Чтение онлайн

Мужчина залез к себе в поясную сумку. Достал маленький портсигар и протянул мне. У меня затряслась рука. Командир понимающие улыбнулся, тепло, одними глазами. И уронил коробочку в протянутую руку. И она не пролетела насквозь.

Ледяной почерневший портсигар обосновался в моей руке, морозя кожу и оттаивая в руках. Тем временем подпорутчик подобрался, отдал честь и скрылся последним в густом тумане, вслед за своими.

— Слава Роду! — вскрикнула дева — птица и выдохнула, на пару секунд став обычной девочкой, а я вздрогнул от звука, — Ну а теперь ты. Молодец, справился!

И как ей сказать, что у меня крик застрял в горле и мне трудно даже дышать. Как признаться этой бесстрашной девчушке, что я испугался?

— Кха, кха… Они не вернуться?

Она устало помотала головой. Я отстегнул флягу и протянул своей спасительнице, она сделала глоток и вернула. Печально вздохнула, понимающе обозначила улыбку краешком губ и положила свою ручку на все еще протянутую мою, с зажатой серебряной коробочкой. Мягко улыбнулась и одними губами произнесла:

— Владей!

И растаяла. Вот только я ощущал ее тепло и тут резко все прекратилось. И запах, ее окружал запах грозового неба.

Где-то вдали начали насвистывать соловьи, за леском показались первые лучи, очень короткой, и самой моей длинной, ночи. А воздух показался обжигающе свежим, как будто можно пить его. Жив! Живы!

— Мих, ты чего там стоишь?

От неожиданности, я резко повернулся и уставился на только что проснувшегося товарища. Он все тот же, теплый, слегка помятый со сна и недовольный, как всегда…

— Спи еще, показалось…

Я уже не видел, как товарищ вернулся на лежку и беззвучно засопел.

Луч отчаянно апельсинового света ударил по глазам. Вызвав нереальный восторг и счастье. Не помню такого уже.

Он ножом разрезал мысли. Сделав кристально ясными и решительными. Сотни раз, в моем отряде, говорили и спорили, что наши враги сделали оружием провокацию и ложь! Что Россия будет придерживаться правды и закона, и правда рано или поздно победит.

Потому что да, сила — в правде.

А вот какой оказалась правда.

Война не только здесь, сейчас, но и там по ту сторону жизни. Кто эта девушка? Как много этих тварей? А потом понял. Что здесь в этой земле ад вышел на поверхность.

Значит украинство — это секта. Сатанинская секта. Сегодня я наблюдал фактическое воплощение этой секты, эта зараза уже перекинулась на мир? Или еще есть шанс спасти? Осиновый кол, вбитый в бандеровское сердце Украины, будет означать также и конец навязанной войне.

Вот за что сегодня, на самом деле, идет битва, в котел которой одурманенный киевский режим готов бросить все жизни, находящиеся в его распоряжении. Положить на алтарь, выдернуть тварей преисподней. Сколько еще подобных монстров выпустит эта секта?

По сути, это третья мировая, и крестовый поход. От которого зависит наше будущее. Будущее всех кто доверился нам.

Я поудобнее подхватил портсигар. Потемневшее от времени серебро, еще нечеловечески холодное, полированные грани с ледяным узором, таящим под моими вспотевшими пальцами, красивая и страшная игрушка. Нажал на едва высунутый язычок замочка и открыл его. Пустое нутро едва ощутимо пахло холодом, порохом и табаком.

На крышке старинными вензелями была выгравирована всего одна строчка:

«Русские не сдаются. Владимир Котлинский»

[1] Радио Тапок, Атака Мертвецов.

Утро было не добрым. В первую очередь, потому, что проснулась я вся дерганная. Искренне гадая, сон это был или я туда перемещаюсь? И что делать? Не, я не о том чтобы этого не делать, как раз наоборот, что сделать, чтобы количество спасенных приблизилось к отметки «всех своих»?

В пользу версии, что я там была говорили еще и перья по всей кровати. Линяю я что ли? Придется вставать, выгребать перья из косы, одеваться. Бонусом шло то, что утро командировки встретило меня без Митрича, а это значило — собираться своими силами.

Но и это не все, меня из страшного местами сна выдернул звонок, настойчиво пробивающийся в сознание. Незнакомый номер уже третий заход делал, упорный.

— Да?

— Зоя, это Красновский Артем, вы где остановились?

— В гостинице, — в трубке послышался смешок.

— Это понятно, а по точнее?

— На Васильевском острове, рядом с мостом.

Отключилась. Вот и пусть хоть под всеми мостами Васильевского острова разыскивает. Нужно немного поваляться, прогоняя остатки сна и собраться с мыслями. Именно в этом состоянии, я как правило набрасывала план на день, но сегодня утром мысли на собрание не пришли.

Кроме того, что мне все-таки придется отскрести себя от кровати и как минимум спустится на завтрак, нужно подумать над нынешним делом. Как максимум придется встретится с этим мажором, а также проехаться по местным конторам, получить информацию или послать Красновского. Это ж его дело. Вот пусть хоть немного поработает на благо раскрытия. А я, пожалуй, погуляю. Нет официально я буду собирать данные, но в реальности большую часть я могу сделать с помощью телефона. А чем же тогда заняться?

Судя по погоде, буду гулять до посинения, солнце осторожно проглядывало сквозь шторы. Намекая на то, что русалки уговорили своего вредного патрона побаловать местных жителей вкусным солнышком. Стук в дверь окончательно вытащил меня из моих грез и плена одеяла. Кажется, там Саша, более молодой и, по словам Николая, более шебутной. Старший оборотень даже бы не подумал меня поднимать с кровати, считая меня вполне самостоятельной особой. Накинув местный халат, открыла дверь и лицезрела довольную морду.

— С добрым утром! — по поднятой брови он понял, что до его появления утро было добрее, бодрее и гуманнее, но скалится так и не перестал, — На завтрак пора собираться.

— Скоро буду. Приведу себя в порядок и спущусь.

Приводила я себя в порядок в разы дольше, гостиничный домовой хоть и был, но помочь, исключаяглажку и развешивание одежды не мог. И, как водится, трудно было выбрать в чем пойти, а это выбор всего из трех кофт и рубашки. Настоящая женщина!

Питерская погода не самое стабильное обстоятельство. Утром солнце, вечером дождь. Как тут выбрать оптимальный наряд? Легче взять все виды осадков и перемешать. Как и одежду!

Командировка расслабляет. Хотя в последнее время я напрягаюсь только когда что-то происходит в Нави, особенно если есть отражение в Явь. К остальному стала относится проще. Да и к людям жалостливой я отродясь не была, интернат отучил.

На завтраке сидели вместе за дальним столиком, обсуждая чем займемся сегодня. Чтобы не раздражать посетителей, многие из которых обитатели ночи, в гостиничном ресторанчике был мягкий полумрак. Именно он, а не безжалостно пробивающееся сквозь плотные шторы солнышко, улучшили настроение.