Сквозь стены
Шрифт:
— Полицейские получили о нем сведения?
— Так и знала, что вы спросите. — Джули улыбнулась и взялась за блокнот. Гари Гаролдс был объявлен пропавшим по заявлению его жены, сделанному в декабре прошлого года. Никто не видел его с тех пор и не слышал о нем. По-видимому, его похитили.
— У них есть?.. — заикнулся было Букер, но ассистентка возмущенно перебила его.
— Есть, конечно, — сказала она и вручила то, чего он не ожидал получить, по крайней мере так быстро. — Это от стоматолога специально для вас.
— Спасибо, — пробурчал Этан Букер. — Джон здесь?
— Будет через пять минут. Джули пошла к двери, но Букер ее остановил, и она вопросительно посмотрела на него.
— Вы отлично поработали за столом и в придачу сэкономили нам всем массу времени. — Он кивнул в сторону стола, над которым с сосредоточенным видом склонился Смитти. — Мы оба высоко это ценим. Спасибо!
— Не забудьте о своих словах, когда зайдет речь о повышении по службе или об увеличении жалованья, — рассмеялась Джули и продолжила путь к двери.
Букер посмотрел ей вслед и в первый раз отметил, что у нее изменилась походка. Неуверенной в себе девочки как не бывало. А давно ли она пришла сюда?
Он включил рентгеновский аппарат и вынул из конверта снимки.
— Отличные зубы. Наверное, очень следил за ними.
Букер обернулся и увидел стоматолога, внимательно рассматривающего снимки через его плечо. Джон Сандерсон имел обыкновение появляться и исчезать неожиданно. Иногда это действовало на нервы.
— Что думаете?
— Надо взглянуть на зубы, — сказал Джон, жуя резинку.
С тех пор как Сандерсон бросил курить, он постоянно менял жвачку на конфеты, конфеты на что-нибудь еще. Что тут скажешь?
— Есть еще что-нибудь?
Букер передал Джону Сандерсону несколько бумажек вместе с рентгеновскими снимками из конверта и снимками, сделанными во время вскрытия. Продолжая жевать резинку в ритме старинного детского стишка «Был у Мэри агнец нежный», Джон принялся изучать документы.
— Ладно. Посмотрим.
Джон жевал-жевал-жевал, сравнивая рентгеновские снимки. Прошло часа два, прежде чем он сложил бумаги в конверт. За что Букер любил своего сотрудника, так это за дотошность.
— Он и есть.
Букер внимательно посмотрел на Джона, и тот приготовился исполнить один из своих любимых монологов, но тут в комнату вошла Джули, и при ней Джон не посмел изощряться в остроумии.
— Позвоните, пожалуйста, Скиннеру и скажите, что мы идентифицировали труп.
— Бумажник помог?
— Конечно. Это Гари Гаролдс, — отозвался Букер и еще раз поблагодарил свою ассистентку.
Он подошел к столу, чтобы помочь Смитти положить труп в холодильник. Ему еще предстояло писать отчет.
Переодевшись, коронер Этан Букер закрыл за собой дверь операционной, кивком поздоровался со стоявшими в коридоре детективами, которые что-то выясняли у Билла, эксперта по пожарам, и направился в свой офис. Не успел он усесться за стол, как зазвонил внутренний телефон.
— Доктор Букер, к вам посетительница. Доктором Дорис называла его, только когда имела дело с прессой, городским начальством или членами семьи потерпевшего. Следовательно, нагрянули члены семьи, ибо с остальными он уже побеседовал.
— Благодарю.
Букер удивился, что она больше ничего не сказала, ибо Дорис имела обыкновение предупреждать его о том, что его ждет.
Поняв, что больше ждать нечего, он встал из-за стола, вышел из кабинета и зашагал по маленькому коридорчику, который вел к офису Дорис. Какая-то женщина стояла к нему спиной и разглядывала картину на стене. Букера удивил ее рост. Она была лишь немного ниже его, но худенькая, хотя под простеньким платьицем угадывались красивые формы.
Заслышав шаги, женщина обернулась, и Букера поразил контраст ярко-рыжих волос и молочно-белой кожи. Она протянула узкую ладонь, и ему было приятно ее крепкое рукопожатие.
— Доктор Букер, благодарю вас за то, что уделяете мне время.
— Ну что вы! Чем могу служить? — спросил Этан Букер, завороженно глядя в зеленые глаза женщины.
— Меня зовут Элейн Гаролдс, — кашлянув, сказала она. — Вы… У вас… Мой муж у вас. Гари.
— А-а. — Букер помрачнел. Наверняка Скиннер еще не говорил с вдовой. — Мне очень жаль, миссис Гаролдс. Очень жаль, — повторил он. — Пойдемте со мной.
И Букер отправился вместе с ней в обратный путь по коридору. Возле своего кабинета он остановился и пропустил миссис Гаролдс вперед.
— Садитесь, пожалуйста, — сказал он. Потом сел сам и, поставив локти на стол, подался вперед, ожидая, когда она заговорит. Нежный аромат ее духов уже распространился по кабинету. Букер с удовольствием вдыхал его, не понимая, почему его так удивило появление красавицы в качестве жены Гари, Гаролдса. У многих стареющих мужчин юные жены, а Букер никогда не считал себя ханжой. Однако ему было неприятно представлять ее рядом с немолодым и как будто малоприятным мужчиной, который сейчас лежал у него в морге.
Миссис Гаролдс вынула из сумочки носовой платок и принялась комкать его.
— Вы… Ах… Вы уже знаете? Это мой муж? Это Гари?
— Да, мэм.
— Он был убит? Как?
Букер удивился. Похоже, женщина притворяется, что нервничает. Взгляд у нее прямой и твердый.
— Прошу прощения, миссис Гаролдс, но в данный момент я не имею права об этом говорить. Может быть, вам лучше обратиться к инспектору Скиннеру? Он ведет расследование и расскажет вам все, что сможет.
— Да, конечно, — смутилась женщина и опустила глаза. — Я понимаю…
Букер поймал себя на том, что не сводит глаз с ее длинных, комкающих платок пальцев.
— Он давно… умер?
Букер перевел взгляд на ее лицо. Его смутило выражение ее зеленых как море глаз. Не горе и не желание обрести покой побуждали женщину задавать вопросы, а что-то еще, чего он не понимал и не мог понять.
— Похоже, несколько месяцев назад.
— Еще до того, как взорвали отель? — подавшись вперед, торопливо спросила она.
Букер нахмурился, и женщина опустила голову, делая вид, что борется с подступившими к горлу рыданиями.