Чтение онлайн

– Навестим мистера О’Донована и его теплую компанию, – решил Джералд, сворачивая в полутемный боковой коридор. – Уверен – спят, будто сурки в норках.

«Деревенщинам», сопровождавшим «священника и доктора» досталась тесная комнатушка первого этажа, выходившая единственным узким окном во двор. Неудобно, но несколько дней потерпеть вполне можно.

Лорд Вулси благовоспитанно постучался, не получил никакого ответа и просто толкнул дверь. Так и есть – на кровати справа храпит Тимоти, слева – Монброн. Ойген отсутствует.

– Хоть у одного хватило ума сторожить фургон, – сказал Джералд. – Доктор, очень вас прошу, разбудите этих бездельников, а я прогуляюсь наружу и взгляну на багаж. Заодно поищу Ойгена.

Последний обнаружился мирно спящим во чреве фургона, рядом с драгоценным ящиком. Замотался в тонкое шерстяное одеяло по самую макушку, под головой – укрытые рогожкой сапоги, рядом лежит швейцарский кинжал в гладких ножнах. Идиллия.

– Ойген, ночью что-нибудь происходило? – допытывался Джералд, когда ему удалось растормошить австрийца. – Понимаешь, что я имею в виду?

– Не заметил, – Ойген протер глаза и уперся недовольным взглядом в коричневые стенки ящика. – Заснул. И сны недобрые. Все хорошо, сэр?

– На первый взгляд – хорошо, – задумчиво ответил лорд Вулси, оглаживая ладонью подбородок. – Значит, Оно не решилось нас беспокоить. Признаться, я удивлен. Посторонние люди грузом не интересовались?

Получив на все вопросы отрицательные ответы, Джералд немного успокоился и, позвав Ойгена, отправился наверх, где теплая компания уже приступала к обильному завтраку, заказанному доктором Шпилером на кухне.

– Я улегся в два часа ночи, – повествовал Тимоти, одновременно поглощая пироги с сыром и грибами, по-немецки громоздко называвшиеся «Pilzkasekuchen». – Ойген остался сторожить во дворе. И ничего – демон сидел смирно в своей коробке, не высовываясь. Может, понял, что в большом городе лучше не шалить?

– Не уверен, – отозвался Шпилер, бегло просматривавший взятую у консьержа «Страсбургер нойе цайтунг». – Газета, как отмечено, вышла из типографии в семь утра, городские новости набирались рано утром. Пишут презабавные вещи.

– Почитайте! – хором потребовали Монброн и Джералд.

– О нас, вероятно, позабыли – свежие новости гораздо интереснее. Извольте, господа: «Страсбург в огне» – это громкий заголовок, набран довольно крупно. Цитирую. «Городские пожарные команды и полиция провели тяжелую ночь… По сообщениям из весьма благонадежных источников вскоре после полуночи в Страсбурге одновременно вспыхнуло девять пожаров…» Подробности пока пропустим. А, вот! «Две драки возникшие в пивных „Бюргерброй“ и „Гроссбройхауз“ закончились грубой поножовщиной, убито не менее четырех человек, несколько ранены. Одновременно с этим, полицейские чины заявили, будто в районе речной гавани найдено три мертвых тела, принадлежавшие возвращавшимся с вечерней смены докерам и публичной девице, имя которой выясняется. Давно пора поставить вопрос перед бургомистром и магистратом города о запрете работы пивных в ночное время, ибо это нарушает спокойствие добропорядочных горожан… Питейные заведения, где собираются подонки общества и разыскиваемые властями преступники…» Дальше не интересно. Попрошу заметить – автор статьи утверждает, будто все события имели место по наступлению ночи. Минимум семь смертей и девять пожаров! Вот, пожалуйста: «Несмотря на старания конных пожарных команд, частные дома на Кирхен-штрассе, Блюменхоф и возле казарм Двенадцатого полка инфантерии выгорели дотла; бесспорно, имеются погибшие, количество которых невозможно будет определить до времени, пока завалы не остынут и не будут разобраны». Сообщается, будто ничего подобного в Страсбурге не происходило со времен семилетней давности, когда вспыхнули беспорядки, вызванные подстрекательством агитаторов, состоящих в запрещенных организациях социалистского толка». Каково?

– А вы говорили – ночь была спокойной, – Джералд укоризненно посмотрел на Тимоти и Ойгена. Те лишь развели руками. – Не верю я в такие совпадения. Можете рубить мне правую руку, но это – проклятие Фафнира. Оно начало действовать куда разнообразнее, чем прежде!

– Ты преувеличиваешь, Джерри, – не согласился Робер, говоря через набитый рот. – В любом городе мира случаются кабацкие драки, пожары и убийства. Наше чудовище нигде не показало явного следа, а Оно любит покрасоваться – обязательно осталась бы визитная карточка в виде разорванного мертвеца.

– Мы приезжаем в Страсбург и первой же ночью происходят события, равных которым не замечалось семь лет? – скептически отозвался Тимоти. – Не-ет, наш бесплотный красавчик просто нашел обширное поле деятельности! И проявил себя во всей красе.

– Не во всей, – мрачно сказал Джералд. – Аббат утверждал, будто мы наблюдаем «мелкие шалости пробуждающегося монстра». Если это – мелочь, то каковы же шалости крупные? В дрожь бросает. Оно научилось прятаться от нас. Пытается сделать все, чтобы мы его не заметили. Бесчинствует на стороне.

– А еще аббат говорил, будто «проклятие» воплощено в одну конкретную вещь, находящуюся среди сокровищ, – невзначай припомнил доктор. – Если эту вещь найти и вышвырнуть, допустим, в океан, то…

– Здравая мысль, – лорд Вулси нахмурился, допил чай и встал. – Если доберемся до Парижа, вскроем ящик и попробуем отыскать средоточие мистической силы, если таковое существует. Надеюсь, Хаген поможет.

Джералд внимательно посмотрел на Ойгена, но тот остался невозмутим. Интересно, раньше молодой австрияк всегда смущался и заливался краской до корней волос, а теперь реагирует на обращения милорда со стоической невозмутимостью. Привык к компании или сказывается воздействие Хагена? Нельзя исключить и такую версию.

– Я отправляюсь в консульство, – объявил милорд, неумело застегивая на шее белоснежный круглый воротничок священника. – Доктор Шпилер, Тимоти, Робер – остаетесь в гостинице. Ойген пойдет со мной. На всякий случай. Да, между прочим, мсье де Монброн может на краткое время нарушить таинственность, прилично одеться и сходить в банк за наличными. Мы изрядно поиздержались, денег остается совсем немного. Часть заберешь рейхсмарками, часть – франками Республики, в ассигнациях.

– Каким образом? – изумился Робер. – Мою чековую книжку отобрали полицейские в Вормсе! В Страсбурге, насколько я помню, есть отделение «Монброн ле Пари», но без телеграфного подтверждения от маменьки, из Парижа, мне не дадут ни сантима!

– Да и зачем раскрывать маскарад раньше времени? – подхватил Тимоти. – Хозяин гостиницы и постояльцы обязательно заметят превращение деревенского парня в обеспеченного молодого бездельника! Монброн, не смотри на меня голодным волком – я разве не прав? Джералд, выписывай чек сам, отправляй доктора Шпилера за деньгами, а мы уж посторожим.

На том и порешили. Задействовать счет концессии, номер которого наверняка уже знала полиция, не решились – лорд Вулси извлек чековую книжку банка, наследником коего являлся мсье де Монброн (там Джералд держал резервную часть средств на обустройство экспедиции), тщательно вписал сумму в тысячу марок (или девять с половиной тысяч франков по установленному парижской биржей курсу), вывел каллиграфический автограф, и вручил бумагу доктору. Найти отделение банка нетрудно – у хозяина отеля обязательно должна иметься адресная книга.

…По таковой адресной книге и было выяснено нахождение консульства Британской империи – Рейхсфанен-штрассе, дом 19. Владелец отеля, занявший свое законное место после девяти утра, вежливо пояснил святому отцу, что данная улица находится рядом. Экипаж можно не брать. Стоит лишь выйти на главную площадь, поворот налево от здания магистрата. Джералд отделался сухим «Danke schon» и вышел из отеля, сопровождаемый серьезным и настороженно озиравшимся по сторонам Ойгеном.

Давно проснувшийся Страсбург бурлил. Германская речь перемешивалась с французской, по мощеным улицам раскатывали как вульгарнейшие повозки мусорщиков, так и шикарные экипажи на рессорах и каучуковых колесах, гостеприимно сверкали витрины магазинов, тонко орали мальчишки-газетчики («Девять пожаров за ночь! Ужасающие убийства! Полиция сбивается с ног!»), от кондитерских лавок вкусно пахло сладкими булочками, а в закрытых цветными тентами кафе «a’la Paris» чинно попивали кофе ранние посетители. День обещал быть солнечным. Не летняя жара, конечно, но приятное весеннее тепло. Парами бродили казавшиеся очень значительными и важными усатые шуцманы: было не заметно, что они «сбиваются с ног».