первого города и грудью порвал ленточку. Правда, появился он совсем с другой стороны, но этого впопыхах никто не заметил.

Император протянул раскрасневшемуся, словно невеста, бегуну букетик цветов, императрица наградила его поцелуем, а придворные повесили ему на шею главный приз — принцессу. Но тут победитель смущенно признался, что, по всей видимости, произошла неувязочка, потому что, во-первых, обещали, как полагается, почетную грамоту, а не любовницу, и во-вторых, он человек честный и хочет сохранить верность жене, которая дожидается его в первом городе. Император в ответ на такое вызывающее оскорбление страшно разгневался и приказал отрубить человеку из первого города голову. Что и было незамедлительно исполнено.

После этого безрадостного инцидента императорская дочка от огорчения заболела и потеряла сознание. А император издал новое постановление: принцессу получит в жены тот, кто ее излечит.

В это время дистанцию кросса между первым и вторым городом, нахмурив брови, проходил комсорг команды, который одновременно был массажистом на полставки. Убитый горем, искал он на трассе пропавших спортсменов. Указатель «объезд» с шоссе уже убрали, но натренированный бессчетными соревнованиями нос комсорга все же учуял, откуда ветер дует. А дул он со стороны третьего города…