Славянские сказки/Сказки для царевны Несмеяны/
Шрифт:
«Не забыл ты меня? Не забыл?»
А селезень ей в ответ:
«Не забыл, не забыл, как Иванушка свою Настасью Прекрасную!»
Взяла старуха уточку да селезня, стукнула их об стол и превратились они снова в тесто.
Крестной забава эта понравилась, взяла она тесто, а старуху в избе оставила отдохнуть с дороги.
Старуха ей успела крикнуть вослед:
«Покажи своему Иванушке это забаву еще до того, как родители жениха с невестой благословлять станут!»
Пришла крестная на свадьбу, а там у’же пир идет горой, гости едят, пьют, поют и веселятся, музыканты играют, кругом полно еды да питья, как и положено на свадьбе. Крестная принялась есть и пить и совсем забыла про старуху и про ее забаву. Пришло время родителям благословлять жениха с невестой. Отец с матерью взяли икону, только тут крестная и вспомнила, что ей старуха наказывала. Вот она и закричала:
«Погодите, люди добрые, позвольте мне еще Иванушке забаву одну показать!»
«Что это ты вдруг вспомнила? Не мешай, потом покажешь!»
«Куда там ждать, я сейчас покажу!» — сказала крестная, вынула из кармана кусок теста, раскатала его, разделила на два равных куска, стукнула каждым куском по столу и сейчас же вместо теста появились уточка с селезнем, да не простые, а с золотыми клювами да золотыми хвостиками. Разбежались они по разным концам стола, а уточка и закрякала:
«Не забыл ты меня? Не забыл?»
А селезень закрякал в ответ:
«Не забыл, не забыл, как Иванушка свою Настасью Прекрасную!»
Взяла крестная уточку да селезня, стукнула их об стол и превратились они снова в тесто.
Добрые люди дивились, смеялись, в ладоши хлопали. Только Иванушка побледнел, точно кровь у него в жилах застыла:
«Крестная, скажи мне, кто тебя этой забаве научил», — спросил он ее, когда опомнился.
«Да вот пришла тут ко мне старая нищенка, грязная да безобразная. Она меня и научила».
«А где же она теперь? Позови и ее на свадьбу!» — попросил Иванушка.
Вернулась крестная в избу и говорит старухе, что ее на свадьбу просят пожаловать. А та ей отвечает:
«Куда мне на свадьбу идти, старая я да усталая, грязная да безобразная, на свадьбе и без меня обойдутся».
Только крестная принялась ее уговаривать, мол сам жених ее приглашает. Наконец старуха взяла костыли и пошла.
Пришла старуха на свадьбу, а Иванушка подбежал к ней и принялся ее обнимать, целовать:
«Наконец-то ты пришла, дорогая Настасья Прекрасная!»
А потом и говорит родителям:
«Вот моя настоящая невеста, она меня от смерти спасла, не будь ее, не сидел бы я среди вас!»
Отец с матерью испугались:
«Раэве же это, сыночек, невеста для тебя? Да она тебе и в прабабушки не годится!»
Только Иванушка и слушать их не стал.
Обратились они тогда к старухе:
«Сын наш не в своем уме, так хоть ты, бабушка, его образумь. Ну какие же вы муж и жена. Одарим мы тебя златом-серебром, драгоценными камнями. Только не бери ты нашего Иванушку в мужья!»
А старуха им отвечает:
«Чему быть, тому не миновать. Стену лбом не прошибешь. Не плачьте, не горюйте, я долго не проживу. Стара я, завтра-послезавтра потихоньку умру, а потом Иванушка женится на ровне».
Пришлось родителям с этим смириться.
«Сам во всем виноват, — сказал отец, старый охотник. — Это мне за мою вину наказание».
Вскоре все в округе знали, что у Иванушки объявилась новая невеста. Люди сбежались, началась толчея, все хотели старуху увидеть. Кто жалел Иванушку, а кто над его бедой посмеивался. Так уж всегда у людей бывает: одни сочувствуют, другие злорадствуют.
Тут старуха на них и прикрикнула:
«Гости дорогие, не толкайтесь, расступитесь, а то ведь и меня задавите. Ноженьки у меня хромые, без костылей мне не обойтись!» Подняла старуха костыли вверх, чтобы все видели. Да только подняла, как ноги у нее подкосились и упала она на землю, точно мешок с мукой. Но только она упала на землю, как по всей горнице разлился чудесный свет и старуха превратилась в писаную красавицу, да такую, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А Иванушка воскликнул:
«Вот она моя Настасья Прекрасная, моя суженая, ей и быть моей женой!»
И начался тут пир, какого в том краю не бывало. Длился он три недели, днем и ночью, а может быть и теперь не кончился.
Пятая сказка белорусская
Иван Курья нога
Жил-был крестьянин и не было у него детей. Что он только не делал и богу молился и черту свечку ставил — все напрасно. Только на старости лет родился у него сын. Красивый был, сильный был, но вместо ног у него курьи ножки были. Вот и прозвали его Иван Курья нога. Рос Иван не по дням, а по часам, за день вырос в здорового мужика. А вечером и говорит:
«Завтра пойдем, отец, к царю свататься».
Отец испугался.
«Чего это тебе, сынок, вздумалось? Разве можем мы идти к царю свататься?»
«Да ты не бойся», — засмеялся Иван. А на другой день и вправду пошли они к царю свататься.
«Зачем ко мне пожаловали, люди добрые, — встретил их царь, — с жалобой или с просьбою?»
«И ни с жалобой, и ни с просьбою, — говорит отец, — а пришли мы к тебе свататься».
«Свататься? — удивился царь. — А какого же вы роду, царского или боярского?»
«Ни царского, ни боярского. Мы роду простого, крестьянского». — заявил Иван.
«Ладно, — ему на это царь отвечает. — Хочешь быть моим зятем, выполни мне три задачи».
«Отчего же не выполнить», — согласился Иван.
«Вот тебе первая задача: перескочи на своих курьих ножках самую высокую башню моего замка!»
Иван на это только усмехнулся, подпрыгнул и перепрыгнул самую высокую башню, точно это табуретка была. Царь нахмурился и снова приказал:
«А теперь перепрыгни на своих курьих ножках весь двор моего замка!»
Иван опять только усмехнулся, подпрыгнул и полетел все дальше и дальше, пока не перелетел весь двор, точно узкую канавку. Царь еще больше нахмурился и приказал в третий раз:
«А теперь наподдай своими курьими ножками мой семипудовый жезл, да так, чтобы он через самую высокую башню и весь двор моего замка перелетел!»
Иван опять только усмехнулся, подпрыгнул и наподдал своими курьими ножками семипудовый жезл, да с такой силой, что жезл этот перелетел самую высокую башню, весь двор царского замка и летел все дальше и дальше, пока не исчез где-то за горами.