Сквозь инферно: За инфинумом забвения
Шрифт:
– Осторожнее с такими словами. И кто–то может расценить как измену Империи. Но в чём–то ты прав. Я предупреждал императора о том, что предварительная разведка была слишком быстрой и неточной. Но я не глава Имперской Разведки, который провёл её очень плохо, хотя император и совет старейшин его предупреждали, что если он ошибётся, то всю нашу разведку распустят и смешают с Клинками. – И тут же старик снова задал вопрос. – Хм, я полагаю, что это не единственная причина, что б сейчас из-за этого напиваться.
– Возможно, ты и прав. – Тяжело сказал Азариэль.
– Так, что же послужило поводом? – Отпив эля, спросил старик.
– Ха! – Будто бы я стану тебе рассказывать. – Дерзко ответил парень.
– А если я угадаю?
– Ну, попробуй! – С вызовом кинул Азариэль.
– Причиной того, что ты скакал по Империи, как подорванный баран послужила светловолосая девушка, неофитка погибшего Ордена.
Азариэль, исказив лицо в изумлении, спросил также удивлённо:
– Откуда ты знаешь? Откуда?
– Наша сеть повсюду. К нам поступает информация от всех агентов: от уличных нищих, до некоторых крупных чиновников. От нашего ока ничто не сможет скрыться.
– И где она сейчас? – С надеждой вопросил парень.
– Подала бумаги в Имперскую Канцелярию, что в Морнхолде. Хочет быть в числе переселенцев на Акавир и покинуть Тамриэль. Может стремится покинуть этот проклятый для неё континент, чтобы начать новую жизнь.
– Вот и словно. – Допив пиво, сказал парень и задал вопрос, который его давно мучил. – Зачем ты здесь? – Хладно вопросил бывший рыцарь.
– Я отправляюсь на Акавир. Император видит в нём лишь жизненное пространство и способ отвлечь народ Империи от внутренних проблем, а я заметил в старых хрониках, что ещё написаны на древних нордских рунах, как след одного очень могущественного артефакта уходит на восточный континент. Именно в этом артефакте может быть сокрыта тайна происхождения вашего Ордена. И мне нужно наследие Ордена, чтобы его добыть.
– Орден мёртв. – Безрадостно кинул парень. – О нас даже никто и не знал. Ни о наших подвигах, ни о героизме, ни о том, как мы ценой своих жизней защитили.
– Послушай, много, кто о нас не знает. Но мы сражаемся не за славу. Мы избраны богами, чтобы биться за народ Тамриэля. И чтобы народ Тамриэля жил в спокойствии, ему не обязательно знать против чего мы воюем. И награду нам когда–нибудь преподнесут сами Боги… А насчёт истории и смерти Ордена, не спорю. Даже когда во время Воины Междуцарствия, когда он фактически растаял, был практически забыт, был в более лучшем состоянии, нежели сейчас. Но мне нужен не Орден, а то, что может дать его наследие.
– Зачем тебе это всё?
– Если хочешь, чтобы я ответил на все твои вопросы, то отправляйся в Штормхолд и найди меня в центре города. Я могу рассказать всё только члену операции. Можешь приводить того, кого сочтёшь нужным. Прощай.
После этих слов старик встал и поспешно удалился из постоялого двора, оставив у трактирщика пару серебряных монет, явно превышающие цену его выпивки.
Азариэль сидел и пытался всё осознать. Сотрудник Имперской Разведки предлагает ему отправиться на край света за неким артефактом, в котором таится тайна происхождения его Ордена.
Парень почувствовал, как его разум, душа и жизнь вновь наполняются смыслом. Он ощутил, как мысли о неведомых краях и новых приключениях вновь наполняют его сердце.
– Как в старые добрые. – Шёпотом произнёс бывший рыцарь и направился прочь из постоялого двора, решившись с мыслями.
На небе сияли мириады прекрасных звёзд, образующих замысловатые созвездия. В воздухе витала свежесть, недоступная для пропахшего перегаром запаха внутри.
Азариэль вышел на крыльцо, вдруг его голова закружилась, и парень потерял равновесие, и ему пришлось опереться на стены постоялого двора. «Похоже, что алкоголь дал о себе знать» – подумал про себя парень.
Альтмер посмотрел на себя: дрожащие руки, грязная одежда и неясная голова. Он понял, что прежде чем явится в Штормхолд, ему необходимо привести себя в порядок и вспомнил одного должника в Гидеоне, которому несколько лет назад дал сто септимов серебром.
– В Гидеон. – Словно себе произнёс Азариэль и направился к городским воротам, за которыми начиналась дорога к новым свершениям и приключениям, что навсегда останутся в незабытье… Как и вся его жизнь…
Эпилог
Несколькими неделями ранее.
В зале Совета Старейшин стояла полнейшая тишина. И даже небольшое трепетание крыльев кого-нибудь из насекомых могло раздаваться по всей башне белого золота, устремляясь собственным эхом высоко вверх. Тишина накрыло это место в собственный саван, укутав его в вуаль безмолвия.
Все места пустовали. Зал Совета Старейшин был полностью пуст и наполнен своей необычной и несуразной бессодержательностью. Все места пустовали, кроме двух.
За первым местом, точнее приподнявшись с него, оперившись руками и склонившись над огромным столом, облачённый в роскошные одеяния стоял сам император Тамриэля.
За вторым местом, облачённый в сиродильский комплект доспеха легиона сидел высокий нордлинг, с прорывающейся через капюшон длинными седыми волосами и такой же серой бородой.
Император внимательно, и не проронив не единого слова, рассматривал первоначальные карты неизвестных лежащих на далёком и неизведанном востоке побережий покрытых сумраком неизвестности земель. Его терзали мысли о новых землях, славных завоеваниях и построения целой планетарной океанической империи. И мысль о континентальном триумфе Империи Мидов стала апофеозом всех мечтаний этого императора. Правитель великой страны буквально вгрызался взглядом в карты, уже рисуя на них планы завоеваний, расположения войск и как возводятся новые города.
Но вот мысли его служащего были обременены совсем иным смыслом, который он хотел изложить, но вопрос императора, разорвавший вуаль тишины и безмолвия, оборвал эту возможность:
– Послушай, а карты точные?
Старик кивнул головой и голосом, преисполненным покорности ответил:
– Да, мой император.
– Если что-то пойдёт не так, то мне придётся распустить вашу Службу Имперской Разведки, а ваши полномочия передать Клинкам. Это понятно? – Грозным вопросом заключил владыка Империи.