Чтение онлайн

Когда мое раздражение от поведения подданных почти вылилось в ядовитую речь, обращенную к ним, женщина с силой опустила вилку на тарелку. Фарфор раскололся на мелкие кусочки, а мясо с соусом разлетелось по столу.

Леонид

– Аднан, - недовольно прошипел Давид и Сай засуетился, подзывая слуг, которые уже и сами спешили с салфетками и чашами с водой.

– Ах, простите. Я такая неловкая, - с иронией проговорила женщина, и на наших глазах мясо вернулось в целую тарелку.

– Это была иллюзия?!
– потрясенно спросила моя двоюродная сестра Самира, в шоке уставившись на Аднан.

– Да, - спокойно ответила женщина.
– Все так ждали моей оплошности, что я не хотела никого разочаровывать.

– Это великолепно!
– со смехом проговорил Сай.
– И простите нас за грубость, госпожа Аднан.

Иллюзионистка царственно наклонила голову, принимая извинения и чуть неловко, явно на ощупь, начала накалывать на вилку мясо, отправляя его в рот. А я желал лишь одного, чтобы эта демонская помада поскорее стерлась с ее губ. Потому что ни о чем другом теперь, я думать не мог.

– Присоединяюсь к Сайрусу, госпожа Аднан. Простите нас. Боюсь, в Срединном государстве жизнь течет настолько ровно и без сюрпризов, что любой гость воспринимается с нездоровым любопытством.
– Мягко сказала Самира и я смог расслабиться, видя как женщина успокаивается и искренне принимает извинения.

– Госпожа Самира, неужели вы бы желали постоянных волнений в нашем государстве?
– подключился к разговору Рикас, один из представителей Совета. И немедленно беседа за столом перешла на политику.

Все благосклонно принимали подношения от повара, разговаривали и конечно проявляли любопытство к знаменитой иллюзионистке. Аднан отвечала кратко и в основном односложно. По крайней мере, было очень трудно продолжить с ней беседу после однотипных ответов на любые вопросы. Когда один из гостей спросил жарко ли на ее родине, женщина спокойно ответила да, а в следующее мгновение попросила посолить мясо в ее тарелке. Если у нее спрашивали мнение по какому-либо вопросу, она отвечала, что мало знакома с предметом обсуждения и через секунду обращалась к Давиду с какой-нибудь просьбой. Это казалось бы грубостью, но создавалось впечатление, что она просто не может беседовать по-другому. В конце концов, почему бы ей и не быть эксцентричной особой, она вполне заслужила это своим даром.

Когда подали десерт, я был готов поблагодарить всех Богов, что помада на губах Аднан исчезла по естественным причинам. Слишком стыдно было признать, что я поднимаю бокал с вином и смотрю на него лишь для того чтобы скосить взгляд на женщину. Если бы я знал, что повар сегодня будет подавать розовый мусс со взбитыми сливками, то отправил бы его в отпуск на все то время, пока иллюзионистка будет у нас в гостях.

Вид нежных губ и юркого язычка, что снимал сливки с ложечки, просто убивал меня. В штанах было тесно, а в голове царил полный сумбур. Давным-давно забытые желания, заставляли меня теряться и нервничать. Я замечал странные взгляды, что кидал на меня Сай и видел внимание, с которым за мной наблюдал сопровождающий Аднан. По-видимому, Давид улавливал мой интерес к его женщине и явно был этим недоволен. Но поделать я с собой ничего не мог, она манила меня, как огонь манит мотылька.

В момент, когда гости перешли к более крепким напиткам и прошли в соседний зал, где были установлены мягкие кресла и диваны, Сайрус вдруг извинился и оставил меня. Судя по знаку, что он мне подал, дело было в его задании, поэтому я настойчиво "втиснулся" в узкий круг иллюзионистки и её сопровождающего.

– Когда вы намерены дать первое представление, госпожа Аднан?
– спросил я, располагаясь на кресле, в то время как пара присела на маленький диванчик для двоих, прямо напротив меня.

– Через два дня мы будем готовы, Владыка.
– Снова ответил Давид вместо иллюзионистки.
– Завтра уже прибудут наши вещи, и можно будет начать приготовления.

– Позвольте сказать, что одежда моего народа очень идет вам.
– Сделал я комплимент женщине, надеясь на... На что я надеялся и сам не понимал. Мне просто хотелось, чтобы на ее лице проступили хоть какие-то эмоции помимо этой вежливой маски.

– Одежда весьма удобна, а ваши портные работают удивительно быстро, - снова ответил за иллюзионистку ее сопровождающий и я понял, что в его присутствии она не станет разговаривать нормально.

Вполне возможно, что и без него разговора не получится, но я все еще помнил нашу первую встречу в саду. Аднан была более расслаблена и вела себя живее, чем сейчас.

– Очень рад, что вы это оценили. И мне весьма приятно ваше отношение к моей просьбе, - ровно ответил я и закончил разговор.

К этому моменту подошел и Сай, самолично принеся разнос с маленькими фарфоровыми чашечками и кувшином исходящим ароматным паром.

– Шоколад?!
– раздался удивленный вопрос Царицы Востока.

– Совершенно верно, госпожа Аднан, - с улыбкой, ответил я.
– Моя жена обожала этот напиток. В память о ней, я отдаю распоряжение подавать шоколад на подобных торжествах.

– Тем более, - подхватил Сайрус.
– Шоколад можно сделать на любой вкус. Кто-то любит горький, а кто-то сладкий. Лично я предпочитаю шоколад с перцем.

– Попробуйте вишню в шоколаде, это особое лакомство. Наше государство знаменито вишневыми деревьями и их плодами. Слаще и крупнее вишни, вы нигде не найдете.
– Поддержал я разговор, несмотря на то, что буквально секунду назад решил помолчать.

– Благодарим вас, Владыка. Но у моего цветочка аллергия на вишню.
– Ответил Давид, хлопая глазами и жалостливо улыбаясь.

– Очень сочувствую, - ответил я, чувствуя сильное раздражение от этого человека.

Отчего-то он был мне противен. Но еще больше злило, что Аднан была с ним. В этой женщине чувствовалась скрытая сила, величественность. В то время как Давид производил впечатление человека слабовольного и гадкого.

Мне больше так и не удалось поговорить с женщиной. За весь вечер ничего примечательного больше не произошло, кроме странного разговора между Давидом и Саем. Скорее, это можно было назвать небольшой пикировкой. Сайрус все пытался вызнать что-нибудь у мужчины об их жизни с иллюзионисткой, но ответы Давида можно было смело назвать пустыми. Они не содержали абсолютно никакой информации о нём самом и об их жизни в целом. Я даже зауважал этого юркого сопровождающего, краем уха прислушиваясь к их разговору.

– Я слышал, что в пустыне запрещены отношения без благословения храма. Так ли это, господин Давид?
– спросил друг в один момент.

– В пустыне так много запретов и знаете, большинство из них, созданы для того чтобы помочь выжить, - отвечал мужчина.
– Например, здесь может это показаться странным и жестким, но в пустыне, раненного человека добивает свой же народ. Больной требует больше воды, а оставлять его умирать под палящим солнцем считается чересчур жестоким. Представляете?