Чтение онлайн

– Не уходи от темы, – рыкнула Джулия и уже тише добавила: – Просто я готовила лимонад.

– Обожаю лимонад, – прищурился Камерон.

С этими словами он прижал Джулию к хромовой дверце суперсовременного холодильника, но она попыталась вывернуться:

– Я иду спать.

– Сон подождет, – возразил Камерон, ухватив ее за плечи, – ты кое-что забыла.

– Что?

– Это, – ответил Камерон, страстно целуя Джулию, давая ей понять, как сильно она нужна ему.

Когда Джулия застонала, Камерон подхватил ее на руки, уложил на столешницу, раздвинул ноги, притянул к себе поближе и опустился на колени.

– Камерон.

– Молчи, – велел он, целуя ее коленку, двигаясь губами выше по бедру, переключаясь на вторую ногу. Слыша, как она стонет от наслаждения, Камерон языком раздвинул ее складочки и погрузился внутрь. Дикий выкрик Джулии потешил его мужское самолюбие, и он вдохновенно продолжил работать языком, поочередно полизывая и посасывая ее самые чувствительные места.

Чувствуя, что пьянеет, Камерон понял, что хочет большего, так что, когда Джулия в исступлении выкрикнула его имя, он не стал медлить, а сразу поднялся и, глядя ей прямо в глаза, расстегнул ширинку и приспустил джинсы. При виде внушительного члена ее глаза возбужденно заблестели.

– Иди сюда, – приказал он, поднимая Джулию на руки и неторопливо опуская на свой член.

Ее похотливый вздох практически заставил его немедленно кончить, но он взял себя в руки и решил не спешить. Для начала. Только вот Джулия такая горячая, такая узкая, что он просто не смог сдержаться и бешено задвигался, чувствуя, как близится оргазм. Секунду спустя Джулия опять закричала, и Камерон впился в ее губы своими, пытаясь разделить с ней такой мощный оргазм, что ему оставалось лишь дивиться, почему они оба не улетели на луну.

Держась за руки, они, обессиленные, рухнули на столешницу, как два пьяных матроса. Камерон был не готов отпустить ее прямо сейчас. Он еще смутно помнил, что они о чем-то яростно спорили, но уже не мог упомнить всех подробностей, для него эта стычка была всего лишь прелюдией к отличному сексу.

– Наверное, я еще пожалею, что спрашиваю, – прошептала Джулия, кладя голову ему на плечо, – но я должна знать, о чем ты сейчас думаешь.

Камерон огляделся по сторонам, а затем ответил, глядя ей прямо в глаза:

– Я как раз подумал, что мне действительно нравится новый цвет кухни.

После той размолвки на кухне и бурного примирения их жизнь вошла в привычную колею, так что Камерону оставалось лишь гадать, как они смогли так легко ужиться в его доме.

Несмотря на то что в пекарне Джулии работало достаточно народу, чтобы каждый день готовить необходимое количество товаров, она предпочитала сама печь свои фирменные блюда. Так что каждый день с утра пораньше она начинала месить тесто и смешивать ингредиенты, и вскоре Камерон привык помогать ей.

– Ну прямо настоящие муж с женой, – пробормотал он, поражаясь сам себе. Ведь когда он делал Джулии предложение, то рассчитывал совсем не на это.

И даже помыслить не мог, что она так много для него значит.

И с каждым днем ему становилось все труднее скрывать свои чувства.

– Просто не верится, что моему сыну нравится есть на завтрак морковку, – признался Камерон, скармливая малышу очередную ложку морковного пюре.

– Ему все нравится, – заверила его Джулия, наливая себе еще одну чашку кофе.

– Да, но морковка? Это уж слишком. Может, нам еще и огород устроить?

– Хорошая мысль, – отозвалась Джулия, а потом задумчиво повторила: – Огород? С морковкой. Бог ты мой, так и представляю бесконечные грядки с морковкой.

Джулия схватила лежащие у телефона карандаш с блокнотом и что-то торопливо написала.

– Ну почему только морковка, можно посадить еще что-нибудь, – пожал плечами Камерон, изображая из ложки с пюре аэроплан. – Огурцы, помидоры, салат, всякий там перец.

Джулия отложила карандаш и выпрямилась.

– Ты просто чудо! – воскликнула она и наградила его поцелуем.

– Я всегда это знал, – озадаченно пробормотал Камерон.

Джулия всегда хотела отдать свой прежний дом «Корпорации Перишей», потому что для нее одной он был слишком велик, слишком великолепен и к тому же собранные в нем редкие произведения искусства, мебель и книги напоминали ей о погибших родителях. Но прежде чем отдать этот дом, она хотела внести в него что-то свое, что-то, что всегда будет напоминать о ней и при этом окажется важным и для других людей. Для детей.

Пусть огород звучит и не слишком солидно, но Джулии понравилась эта идея. Ну и, разумеется, обычными грядками дело не кончится, нужно тщательно продумать устройство территории, завести животных, может, даже устроить детский зоопарк, и там непременно должна быть конюшня, учебные классы, а также прогулки, пикники и прочие развлечения. А пока дети резвятся в саду, их родители могут без помех осмотреть музей и библиотеку Перишей.

Джулия обдумывала свой проект все утро и только потом поделилась своими соображениями с Камероном.

Он молча выслушал ее, а когда она попросила его совета, задумчиво спросил:

– Почему?

– Почему? Что – почему?

– Ну, я понял всю эту задумку с огородом, но почему ты хочешь превратить свой дом в музей?

– Просто ты ни разу там не был, так что тебе сложно понять, – вздохнула Джулия после небольшой паузы.

– Не был.

Когда они с Джейком переезжали к Камерону, то ту немногую мебель, одежду и прочие мелочи, что она решила взять с собой, ей доставили профессиональные перевозчики, пока Камерон ездил по делам. Так что не удивительно, что он ни разу не был в ее прежнем доме.

– Если у тебя есть пара свободных часов, то я с радостью покажу тебе, где прошло мое детство.

– А я с радостью посмотрю, – откликнулся Камерон, целуя жену в шею, – только чуть погодя, – добавил он, увлекая ее за собой наверх.

Три недели спустя Камерон с Джейком на руках стоял рядом с Джулией на пороге «Райской фермы», ее прежнего дома, который она предпочитала называть мавзолеем.

Назвать этот дом фермой как-то даже язык не поворачивается – величественный особняк и тщательно ухоженная территория меньше всего напоминали ферму.