Чтение онлайн

Но всё это промелькнуло в памяти Слава, словно в какой-то дымке. Не имеет это больше никакого значения. И даже потраченных на это воспоминание мгновений Славу уже жалко. Не для того близкие вытаскивали его в этот мир, чтобы он тратил драгоценное время на ненужные воспоминания.

Перелистывая страницы, Слав убедился, что книга выпущена совсем недавно. Значит, Народ не теряет времени понапрасну. Надо бы узнать, как обстоят дела с библиотеками и школами. Да и вообще, – нужно узнать как можно больше. И как можно быстрее. Иначе Слав будет постоянно оказываться в положении слепого котёнка.

Иногда Слав задерживал взгляд на какой-нибудь строчке. К собственному стыду он увидел некоторые неточности в изложенном им материале. Ну, а что тут удивительного-то? Когда он всё это писал, то руководствовался устаревшими сведениями. А именно – теми, которые давали в школе, СМИ и прочие далеко не всегда честные и непредвзятые общественные институты. И всё это преподносилось, как истина в последней инстанции. Хотя не выдерживало даже поверхностного анализа этой информации. Именно благо даря анализу, проведённому лично, Слав и смог вычислить недостающие фрагменты в мозаике.

Это теперь, после того, как доктор позволил ему пользоваться интернетом, многое встало на свои места. И к собственной радости Слав смог убедиться в том, что подавляющее большинство сделанных им выводов оказались верны. Но кое-что он узнал впервые. И вот эти-то новые данные не то, чтобы отвергают некоторые выкладки в этой книге, они, можно сказать, добавляют им точности. Казалось бы – ерунда. Но это как раз точно сказано: «Казалось бы». Потому что это далеко не ерунда. Даже незначительные штрихи на портрете могут из добродушного превратить лицо в омерзительную физиомордию. Так и тут, добавляя новых данных, свежая информация смогла бы кардинально изменить логические выкладки, изложенные Славом в этой книге.

Возвращая книгу дочке, Слав спросил:

–Сваяра, и ты тут всё понимаешь?

Девочка мило наморщила носик и пожала плечами:

–Ну, не всё. Но много. – Видимо, решив воспользоваться моментом, девочка спросила. – Пап, а что такое ядерная бомба?

Слав с довольной улыбкой кивнул:

–А ты, можно сказать, зришь в корень. Первый же вопрос – и сразу же про ядерную бомбу. – Он глубоко вздохнул и, сев рядом со Сваярой, принялся объяснять. – Ядерная бомба, дочка, это оружие. Страшное и омерзительное. С помощью всего лишь одной бомбы можно убить несколько сотен тысяч людей. К счастью, мой народ никогда не совершал подобных преступлений.

Сваяра упрямо тряхнула волосами:

–Но ведь тут же написано, что в твоём мире с помощью этой бомбы разрушили два города. И что тогда погибло много мирных людей.

С грустной улыбкой глядя на крохотную ладошку дочери, которой та слегка ударила по книге, Слав кивнул:

–Да, это было. Но только это сделали правители не моей страны. Две ядерные бомбы сбросили США. По-моему, я в книге всё это подробно описал.

Ласа решила прийти на помощь дочери:

–Слав, я тоже читала эту книгу. Ты там хоть и написал, что именно ваши бывшие союзники сбросили эти бомбы, но даже мне это не так-то легко понять. А ведь Сваяра – совсем ещё дитя. Но она и так уже знает намного больше того, что я знала в её возрасте.

Слав подвёл печальный для себя итог:

–Значит, не получился из меня писатель. Ну, так я и не собирался этим заниматься. Каждому – своё. Я не умею писать книги. Но зато я могу многое другое. А свои Толстые и Пушкины у нас со временем, надеюсь, появятся.

Сваяра же, видимо, решила полностью прояснить для себя занимающий её вопрос:

–Пап, а разве вообще можно с помощью чего-то убить сразу так много людей?

Слав с грустной улыбкой погладил дочку по голове:

–Сваяра, к сожалению, это не просто возможно. Эти ублюдки из-за океана это уже сделали. И с радостью сбросили бы бомбы и на мою Родину, если бы Сталин с Берией не заставили наших учёных создать свою атомную бомбу. Если бы не все они, от моего народа уже ничего не осталось бы. Да и остальным народам СССР мало не показалось бы.

Сваяра с детской непосредственностью спросила:

–Так, может, нам тоже что-нибудь такое сделать? Чтобы эльфы нас боялись.

Слав улыбнулся:

–Думаю, нам не стоит этого делать. Как-то мне не хочется подводить этот мир к грани ядерного апокалипсиса. Да и вообще – какое ещё атомное оружие? – Движением головы он указал на стоящего рядом Марока. – Вон, у троллей в руках мечи и секиры. Какие там ядерные ракеты и бомбы! Я даже огнестрельное оружие не хочу разрабатывать. А это позволило бы нам поставить всех соседей на колени. Но даже этого я делать не стану. Вообще, я против любой гонки вооружений.

Ласа, с улыбкой поглядев в глаза Слава через голову дочери, покачала головой:

–Не слишком ли поздно, Слав? Пока тебя не было, Народ не просто жил. Мы уже укрепили южную границу бывшей Воктии новыми мощными крепостями. Рядом с горами Таске построили не меньше двух сотен небольших укреплённых пунктов. И пятьдесят мощных крепостей. Северяне за прошедшие восемь лет увеличили свои конные отряды в несколько раз. Гномы усовершенствовали все эти твои стрелятельные штуки. Все дети Народа в обязательном порядке проходят боевое обучение. – Она усмехнулась. – Наши войска даже помогали королю Кеваргу отражать вторжение в его земли. А ты говоришь, что нам нужно отказаться от вооружений!

Слав удивлённо покачал головой:

–Вот это новости! Ласочка, ты мне потом обязательно всё это расскажи подробнее. Но ты не так меня поняла. Я не против вооружений вообще. Конечно, нам нужно иметь сильную армию. Лучше – самую сильную в этом мире. Я против гонки вооружений. Если нас к этому не вынудят, конечно.

Вообще, Славу как-то даже странно вести все эти разговоры об огнестрельном, и уж тем более – о ядерном, оружии. В то время, когда он находился в психиатрической лечебнице, когда у него брали анализы крови и тканей его правой руки, он мечтал только об одном. Всё, чего он тогда жаждал – это оказаться среди близких ему людей. А так же троллей, орков, гномов и сойнов. Всё остальное не имело никакого значения. Ему и в голову не приходило, что когда-нибудь он будет сидеть на одной скамье с женой и дочкой в саду у дворца бывших королей Воктии, рядом будут стоять тролли, но говорить они будут про ядерные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. И что будут на полном серьёзе рассматривать атомное оружие, как средство сдерживания против эльфов. Бред полнейший! Вот за это-то точно можно с лёгким сердцем кого угодно отправить в дурку!

Слав усмехнулся. Естественно, это не могло остаться незамеченным.

Строго глядя в глаза мужу, Ласа заявила:

–Насколько я тебя помню, Слав, ты только что придумал какую-нибудь пакость. Не хочешь и нам про это рассказать?

Славу пришлось объясниться:

–Да ничего такого, Ласочка. Просто я подумал, что как раз из-за подобных разговоров и нужно держать людей в психушке. А вовсе не за то, за что туда упрятали меня.

Женщина решила выяснить всё до конца:

–Ну, и за что же тебя забрали в дурдом?

Слав улыбнулся:

–Так говорить нельзя. Это не полит корректно.

Ласа недовольно поморщилась:

–Ты нам тут мозги-то не пудри, Слав. Какие-то новые слова тут нам придумывает! Неполлитро… – Она тряхнула головой, отчего её чёрные волосы рассыпались по плечам. – Если дурдом, это – дурдом, то как же его ещё называть-то?

Слав усмехнулся:

–Там это называется психиатрическая клиника. Или лечебница. Хотя те места, где должны лечить людей от болезней, почему-то называют больницами. Думаю, это потому, что там и не собираются никого лечить.