Чтение онлайн

Похоже, я задел Кирана за живое.

Удовлетворенный его маленьким срывом, я разворачиваюсь и направляюсь в общую ванную. Мне отчаянно нужно подрочить, чтобы освободиться от желания, вызванного нашим маленьким танго. Раздеваясь, я включаю воду в душевой кабине.

Тренер, возможно, упустил некоторые базовые потребности, такие, как центральное отопление, но он определенно компенсировал свой промах с помощью чумового дизайна ванной. В ней установлена душевая кабина со стеклянной перегородкой и дверью, отделяющей остальную часть комнаты, полом, выложенным речным камнем в виде мозаики, как и одна из стен. Она контрастирует с гладкой плиткой соседних стен с прикрепленными к ним душевыми насадками. Их две, и вода льется с обеих сторон.

Достав телефон, я включаю динамик, и ванную заполняют звуки «Hard Feelings» Palisades.

Какая ирония.

Проверив температуру воды, я переступаю через порожек и оказываюсь под струей, закрывая за собой стеклянную дверь.

Затем позволяю воде каскадом стекать по своему телу, обдавая волосы и кожу, прежде чем взять гель для душа из маленькой ниши в стене. Как раз в тот момент, когда я намыливаю руки, до меня доносится звук хлопнувшей стеклянной двери.

Но, прежде чем понимаю, что происходит, Рейн сильно прижимает меня к стене, используя вес своего тела, чтобы удержать меня на месте. Зрение расплывается, и я понимаю, что от его толчка ударился головой о стену. Грубый материал оцарапал мою кожу, и я уже чувствую, как кровь стекает с моего разбитого лба.

Но не успеваю сформулировать даже мысль, не говоря уже о плане, как вырваться, когда Рейн сжимает мои ягодицы и широко их раздвигает, прижимая к стене еще сильнее.

И хотя я понимаю, что происходит, совершенно не готовлюсь к тому, что Грейди возьмет меня жестко и быстро.

Я делаю резкий вдох сквозь стиснутые зубы и выдыхаю с шипением.

Первое, что я чувствую, это дискомфорт, за которым следует тысяча острых ножей. Когда дело доходит до секса, это не те ощущения, к которым я привык. И нормальный человек подготовил бы своего партнера, а не засунул бы свой член ему в задницу на сухую. Это элементарная вежливость.

Вопреки распространенному мнению вода не заменяет смазку.

И интуиция подсказывает мне, что Рейн прекрасно об этом знает.

Он обхватывает меня рукой, прижимая ее к моему горлу — его предплечье находится вплотную к коже, между долиной моих грудных мышц. Хватка Кирана достаточно сильна, чтобы стиснуть мои дыхательные пути, но не до такой степени, чтобы я задыхался.

Не то чтобы это имело значение, потому что я все еще не могу дышать от шока и боли из-за его члена внутри.

Мои легкие отчаянно нуждаются в воздухе, когда Рейн начинает двигаться и скользит до тех пор, пока полностью не оказывается во мне, прижимаясь бедрами к моим ягодицам. От этого трения боль внутри лишь растет. С таким же успехом Киран мог бы разорвать меня пополам.

— Возьми смазку, — задыхаюсь я, мой голос напряжен от его хватки на моем горле и атакующей меня боли.

— Иди на хер, — рычит Рейн мне в ухо, толкаясь ещё раз, а затем и другой.

Если бы не пронзающая меня агония, моей первой репликой стало бы: уже там. Но вместо этого с моих губ срывается болезненный стон, и я выдыхаю мучительное «пожалуйста».

Киран выходит из меня и тянется к гелю для душа, все еще обхватывая пальцами мое горло. В этот момент его рука на моей шее — единственное, что удерживает меня в вертикальном положении. Мои колени дрожат, а мука и ярость с удвоенной силой терзают тело и разум.

Несколько мгновений спустя я ощущаю, как Рейн снова прижимается к моим ягодицам. Он входит в меня, и я вздрагиваю от мучительного вторжения из-за того, что в первый раз Грейди не использовал смазку. От мыла начинает жечь еще больше, и я сильно прикусываю губу. Жжение прекращается только после того, как Рейн полностью в меня входит.

Боже, он просто огромен.

Понятно, что я уже знал об этом, после того как несколько недель назад его член побывал у меня во рту.

Но такого размера у меня еще не было, и кажется, будто меня разрывает пополам.

— Руки на стену. Приготовься. — Слова Рейна звучат как приказ, и я немедленно повинуюсь, благодарный за то, что на этот раз он дает мне время привыкнуть, прежде чем снова начать двигаться.

Мой сфинктер горит, когда от движения мыло попадает в ранки. Даже в первый раз мне не было так больно.

Я стискиваю зубы и меняю позу, раздвигая ноги немного шире в надежде немного облегчить дискомфорт. Рейн пользуется моментом, чтобы обхватить меня рукой за бедро, используя его и хватку на моей шее, как рычаг, чтобы войти в меня еще глубже. Его толчки жесткие и восхитительно медленные.

Я никогда не испытывал такого раньше.

Через минуту или две боль уступает место удовольствию, и я начинаю двигаться вместе с Кираном, прижимаясь к нему с каждым толчком. Вскоре наши тела становятся скользкими от смеси воды и пота. По моим венам течет вожделение, а член невероятно тверд.

Мне настолько хорошо, что я ненавижу это ощущение.

Нужно было вырваться из хватки Рейна, оттолкнуть в попытке получить хоть какой-то контроль над ситуацией. Но подчиняясь ему в эту минуту и позволяя делать со мной всё, что заблагорассудится, я завожусь еще сильнее.

Рейн издает стон и начинает трахать меня быстрее, сжимая мое горло так сильно, что перед глазами появляются черные точки, но затем ослабляет хватку, когда мне кажется, что я вот-вот потеряю сознание.

Его горячий рот скользит по моей шее и плечам, прежде чем прикусить трапециевидную мышцу. Сильно. Его зубы пронзают кожу, и я задыхаюсь, когда чувствую, как Рейн слизывает смесь воды и крови, скопившуюся на моем плече.

Из меня вырывается еще один стон, вызванным удовольствием и болью.

— Я знал, что тебе понравится грубо, — ворчит Рейн, двигаясь быстрыми, но плавными движениями и врываясь в меня без остатка.

Боже, как же хорошо.

Жгучая боль от его первого толчка давно прошла, сменившись блаженством от каждого трения длины о мою простату.

Мой собственный член такой твердый, что может взорваться. Я всхлипываю, нуждаясь в большем контакте. Мое тело просит внимания.

Зная, что Рейн не поможет мне с моей нуждой, я опускаю одну руку, чтобы погладить себя, но Киран замечает это и начинает толкаться в меня сильнее. Мне приходится опять опереться на стену, чтобы хоть как-то сохранить равновесие. Либо так, либо я снова уткнусь лицом в грубые камни.

Рейн наклоняется вперед, его горячее дыхание обдувает мою шею и ухо, когда он крепче сжимает мое горло:

— Всё так, как ты себе представлял, а, Рив? Что я быстро и жестко трахаю тебя сзади? — Его насмешки заводят меня еще больше.

Черт, мне нужно, чтобы Рейн прикоснулся ко мне, трахнул сильнее, хоть что-нибудь, что поможет мне кончить.

— Да, — выдыхаю я, двигая бедрами назад, встречая толчок за толчком и отчаянно желая освобождения.

— Приятно слышать. Но не ошибись на мой счет. Тот факт, что мне не нужно смотреть в твое лицо, когда я вжимаю тебя в стену — лучшая часть этой твоей маленькой фантазии.