Сладкий соблазн
Шрифт:
Но сегодня вечером она не будет чувствовать себя одинокой женщиной. Сегодня она встречается с Герой.
«Сегодня можно не столько на мужиков смотреть и прикидывать, кого из них снять выгодней, но и себя показать, – решила Юлька и тут же уточнила: – Не всем подряд мужикам, как обычно, а Гере показать… Черт возьми, а ведь это, оказывается, приятно!»
Глава 5
К «Вене» она подъехала за две минуты до назначенного времени, решив поставить машину не на стоянку, а в соседней подворотне. К чему она это сделала, Юлька объяснить себе не могла, но, выходя из машины, она услышала за спиною какой-то глухой шум. Оглянувшись, она ничего не разглядела в темноте и быстро шагнула за машину, чтобы хоть как-то быть прикрытой на случай опасности.
Ничего не произошло, и Юлька зашла в «Вену». Быстро окинув взглядом бар, она оценила публику. Сегодня публика была не в ее вкусе: несколько вульгарных девиц танцевали посреди зала, вокруг них увивался какой-то пьяный молодой человек. Зрелище было нерадостное. Юлька была в некотором роде эстеткой, поскольку считала, что раз уж ты не умеешь танцевать красиво, так сиди за своим столиком и не высовывайся. Вульгарность бывает хороша в постели, но не на площадке для танцев.
Геры нигде не было, и Юлька села за единственный свободный столик. Около нее сразу вырос официант в белой, светящейся, как светлячок, рубашке и, вежливо пожелав приятного вечера и подав меню, так же незаметно растаял.
Юлька быстро пробежала глазами меню.
«Блюдо дня – луковый суп»! Лук, плавающий в бульоне… Бр-р!.. Для многих это, конечно же, экзотика… Кто еще додумается дома такую дрянь приготовить!
Официант появился внезапно. Юлька наобум ткнула пальцем в первый попавшийся коктейль под интересным названием «Камикадзе», так как говорить что-либо не имело смысла: музыка заглушала все слова, произнесенные при нормальном напряжении голосовых связок, а кричать Юлька не хотела, сегодня ей хотелось чувствовать себя светской дамой, а не женщиной легкого поведения, это изрядно поднадоело.
Гера задерживался, и Юля вспомнила про подворотню. Решив, что это были какие-нибудь пьяные подростки, она вспомнила про мимолетное сладостное чувство опасности, которое она в очередной раз испытала. Когда она вышла из машины и услышала глухие звуки, будто кто-то боролся, первое, что она испытала, – это приятно разлившееся по телу ощущение опасности. В такие минуты Юлька всегда возбуждалась, такой уж авантюрный характер ей достался, неизвестно, правда, от кого – ни отец, ни мама особым авантюризмом никогда не отличались…
А вот Юлька любила неожиданности и смену впечатлений. Наверное, поэтому она и проституткой стала, да еще потому, что с мужиками у нее никогда проблем не было. Однажды, во время дождя, когда за всю ночь – ни одного клиента не дождешься, они со Светкой часа два под одним зонтом простояли. И все это время про мужиков трещали. Светка тогда убеждала ее, что мужики пошли не те и бабам нужны более сильные впечатления. Юльке, что ли, удочки закидывала? Да вроде не замечалось за ней никогда. Юлька тогда ничего не поняла, но прямо Светке сказала, что для нее любой мужик интересен, и не потому, что у него член есть. Член и у обезьяны есть. Нет, ей сама психология мужская интересна, она Юльку возбуждает. Светка после этого к ней больше не приставала.
Потягивая коктейль, Юлька наблюдала за одной парочкой. Они стояли почти у входа. Молодой человек что-то громко мычал, обнимая ярко накрашенную блондинку. Он был пьян и однозначен и напоминал буйвола. Девушка, которую буйвол пытался куда-то увести, была явно согласна, и на ее лице была откровенно выписана одна мысль: «Ты скажи, че те надо, я те дам, че ты хошь…»
«Иногда мужчин бывает жалко, – подумала Юлька. – Как дети: просты, наивны, непосредственны… И, главное, доверчивы в своих желаниях. Куда только их мамы смотрели…»
Юлька не отрывала глаз от этой пары, отношения которой казались ей стандартными и ничего, кроме скуки, не вызывали.
– Девушка, вы со мной потанцуете?
Повернув голову, Юлька увидела, что над ней склонился мужчина в дешевом сером джемпере. От мужчины несло одеколоном, название которого Юлька ни за что бы не взялась угадать, что-то из того сорта, который заполнил все прилавки в магазинах и все лотки на улицах. Разве угадаешь!
Вечер обещал быть испорченным.
– Простите, я не танцую, – громко и отчетливо проговорила светская дама, которую изображала Юлька, в его бордовое ухо.
Ухо не исчезло. Оно явно хотело услышать что-то другое.
– Извините, я жду мужа, – поменяла тактику Юлька, – Он должен сейчас подойти.
Ухо поменялось с носом местами.
– Я в вашем городе… ик! Я… ик!.. в командировке… – с трудом произнес обладатель уха и носа. – Я… хочу танцевать… с тобой.
Это было последней каплей. Юлька обняла командировочного за шею и, крепко сдавив ему горло, вежливо, она все же решила и в этой ситуации остаться светской дамой, повторила:
– Прости, козел, я не танцую.
Мужчина изо всех сил напрягал мышцы шеи. Юлька отпустила его.
«Еще не хватало, чтобы Гера увидел, как я обнимаю этого кретина», – пронеслось у нее в голове.
Оглянувшись на вход, Юлька не заметила парочки, за которой она недавно следила, но на их месте стоял Гера и оглядывал столики. Он был растерян и чем-то взволнован. Волосы его были в полном беспорядке. Юлька помахала ему рукой.
Подойдя к столу, Гера не поздоровался, а только грузно опустился на стул, выдохнув при этом из легких практически весь воздух.
– Сегодня хочется напиться. Водки, пожалуйста! – сказал он подошедшему официанту.
Юлька решила пока сама не вылазить. Пусть скажет все, что считает нужным.
«По крайней мере, буду знать, что он считает нужным, – подумала она. – Это тоже ценная информация».
Водку Гера пил молча. Юльке держать паузу было нетрудно: это была не ее партия, и она чувствовала себя в зрительном зале.
– К тебе вчера моя жена приходила? – спросил вдруг ее Гера.
– Гера, ты женат на Марлен Дитрих? Или на Клаудии Шиффер? – съязвила Юлька.
– Нет, – вздохнул он. – Я, к сожалению, женат на Ленке Федурко.
– К твоему великому сожалению, Гера, – согласилась Юлька. – Хотя… Она у тебя красавица. Тебе, Гера, грех на бога роптать. Да и любит тебя… Говорит, мы любим друг друга, просто души, говорит, не чаем, оттого и трахаемся, говорит, как кошки… Только я все же не поняла – котик у нашей кошечки один или она нормальная, полноценная кошка?
– Я, наверное, пойду, – глаза Геры были отрешенные, и Юлька только теперь заметила выражение сильной усталости на Герином лице.