Сладкий флирт
Шрифт:
— Переправа… — прочитал незнакомец, вытирая несколько капель воды с губ. — Как это замечательно.
— Да. Мы открываемся завтра.
— Мост был разрушен?
— Да. Постарались война и человеческая ненависть.
— Бин… — тихо проговорил он.
Лиза нахмурила лоб, пытаясь разобрать, что он сказал.
— Что? — переспросила она.
— Бин был здесь? — Лиза вздрогнула, как будто ледяная рука провела у нее по спине. — Что он вам сделал? Боже мой, я не говорил ему, кто я, но он, должно быть, знал это. Он должен был догадаться.
Ледяная рука теперь сжимала горло так, что она едва могла дышать.
— Откуда вы знаете о Бине? — выдавила Лиза.
Незнакомец поднял голову и снял шляпу.
…Онемев, Лиза смотрела на своего отца. Она закрыла глаза и резко открыла их, уверенная, что ошибается, что это какая-то чудовищная ошибка.
— Папа? — прошептала она. Нет, такого не может быть. Этот человек слишком стар. У него были длинные грязные волосы, лицо изрезано шрамами и сильно перекошено, левая половина застыла безжизненной маской.
Но глаза… Что бы ни случилось, Лиза всегда узнает эти глаза, такие же карие с золотым отливом, как и те, что каждое утро смотрели на нее из зеркала. И точно такие же глаза были у Крокета и Буна.
— Папа!
Лиза быстро поставила фонарь на землю и бросилась к отцу. Его дрожащие руки обхватили ее.
— Я думал, что никогда не попаду сюда снова, Лиза, девочка моя, — горячо прошептал отец ей на ухо, и Лиза услышала в его голосе слезы.
Она никогда прежде не видела, чтобы он плакал, никогда прежде не чувствовала, как у него дрожат руки. Он очень постарел и был так слаб. Но Лизу это не волновало. Это был ее отец. Ее отец! Живой! Снова вместе с ними!
— Как…
Отец тряс головой, не в силах говорить. Когда же, справившись с собой, он наконец заговорил, то Лиза с большим трудом разбирала его слова, произносимые хриплым, глухим голосом.
— Я провел два года в тюрьме, Лиза. И выжил там только благодаря тому, что мне очень хотелось еще раз увидеть всех вас. Да, там были жуткие условия, но самое главное — там со мной случился удар. Врач и не предполагал, что я смогу выжить. Но я доказал им всем, что Вайлдеры — крепкие ребята. Я снова научился говорить и ходить. И вот я здесь.
— О, папа! — Лиза прижалась к нему, понимая теперь, почему ему понадобилось так много времени, чтобы вернуться, и почему от него не было никаких вестей. Она схватила его за руку и потащила за собой. — Пошли в дом. Мальчики с ума сойдут от счастья.
Но Вайлдер стоял не шелохнувшись, в каком-то оцепенении, как будто, увидев так близко свой дом, о котором столько мечтал, не мог поверить, что все это происходит с ним наяву.
— Ну как… они все?
Лиза сразу поняла, что отец спрашивает о том, все ли живы, и очень боится ее ответа.
— Ты слышал о Салли? — осторожно спросила она.
Отец кивнул и вытер рукой глаза, злясь на свои слезы, но не в силах сдержать их.
— Мы похоронили ее на холме над рекой. Ты помнишь, как она ходила туда каждое утро считать гусей?
— Да. Да, я помню. А как мальчики?
— Они все здоровы, папа.
— Все?
— Да. Вначале мне приходилось чуть ли не связывать Крокета и Буна, чтобы они не убежали воевать, но в конце концов они остались дома, чтобы помогать мне.
— Слава Господу!
Его немного трясло, и Лиза помогла отцу подойти к перевернутому корыту и сесть на него.
— Я все время молился о том, чтобы с вами ничего не случилось, но даже не мог предположить… я не мог…
Лиза села перед отцом на корточки и взяла его за руку.
— Я понимаю, папа. Так много событий произошло с тех пор, как ты ушел, многое кажется странным… Но все это не имеет значения. Главное — ты дома. И больше ни о чем не надо думать.
— Дом… — Вайлдер обвел взглядом окна, в каждом из которых горела газовая лампа. — Как тебе удалось… — Его рука сделала слабый жест в сторону дома.
— У нас появился очень хороший помощник, папа. И очень хороший человек. — Лиза сжала руку отца. — Я вышла замуж, папа.
— Замуж?
— Несколько месяцев назад.
— Мой Бог!
— Да, и держись крепче — скоро ты станешь дедушкой.
Отец смотрел на дочь в изумлении, и Лиза поняла, что он узнал слишком много за один раз. У него будет время осмыслить все это. Потом, гораздо позже. Когда он окрепнет.
— Пошли в дом, — позвала она. — Мы собираемся ужинать. Ты поешь с нами, поговоришь с мальчиками. А потом я постелю тебе в одной из задних комнат. Там потише. Тебе надо хорошенько выспаться. У тебя очень усталый вид.
Вайлдер глубоко вздохнул.
— Да, я очень устал, Лиза, девочка моя. Но это скоро пройдет. Ведь я дома.
Она обняла его за плечи и помогла встать.
— Папа, — спросила Лиза, когда они сделали несколько шагов, — откуда ты знаешь о Бине?
— По его вине я получил это, — ответил отец и показал на шрамы на горле. — А когда я не захотел умирать от ран, он посадил меня в тюрьму.
— Но почему?
— Потому что я осмелился спасти жизнь человеку, который когда-то спас мою.
— Я не понимаю.
Отец похлопал Лизу по руке, которой она обнимала его.
— Когда-нибудь я расскажу тебе эту историю. Но сейчас, — он громко втянул воздух носом, — это что, пахнет пирогом?
— Да. Миссис Рутерс приготовила свой знаменитый яблочный пирог.
Он причмокнул губами.
— Знаешь, некоторые воспоминания никогда не покидают человека. Я помню, как…
— Лиза?
Задняя дверь скрипнула, и в ней появилась голова Мика.
— Почему ты так долго? Эта чертова коза…
Он внезапно остановился. Лизин отец споткнулся и застыл на месте.
— Мик, ты никогда не догадаешься, кто это! — крикнула Лиза.
— Хрипун? — прошептал Мик, а потом радостно воскликнул: — Хрипун, это ты?
Отец рассмеялся, при этом из его горла вырывались какие-то клокочущие звуки.
— Будь я проклят! Капитан Сент-Чарльз! Ради всего святого, скажите, что вы делаете здесь, в моем доме?
— Капитан? — Лиза смотрела на обоих в большом изумлении. — Это Мик. Мой муж.
— Твой муж?! — Отец шагнул вперед и протянул Мику руку. — Черт подери, как приятно видеть вас живым!