Чтение онлайн

Это тебе в укор, - ткнул он своим толстым пальцем в сторону Головы.
– Оперативней надо работать, господин Градоначальник, оперативней. И следить за тем что вокруг происходит. Что ты тогда за градоначальник, если у тебя из-под носа уводят такой жирный кусок.

Завтра ещё кто-нибудь из соседей наложит лапу на прилегающие к нам ничейные до того участки, которые внезапно стали представлять для города какой-то интерес. И что? Опять будешь голыми руками разводить и жаловаться, как та полудохлая лошадь из анекдота: "Ну, не шмогла, мужик, не шмогла...", - немного повеселел кузнец.

И последнее, - с кривой гримасой на лице раздражённо заметил кузнец.
– Все кому было интересно, уже понасажали себе кустов этой самой шишко-ягоды из пророщенных семечек, и уже сами активно занимаются разведением ягоды и производством ягодного самогона. На своих участках, между прочим, - со смешком подчеркнул Кур.
– И всё-то у них прекрасно получается.

– Но не в таких масштабах,- холодно отрезал Голова, не поднимая от стола глаз.
– Не сотнями, и не тысячами десятин ягодника. И не такого качества.

К твоему сведению, - поднял Голова на Кура тяжёлый, давящий взгляд.
– Площадь, только на сегодняшний день расчищенного бывшего горельника, там возле этого их Ягодного острожка, уже составляет три сотни десятин.

Повторяю специально для тебя, Кур, - подпустив экспрессии, повысил свой голос Голова.
– Три сотни десятин великолепных чернозёмов у них уже там есть. И барон не думает останавливаться.

– Ну и чего?
– равнодушно пожал тот плечами.

– По нашим совершенно точным данным, им в том же месте под посадку ягоды определён участок в полторы тысячи десятин, - мрачно уточнил Голова, обведя собравшихся хмурым давящим взглядом из-под насупленных бровей.
– Плюс, там же ими закладывается новый маточный питомник под ещё большее расширение.

Ты хотя бы представляешь себе, Кур, потери для нашего бюджета только из-за такой малости как то, что Каменск-Польская городская Управа первой наложила свою лапу на те пустующие земли? Я, так себе уже представил, и уже впечатлился. И скажу тебе, что в перспективе это очень, очень большие деньги.

– Поздравляю, - ещё более холодно отрезал Кур - Доигрались. Довели барона, что он уже начал вывод своих предприятий в другие города края. Сначала нефтеперерабатывающий заводик перевёл за Камень, в какой-то Богом забытый Кязим, теперь вот ягодники. А что дальше? Они свой Литейный прикроют?

Правильной дорогой идёте товарищ Голова. Продолжайте в том же духе и скоро снова скатитесь в то болото, в котором и так по уши последние годы сидели.

А вы не боитесь того, что уйдёт барон, и уйдут его деньги. А там и ящер подоспеет со своими новыми людоедами, в которых, вы упорно делаете вид, что не верите. Вот тогда мы все тут попляшем и повеселимся. Зато, к вашему вящему удовольствию, без так нелюбезного вам барона.

– Как тебя понимать?
– мрачно глянул на него Голова.

– Как хочешь, так и понимай, - жёстко отрезал Кур.
– Мне наср...ть как ты меня понимаешь! Я всё понял. Собрали нас здесь, чтоб получить формальное добро на очередное щипанье компании барона? Только теперь уже с ягодником? Не надоело? Никак не успокоитесь?

Мой вам совет - отстаньте от него. Угомонитесь! У нас война с людоедами на носу, а вы своими действиями подрываете обороноспособность нашего города, фактически выдавливая из него барона. А барон это деньги, большие деньги.

А в последнее время, барон - это ещё железо, медь, уголь и оружие. Оружие и деньги. И всё это может уйти из города. С огнём играешь, Сильвестр.

Да к тому ж загодя делите шкуру неубитого медведя. Да такого, который если разозлится...

– Ты боишься какого-то покупного барона?
– вкрадчиво перебил его Сила.

– Не знал бы тебя столько лет, Сила, решил бы, что ты дурак. Или ещё что похуже, - осуждающе покачал головой Кур.
– Ну, да я своё слово уже сказал. Моё слово окончательное - нет. Я в этом не участвую.

Дальше решайте сами. Но если теперь уже вас прижмёт барон, за помощью ко мне не бегите. Я вас предупредил.

Я пошёл, - поднялся Кур с дивана.
– Больше мне здесь делать нечего. Благодарствую за угощение, хозяин. Всё было как всегда, изумительно вкусно, - вежливо кивнул он головой в сторону Головы.
– Кто со мной?

Обведя немногочисленных собравшихся сердитым цепким взглядом, безразлично поморщился.

– Ну, это дело каждого.

– Постой, - поднялся из дальнего угла Воропай кожемяка.
– Я, пожалуй, с тобой. По-моему тож, барона не след трогать. Это уже и опасно теперь стало, да и для общего дела нехорошо. Он много денег приносит в город. Так что лучше всё оставить, как оно есть.

Камнем застыв на широкой лавке, под стеной с висящей над ним собственноручно добытой головой матёрого секача, Голова с невозмутимым видом, молча смотрел как Кур с товарищем неторопливо собирали по углам гостевой залы свои вещички и неспешно одевались. Дождавшись, когда за вышедшими из комнаты кузнецом с кожемякой захлопнется уже входная дверь, тонкой струёй холодного воздуха дотянувшись до его голых, распаренных в шайке пяточек, поплотней укутался в любимую льняную простыню.

– Ну вот, - невозмутимо продолжил Голова, когда, казалось, уже сам воздух в каминном зале загустел от разлитого вокруг напряжения.
– Посторонние ушли, теперь можно поговорить и по делу.

– Посторонние, это кто? Не понял? Объяснись.

Сидящий в глубине зала Куница Боров слегка наклонился вперёд и напряжённо смотрел на невозмутимого Голову.

Малоизвестный в этих местах коренной житель низовий Каменки Куница Боров в городе бывал нечасто и что здесь происходит, знал в лучшем случае со слов Головы, а то и вовсе не интересовался. И хоть был человек богатый и оборотистый, собственно никакого реального влияния на внутреннюю политику города никогда не оказывал. Он никогда не лез не в свои дела и занимался исключительно нуждами своего клана и своих земель. Но он был нужен и Силе Савельичу, и ему, Голове, потому как его клан фактически контролировал все низовья Каменки. Контролировал жёстко и довольно эффективно, хоть и проигрывал во многом амазонкам, которые достаточно уверенно тоже хозяйничали на низовых землях.

И если он никогда раньше не совался в политику города, равнодушно принимая регулярно присылаемые ему из Управы рекомендации за кого и как голосовать на выборах, или кого поддержать в Совете по какому вопросу, то в иных делах, напрямую касавшихся клановых интересов, стоял как кремень. И в задуманном Головой деле без него было не обойтись.

Сила, в противовес своему другу Сильвестру, всегда считал, что Куница был мужик хитрый и себе на уме. Но вот переубедить диаметрально противоположного мнения Головы об этом человеке у него не получалось никак. В некоторых вопросах, в которых Голова считал, что более компетентен, тот был исключительно упёрт.