Чтение онлайн

Я рассмеялся и сказал, что это сказки фантазеров, которые хотят получить всё готовое.

Саймон апеллировал словами охранника Вена – Джефа.

– Он использует тебя! – убеждал я его. – Хочет сделать это твоими руками, а сам слиняет с перстнем и продаст! – попытался хоть как-то вразумить брата.

– Лучше будет, если ты найдешь себе работу, чтобы не выдумывать от безделия всякие небылицы.

К вечеру брат казалось бы, притих, его перестали терзать навязчивые мысли. К нему как ни в чем не бывало приехал Джеф. Джеф пользовался своим положением, мог делать всё что угодно, люди его сторонились, так как Вен по приезду в район уже укоренил своё имя как самого жестокого и беспощадного человека. Правда Вен переехал почти в то же время, что и мы.

Джеф с нагловатой физиономией вломился на нашу территорию, открыв калитку ногой.

Я хотел было заломить руки, но Саймон сказал, что это к нему он пришел. Я не был удивлен, но и остановить брата не мог.

Джеф презрительно оглядывал нашу территорию, брезгливо отводя глаза от нашей бедности, попутно уверяя, что это всё закончится и он будет наслаждаться жизнью. Джеф буквально кормил Саймона с ложечки, так как теперь на него никто бы не смог поднять руку. Ведь он – друг авторитетного человека. Саймон с довольным видом улыбался своему наглому и самовлюбленному «другу».

– Можешь не возвращаться, оставайся там, куда идешь! – бросил я вслед опрометчивые слова брату. Он остановился и с равнодушным взглядом посмотрел на меня. В его взгляде я уловил что-то не родное…

Я не разговаривал с Саймоном, дабы заставить его сожалеть о своем поведении. Если раньше мы трещали часами, то теперь он был немногословным и чужим.

Наша ссора доходила до пика, Саймон был странным, в нем уживались два человека. Я забеспокоился о его здоровье и мы с матерью решили отвезти его к психологу. Сперва Сай отпирался, что мол, он не псих. Я поставил ему условие, если не поедет на обследование, то он едет обратно в город поступать в колледж. Он сразу испугался и принял наше предложение.

Врач подтвердил наши с матерью опасения – у Саймона диссоциативное расстройство идентичности, иными словами, раздвоение личности. Мать сокрушалась, я едва смог ее успокоить, но Саймону мы ничего не сказали. Ему выписали таблетки. Он принимал их под строгим контролем.

К вечеру на мой телефон поступил звонок, чему я не обрадовался – это была Анхела. Она слезно умоляла спасти ее от нового ухажера, так как тот закрыл ее в темнице. Хоть и чувства к ней остывали, но всё-таки крупицы, то ли жалости, то ли привыкания к ней заставили дернутся с места. Я пытался спросить про местонахождение, но та всего лишь описывала местность общими словами.

Схватив свою любимую черную ветровку, накинул на себя и сразу сел за руль своего авто.

Из окна своей комнаты выглянул мой брат, и загадочно улыбнулся мне вслед. И я как бы не придал этому значение. Затем он пошел на кухню, достал из кухонного шкафчика свои лекарства и спустил их в унитаз.

Я ехал на большой скорости, ведь путь был не близкий, и надеялся, что с Анхелой всё будет в порядке. Мой пульс участился, моё сердце предчувствовало беду, но даже и не предполагал, что меня еще впереди ожидает.

Саймон, убедившись, что я уехал, сразу выдворился из дома. Мать пыталась поговорить, остановить, но он лишь отдернул ее руку и скрылся.

Джеф встретил его на следующем углу. Саймон сел в его машину и они начали обсуждать общий план по «обогащению».

– Недолго я ее уламывал! – усмехнулся Джеф. – Теперь предстоит познакомить тебя с моим боссом!

Саймон довольно кивнул головой, соглашаясь с ним во всём.

– А, кстати, что мы будем делать, когда заберем перстень? – почесав ухо, спросил на последок Саймон.

– Не торопи события! – расплывчато отвечал Джеф, пытаясь уйти от ответа.

Таким образом Саймон и Джеф поехали в дом самого Вена.

В народе говорили, будто Вен, будучи молодым, кого-то убил. Личность его была скрыта за семью замками. И всё это пугало, неужели мой брат станет к нему соваться за каким-либо делом? Мои опасения подтвердились – брат осмелился в моё отсутствие ступить порог доме этого человека, благодаря усилиям и стараниям Джефу. Джеф знал, брат слишком наивный и легкомысленный, и сможет украсть не боясь ничего.

Джеф представил Вену Саймона, якобы он его дальний родственник и ищет работу. Несмотря на то, что Вен доверял своему охраннику, к Саймону он подозрительно приглядывался. Вен расспрашивал, в какой работе он преуспел? Саймон отвечал как по заученному тексту. И так как Вен пребывал в хорошем настроении, со вчерашнего праздника, обещал подумать над его кандидатурой.

Саймон, улавливая момент, взглядом прожигал этот чудный и дивный перстень. Перстень богов – так его называл Саймон.

Джеф внезапно предложил за это выпить. И хорошее расположение духа Вена совсем не смутило желание его охранника выпить с простолюдинами.

Ведь он «варится» с высокопоставленными чиновниками, одним из которых являлся Донни, который согласился сотрудничать с ним. Совмещая приятное с полезным, Донни на вчерашнем приёме приглянулась совсем юная дочь Вена, – Аврора. Донни пытался познакомиться с Авророй поближе, но та холодно реагировала на его подкаты.

Авроре были неприятны знаки внимания от мужчины старше чем ее отец, да и особо не впечатлил её своим нудным характером. Аврора быстро ушла с приёма и альтернативой обществу она предпочла книгу на балконе.

Я определил по геолокации местонахождение Анхелы и застал ее вполне здравствующей. Не подъезжая к городу, Анхела сидела на камне, недалеко от обочины, улыбалась. Никаких бункеров, где ее якобы связал мужик, никого не было рядом. Шок, это значит, ничего не сказать.

– Привет, дорогой! – подлизывалась Анхела закусила губу, дабы привлечь меня жестами. Она поправила свои блондинистые волосы, оттянув обтягивающую футболку, чтобы из декольте выделялась грудь.

Я недовольно отвёл глаза. Анхелу смущало, что я больше не реагирую на ее замашки.

– Котик, я по тебе скучала, ты даже не дал мне объяснить всё! – слова она тянула, одновременно дотрагиваясь указательным пальцем до моего лица.

– С тобой у меня нет дел, ты обычная деш… – с омерзением отводил взгляд от неё. Оттолкнув ее от себя, дал понять, что между нами нет больше ничего, даже уважения, а лишь презрение.

– Ну и грубиян! Я у тебя прощение прошу, а ты? – вертихвостка Анхела специально заговаривала зубы, чтобы удержать меня. Я не мог понять, в какую игру она играет.