Чтение онлайн

— Это…? — начала я, но демон перебил меня.

— Ориентир искателя, можно найти дорогу куда-угодно, если вообразить место в голове.

— А почему я её вижу?

— Этот мир в отличие от твоего… — мне показалось или его голос сквозил презрением. — Зооганхия полна магии.

— Будто я в этом виновата, — буркнула в ответ, и мы пошли в тишине.

Если отбросить палящее солнце, то место выглядело сказочно. Небо не голубое, как показалось изначально, а зеленоватое, цвета тёплых морей. Чистое-чистое ни одного облачка, только одинокий пылающий фиолетовый диск.

Изредка на пути встречались крохотные островки фиолетовой зелени. Сухая трава напоминала вытянутый базилик, а по запаху отдавала смесью лаванды и корицы.

То, что я приняла за далёкие холмы оказалось огромным скелетом древнего существа Иагхвы. Они и сейчас обитали недалеко от песчаных каньонов, но размерами не превосходили кошку. Спустя пол бутылки воды на двоих, делая маленькие глоточки, чтобы не упасть в обморок, нам навстречу вышел караван из существ подозрительно похожих на смесь верблюдов и пони, и дюжины человек в цветастых платках, закрывающих их с головы до пят. На некоторых висели маленькие колокольчики и при малейшем ветерке они нежно позвякивали.

Дарио упал на колени, потянув меня за собой.

— Ашхао де материс, — сказал мой спутник. Полуверблюд, полупони громко заржал, напоминая уже другое животное — осла. К нам подошла кругленькая женщина и пристально всмотрелась мне в глаза. Она что-то спросила у Дарио, тот кивнул. Поток десятка вопросов сдерживал только животный страх, мне эти люди совершенно не нравились.

Наконец, видимо удовлетворившись ответом, женщина отошла. Она принялась громко перекрикиваться с остальными, совершенно нас не стесняясь. От жары и произошедшего у меня резко закружилась голова, демон словно прочёл мои мысли, мягко придержал меня за талию.

Ничего не объясняя караван продолжил свой путь. И я почувствовала себя той самой собакой из поговорки. Когда силы вернулись ко мне, я, пересохшими губами, спросила:

— Что это, чёрт возьми, было?

И Дарио не поспешил удовлетворить моё любопытство, не разозлился на вопрос, не проигнорировал, он рассмеялся.

— Нет, серьёзно, что это за «1000 и 1 ночь»?

— Они поделились магией, теперь мы можем устроить привал и отдохнуть, — при слове «отдохнуть» на меня навалилась смертельная усталость, и я мгновенно поменяла мнение о тех людях, даже полуверблюд, полупони, полуосёл теперь казался милейшим созданием. — По традициям мать султана покидает его, когда рождается новый наследник, теперь она никогда не сможет вернуться в песчаные города и доживёт свой век в храме пустых душ.

Я вздрогнула. То есть она даже внука понянчить не может? Вынуждена расстаться со всем, что ей дорого из-за каких-то …традиций.

— Вот уж кто ненавидит невесток.

Дарио щёлкнул пальцами, и в пару метрах от нас появились три пальмы и приличных размеров шатёр. Когда мы вошли внутрь, я забыла, и о странных обычаях султаната, и о всяких нормах приличия:

— Оху…

Я уселась по-турецки и дожёвывала сладкий-сладкий персик. Вдоволь напилась прохладной чистейшей воды, перекусила сочными фруктами, и теперь пребывала в приятной полудрёме. Дарио тоже выглядел довольным. Этот сказочный оазис не хотелось покидать.

Искусно вышитые гобелены, на которых плясали смуглые красавицы с кошачьими глазами, мягкие диваны с золотистыми подушками, арабские ковры, расписанные причудливым орнаментом. Множество ламп окутывали шатёр мягким светом, а в воздухе витал ненавязчивый аромат пряностей и душистых масел. В центре палатки находился низкий стол, вдоволь обставленный фруктами и местными деликатесами, рядом стояли серебряные подносы с выпивкой и водой.

Этот мир, точнее больший его кусок представлял собой что-то очень схожее на арабскую сказку, скажем Турцию времён Сулеймана Великого и его любимой наложницы Роксоланы.

— Мы переждём здесь ночь, а на утро отправимся во дворец песчаных стихий, — да, да, ты можешь говорить всё что угодно, я согласна, только бы остаться в этом раю подольше. Уже пребывая между сном, и реальностью я заметила, что Дарио вышел. Так, и куда нашего демона потянуло?

Он замешивал какую-то дурно пахнущую субстанцию в ведре. На миг я позволила себе полюбоваться, как каменные мышцы играют на руках. Выглядел он спокойно, даже умиротворённо.

— Что ты делаешь? — я села рядом. Песок начал остывать, но всё ещё оставался горячим.

— Мы оказались в неудачно месте, — демон горько вздохнул, как бы говоря: «Как я докатился до жизни такой». — Ночью сюда приходят Жиннар, которые питаются душами людей, — Дарио снова замолчал. — Вот почему нам так необходим артефакт Чужеземца, только так мы обезопасим тебя.

Мне почему-то очень-очень захотелось сесть поближе, но я отогнала глупые мысли.

— Значит, ты можешь использовать магию?

— Да, но только чужую, свой источник мне перекрыли, — горькая усмешка украсила и без того совершенное лицо. — Когда я оказался на Земле, мне стало так страшно, лишиться магии это…это…

— Ужасно, — выдохнула я.

— То есть порталы открывать ты меня учить не будешь?

— А ты хочешь?

Наши гляделки прервал жуткий вой. Я и не заметила, как начало смеркаться и жаркий зной сменился прохладой. В моём топике и лосинах поспешила скрыться в шатре. Дарио же принялся вычерчивать жижей что-то на песке.

Проснулась глубокой ночью. Казалось в горле поселился морской ёж, катающийся вверх-вниз. Я пыталась проглотить или прокашляться, но неприятный комок не уходил. Дышать становилось труднее.

Я поняла, что жизнь покидает меня. Не знаю как, но осознание скорой смерти никак не оставляло. Упав на четвереньки, я попыталась доползти до Дарио, тихо посапывающим в другой половине шатра. Каждый сантиметр давался так тяжело, будто я покоряла Эверест. Через миг я пропала, не чувствуя ничего, кроме адской боли. Болезненные спазмы и «ежи» распространились по всему телу, подобно болезни. Закричать не успела, последним, что я увидела стала чёрная мутноватая тень существа похожего на человека в рваном балахоне, он протянул мне свою костлявую руку, и я пропала…

***

В следующий раз моё пробуждение пришлось на поздний вечер. То был не шатёр, а очень жаркое помещение с сильным запахом полевых трав. Лаванда, вербена, душица перебивали друг друга, соревнуясь чей запах окажется сильнее. В отличие от прошлого раза встать я не смогла, лишь хлопать глазами и надеется, что слабость пройдёт и мне удастся хотя бы позвать кого-то.

А может, я умерла?

Мысль на первый взгляд — абсурдна, но не лишена смысла. Никто не знает, что там на другой стороне, вдруг привычные рай и ад выглядят совершенно иначе. Не обязательно же всё сводить к «Божественной комедии», хотя если выясниться, что я всё-таки мертва, то это будет очень смешная шутка.