Чтение онлайн

— Он не мой. Рэй его хозяин. Его он должен выбирать.

— Он уже выбрал свою хозяйку, — твердо сказал Рэй, когда они снова оказались в машине. Джейн удивленно и недоверчиво взглянула на него.

— Он мой? О, Рэй! Ты слышал, что я сказала Астрид, и запомнил!

— Вот почему я так спешил вчера. Ло сказала, что у нее шесть щенков, и я хотел, чтобы ты выбрала сама.

— А я думала… — Нет, она не могла в этом признаться. — Мне нравится Ло. Я этого не ожидала.

— Она милая девочка. Очень современная и довольно наивная. Надеюсь, ее Тоби — достойный человек.

— Ты имеешь в виду ее «стабильные отношения»?

— Да, настолько, насколько они остаются стабильными.

— Надеюсь, она будет счастлива.

— А ты? — внезапно спросил Рэй. — Ты счастлива?

Он остановил «ренджровер» в затененной деревьями аллее при въезде в поместье и молча смотрел на нее, дожидаясь ответа, как будто от него зависела его жизнь.

— Я на седьмом небе от щенка! Я всегда хотела иметь собаку. Раньше у меня никогда не было любимца. Раньше у меня вообще ничего не было, кроме того, что можно положить в сумку и всюду возить за собой.

Рэй какое-то время изучал ее лицо, на котором, как в зеркале, отражались ее чувства. В его глазах сверкнуло что-то похожее на затаенную ярость. Но голос был необыкновенно мягким.

— У меня есть еще один подарок для тебя. Тот, что я обещал, когда мы нашли плитки.

— Какой?

Джейн вспомнила о нем в тот самый момент, как губы Рэя коснулись ее губ.

— Ты тоже можешь поблагодарить меня, если хочешь, — прошептал он, на секунду оторвавшись от нее.

И Джейн вдруг захотелось. В ней пробудилось страстное желание, перед которым отступило все — боль прошлого, неуверенность в будущем, проблемы в настоящем. Она обвила руками его шею и прижалась к нему, все глубже погружаясь в пучину наслаждения; в ее груди полыхал жадный, неукротимый огонь.

— Джейн, — прошептал, задыхаясь, Рэй, — я так хотел этого в Париже! Но ты выглядела такой отдаленной… Я хотел подарить тебе духи, но не знал, понравятся ли они. — Он тяжело вздохнул. — Я так мало о тебе знаю. Я знаю все о твоей работе и ничего о тебе.

— А я знаю все о твоих предках и ничего о тебе.

Было так сладко признаться в этом. Время летело. Поцелуи говорили гораздо больше, чем слова. Для Джейн жизнь снова стала прекрасной…

Но щенок заскучал и тихонько заскулил. Бесчувственные к его страданиям, люди не заметили беднягу, и тогда, чтобы привлечь к себе внимание, он вонзил острые зубки в свою хозяйку.

— Ах ты, озорной пес!

— Он не… — Рэй начал смеяться.

— Нет, он не намочил меня, не веселись. Он укусил меня. Ло сказала, что он ест твердую пищу, но, похоже, она скармливала ему людей. — Джейн потерла коленку. — Его зубы острые, как иголки. Он прокусил мне брюки.

— Он сам назвал себя, — рассмеялся Рэй. — Теперь ты обязана звать его Нипом [6] . Пойдем, покажем его Марте.

— А она не будет возражать против щенка в доме?

Но вскоре экономка развеяла ее сомнения.

— Дети и собаки делают дом уютным, — сказала старая женщина.

Разве посмеет Джейн взять щенка с собой, когда уедет? Но сможет ли она оставить своего любимца?

Будут ли расти дети под крышей этого дома, дети Рэя? И кто будет их матерью? Значили ли что-нибудь его поцелуи, или это просто минутное влечение? Сегодня Рэй целовал ее так, будто она что-то значила для него. Но он не сказал ей, каковы его истинные чувства. Может, она лишь заменяет ему другую женщину, которая осталась в Штатах или в любом другом уголке земли?

Плитки прибыли на следующее утро. Когда Джейн закончила завтрак и покормила Нипа, они уже были сложены в штабеля на террасе, готовые к использованию.

— Отложи всю работу на сегодня и помоги мне с плитками, — попросил Рэй, и впервые Джейн с готовностью подчинилась ему.

Занимаясь физической работой, она надеялась отвлечься от ненужных мыслей, которые мучили ее всю прошлую ночь и которые не хотелось воскрешать этим ярким солнечным утром. Джейн начала работать, подавая Рэю плитки, которые он затем аккуратно прибивал к стене.

Какое-то время они работали молча, но молчание это было легким, дружеским. Потом Рэй остановился.

— Давай отдохнем минутку. Пойди попроси у Марты садовые перчатки. Они на кухне, я их видел, когда чинил шкаф.

— Зачем мне перчатки? — удивилась Джейн. — Я не собираюсь быть одновременно строителем и садовником. У меня не четыре руки. В любом случае, работа в саду не оговорена в нашем соглашении.

Рэй осторожно закрепил последнюю плитку, которую она ему передала, взял ее руки в свои и перевернул их ладонями вверх.

— Я хочу защитить твои руки, а не погубить их работой в саду. Плитки неровные и шероховатые. Они поранят твою кожу, если ты не оденешь перчатки.

— Но ты без перчаток.

Рэй улыбнулся.

— Мои руки грубее твоих.

Он наклонился и коснулся губами ее ладоней.

— Смотри, на них уже появились красные пятна.

Ее ладони горели от его поцелуев, и сердце учащенно билось, как у испуганной лани. Рэй привлек ее к себе и прошептал:

— Теперь ты послушаешься меня, упрямая девочка?

Как она могла возразить, если его губы прижались к ее? Как она могла идти к Марте, когда его руки не давали ей сделать этого? Он, дразня, обвел кончиком языка контур ее рта, заставляя забыть обо всем на свете.

Громкий звук упавшей плитки и визг испугавшегося Нипа вернул их к действительности. Рэй отстранился от Джейн и сказал внезапно охрипшим голосом:

— Иди и возьми перчатки, пока я не забыл, что собирался делать, и начни складывать плитки лицевой стороной вниз.

Она, смеясь, убежала за перчатками. Нип вертелся у ее ног.

Марта предостерегла:

— Сначала хорошенько вымойте руки, мисс Джейн, чтобы какая-нибудь песчинка не попала внутрь и не натерла их.

— Они и так чистые, — беззаботно ответила Джейн, натягивая перчатки.

Поблагодарив Марту, она позвала Нипа и побежала на террасу. И вдруг в ее памяти всплыли слова Роба: «Поцелуи нельзя стереть. Они остаются навеки».

Притихшая, Джейн молча помогала Рэю, не замечая в его глазах немого вопроса, куда исчез ее смех. Она не могла избавиться от тревожных предчувствий. День стоял прекрасный, бабье лето щедро дарило людям тепло.