Чтение онлайн

— Я не выпущу тебя, пока не скажешь, как тебя найти! — проговорил мужчина и тут же поцеловал ее волнующие его губы.

Ивина под поцелуем стала приходить в себя, но вывернуться из-под крепыша сил не было. Она была распластана на траве, и ее губы находились под его губами. Она дернулась туда, сюда, но он только крепче сжимал ее со всех сторон. Мартин нежно отпустил Ивину, сел рядом и стал смотреть на нее с таким обожанием, что ей стало неловко.

— Как вас зовут? — спросила Ивина.

— Я — Мартин.

— А я — Ивина Скрепка.

— Это ж надо! Как же я тебя Ивина долго искал! Скрепку бы кинула с неба, чтобы я тебя мог найти. Я уже открывал страницу 'Жди меня', но что написать? Что еще девушку в купальнике с пляжа у пруда?

— Зато наши отношения проверены временем.

— Смеешься? Смейся, теперь и я могу смеяться, — и Мартин лег на спину. Но тут, же повернулся, взял в руки ноги Ивины, прижался к ним, воскликнул: — Это ты! — и весело рассмеялся.

Они встали, стряхнули с себя травинки и соринки. Он надел рубашку. Они пошли, держась за руки.

Мартин резко остановился и спросил очень серьезным голосом:

— Мы куда идем? Ивина, ты не представляешь, как я тебя искал! Я так рад и так боюсь потерять тебя! Ты замужем? У тебя есть дети? Где живешь? Где работаешь?

— Все есть понемногу, — Ивина вздохнула, ведь только сегодня она полностью порвала с бывшим молодым человеком Крассом.

— Не вздыхай, Ивина, все наладиться.

— Мартин, вы пляжный бомж?

— Нет, мой джип смотрит на тебя. Почему я был здесь? Так захотелось. А ты, почему сегодня здесь гуляла?

— Сама не знаю, захотелось здесь пройти. Мои зеленые Жигули стоят рядом с джипом, машины раньше нас встретились, как кони у стойла.

— Номер твоей машины я уже запомнил. Но без машин у нас было больше общего. Ивина, вернемся на берег?

— Что-то будет, когда мы до жилья дойдем, тут же расстанемся.

— Не болтай зря, мне все равно, где ты живешь, будешь жить со мной, я к тебе не приеду.

— Не люблю насилия, я буду жить дома.

— Хочешь, чтобы я тебя вновь на два года потерял? Нет, я не отпущу тебя!

— Ну, почему меня вынесло сегодня на этот берег?

— Я тебя ждал, я как зверь затаился. Я знал, что ты вспомнишь мою спину на пляже.

— Сколько девочек, зачем я тебе?

— Об этом говорить не стоит. Ты мне нужна. Мне твоя фигура два года мерещилась, никто не мог тебя заменить, и ты это прекрасно понимаешь. Я только тебя чувствую!

Ивина вспомнила, что эти же слова ей говорил Красс!

Мартин вновь обнял Ивину со страстной силой и уходящим отчаяньем.

Рядом с ними остановилась HONDA красного цвета. Из машины выскочила женщина в красном брючном костюме, с длинными черными волосами и быстро стала задавать вопросы:

— Ивина, это кто с тобой? Что за мужик в твоих руках? Да отпусти ты его!

— Лизавета, проезжай, сегодня не твой день, — проговорила нервно Ивина.

— Я уеду, но с тобой.

Рядом резко остановился темный FORD, из него выскочил молодой человек:

— Ивина, я передумал. Я могу передумать? Поехали домой, хватит сердиться.

— Ивина — это судьба, — сказала Лизавета и, повернувшись к Крассу, спросила: — Вы брошенный? Ивина вас бросила? Можно я вас подниму?

Красс посмотрел на скромную Ивину и на яркую Лизавету.

— Лизавета, подними меня! — сказал решительно Красс. — Меня зовут Красс, чтоб вы все знали, — обратился он к остальным.

— Четыре человека, четыре машины, а надо сделать две пары, — растерянно проговорила Лизавета.

— Машины оставляем здесь, и едем на берег пруда, — резко сказал Мартин.

— А, пошли, — подхватил инициативу Красс.

Все четверо пошли к берегу пруда. Красс посмотрел на сухую траву, растущую вокруг, сбегал к машине, взял сдутый надувной матрас с насосом и догнал остальных. Он быстро накачал матрас и предложил на него сесть. Ивина и Лизавета отказались, тогда он сел сам. Рядом с ним села Лизавета. Мартин взял Ивину за руку, и они вдвоем быстро пошли к машине. Она села в джип и они поехали.

В машине Ивина почувствовала тяжесть на плечах и странное дыхание. Она увидела крупные лапы собаки и отменную собачью мордочку крупных размеров.

— Хорошая, хорошая, — выдохнула Ивина собаке.

— Это он, его зовут Львиный Зев. Можно Зева де Люкс, как удобно, но лучше Зев. Он всегда меня сопровождает, — пояснил Мартин.

— Мы куда едем? — спросила Ивина с нервной дрожью, глядя больше на собаку, чем на Мартина.

— Сегодня выходной день. Мы поедем, куда глаза глядят. Первым делом нам надо обвенчаться, поэтому едем в бывший Загорск. Там чинная обстановка, она способствует очищению блудных мыслей, храмы и соборы очень помогают.

— На самом деле мы едем венчаться? — спросила Ивина.

— Не совсем так, но близко. Послушаем пенье колоколов, и ты легко забудешь Красса. Мы с тобой пройдем обряд очищения. С экскурсией погуляем между храмами и в один обязательно зайдем, день самый раз для таких мероприятий. В монастыре есть святая вода. Выпьем — помолодеем. Душа наша и очиститься от скверны прежних отношений.

— Как у вас все серьезно.

— Я тебя долго ждал, уже забывать стал.

Все так и было. Через Гефсиманский черниговский скит и святой источник они вышли в новую жизнь, в которой пока все было по — старому.

— Мартин, вы меня не спросили о моей семье.

— Ты о чем? Ты одна гуляла в выходной день! Где твоя семья? Твоя семья — это ты.

— Почти угадал. А тебя волнует: сколько мне лет, кем работаю?

— Это ни вопрос. Я могу ответить кто я. Я работаю менеджером по продаже телевизоров и компьютеров высшего качества. Знаешь, кого я видел? Ко мне приходили известные певцы и актеры. Я теперь всех актеров без телевизора вижу.

— Ты — почему хвалишься?

— Прости, Ивина, я помечтал. Я охранник, обычный временный охранник. А актеров я на самом деле вижу, но они меня не видят.

— Замечательно, а вдруг ты дворник на Мосфильме? Вообще тогда всех знаешь.

— Я не дворник. Я совсем забыл, мне сегодня в ночь выходить. Я тебя подвезу к твоей Ладе, и мы разбежимся.

Но Ивина почему-то ему не поверила. У нее возникла странная мысль, что русские храмы и египетские пирамиды имеют нечто общее, несмотря на то, что у них разное предназначение. Храмы и пирамиды поднимаются вверх в поднебесную бездну, неосознанную человеком.

Мартин высадил Ивину у зеленой машины, а сам быстро уехал в сторону городской больницы. У него отец лежал в реанимации с обширным инфарктом, сегодня он мог его увидеть. Отец казался тенью самого себя. Он был абсолютно бледный, похудевший, какой-то прозрачный. Если бы не бригада врачей из реанимационного отделения его бы уже не было на свете. Отец выглядел живым покойником, а не полковником.