Чтение онлайн

Боже, хотела бы я, чтобы Грейс никогда не покидала дом, но не собираюсь признаваться в этом той, кто несколько раз во всеуслышание заявляла, что вообще не понимает потребности заводить детей.

Без четверти четыре мы вышли из дома, и я подвезла Керри к салону «Логан и Кросс», единственному салону в Глазго, мастерам которого позволялось прикасаться к ее волосам. Меня же не переставала мучить мысль о книге и ее правилах, которым я должна начать успешно следовать. Но как?

Короткая остановка в «Теско (Сеть продуктовых супермаркетов.)», и я дома. Устроившись на диване и поедая орешки, я уставилась на черную обложку с золотыми буквами. Наконец, открыла книгу и вновь перечитала первое и второе правила. Их главная идея заключалась в том, что нельзя быть напористой и настойчивой, хихикающей и болтливой. Следует быть сдержанной. Очень удивлюсь, если автор — не тайный ведущий документальных фильмов из сороковых годов.

Моя обожаемая дочь прибыла домой в пять часов с рассказами о бассейнах и божьих коровках, а Питер молчал и не смотрел на меня. Может быть, он тоже читает правила этой книги?

Грейс съела пасту с холодным тунцом, и мы провели вечер за просмотром фильма о говорящей собаке, пока она не уснула на моих коленях. Кто-то должен был предупредить, что став родителем, придется смотреть скучнейшие фильмы на свете. Я уложила ее в свою кровать и бережно, боясь разбудить, переодела в пижамку. Она зарылась в одеяло, и я прилегла с ней рядом, надеясь на пятиминутное спокойствие без мыслей об этих чертовых правилах. Не помогло.

Темнота вокруг расслабляла, но слова о том, что пора прекращать делать первые шаги самой, беспощадно крутились в моей голове. В этот момент я поняла одну мысль: в каждых моих отношениях с мужчинами именно я делала первые шаги к сближению. И ни одни из этих отношений не продлилось долго. Льюис — парень из университета, который своими поцелуями в шею заставлял меня парить, бросил меня ради девки с большими сиськами, Майкл — мужчина без целей и обязательств, и наконец, Питер — мужчина, сильнее всех разбивший мне сердце, но подаривший невероятную дочь. Я сама знакомилась с ними, делала первые шаги в отношениях, любила их и сама же их теряла.

Но как тогда строить отношения, если предлагается пассивно сидеть и ждать приглашений на свидания? Будут ли у меня в результате соблюдения этих правил вообще хоть какие-то отношения? Понимает ли автор, о чем пишет?

Чувствуя, как отчаяние овладевает мной, я прошла на кухню выпить апельсинового сока. Стоя у холодильника, попыталась собраться с мыслями, напоминая себе, что несвязные объяснения безумного автора не могут быть истиной, даже если он и несколько тысяч других его читателей утверждают обратное.

Перед глазами стояла история моей мамы. Когда они расстались, я была совсем маленькой, и не помню своего отца. Но моя мама всегда говорила, что он долго добивался ее. Она рассказывала, что отец был красавцем, а таким она не доверяла, и только спустя несколько недель ухаживаний, она все-таки согласилась пойти с ним на свидание. Они поженились холодным октябрьским днем, после чего она обнаружила, что беременна Хелен. Четыре года спустя появилась я. Затем, на мой первый день рождения, он ушел на работу и больше не вернулся домой. С тех пор мы его ни разу не видели. Но Хелен как-то удалось выяснить, что сейчас он живет в Испании со своей третьей женой Дженнифер. У него больше нет детей. Может быть потому, что он не хотел видеть даже тех, которые у него уже были.

Этот пример лучше всего доказывает, что большинство отношений рушатся несмотря на то, кто сделал первый шаг. Я редко думаю об отце, потому что он заставляет меня задуматься, насколько трудной была жизнь моей мамы. И даже спустя десять лет после несчастного случая, унесшего ее жизнь, я все еще безмерно скучаю по ней. Уверена, она бы обожала Грейс.

Поставив апельсиновый сок обратно в холодильник, я утерла слезу. Проклятые ночи! Никогда днем я не бываю такой несчастной. Лучше подумаю об этих правилах завтра. Еще только половина одиннадцатого, а я уже вымотана. Натянув старую футболку, я улеглась рядышком с Грейс, которая успела развалиться на постели в форме морской звезды и громко сопела. Я поцеловала ее в лоб и обняла, игнорируя звуки входящего сообщения в телефоне. Мне сейчас ничего не нужно, кроме этих сладких объятий.

Мы проснулись в восемь утра. Сверкая голой попкой, Грейс беззаботно танцевала под песню YMCA на видеоигре Wii Party, пока я готовила завтрак. Тем временем я рисовала улыбающиеся рожицы на вареных яйцах, а из тоста вырезала солдатиков, чувствуя себя образцовой матерью. Накрыв на стол, я позвала ее.

— Ты собираешься когда-нибудь надеть трусы?

Она кивнула.

— Потом. Сначала позавтракаю. Для этого трусы не нужны. Для воскресенья трусы вообще не нужны.

— Какое яйцо ты хочешь?

Она внимательно осмотрела каждое яйцо, указав на правое.

— Я буду это. Оно похоже на папу.

— Да ну? — Я повернула яйцо, и действительно, на меня смотрел маленький, только что сваренный Питер. Я рассмотрела соседнее яйцо. Оно было похоже на Клинта Иствуда. О чем я думала, рисуя рожицы?

— Отличный выбор, — ответила я, со странным удовольствием наблюдая, как она скальпирует свое яйцо.

После завтрака, убрав посуду в посудомойку, я проверила телефон. Два сообщения еще со вчерашнего вечера. Оба от Роуз.

22.45: Поедешь в парк завтра?

23.20: НЕ ХОЧЕШЬ СО МНОЙ РАЗГОВАРИВАТЬ?

Хихикнув, я набрала ее номер.

— Привет, Роуз. Я тебя не игнорировала, просто вчера рано легла.

— Я поняла. Поедете в парк? Мне нужна компания.

— Ага, давай возьмем с собой еду для пикника и поедем в парк «Рукен Глен». Я поведу.

Договорившись забрать их в полдень, я сообщила Грейс, что мы едем в парк.

— А обязательно туда ехать с Джейсоном? — спросила она, скривив лицо. — Он меня обозвал плаксой. Он сам плакса. Я тогда плакала, потому что поранила коленку. А он плакал, потому что на обед нам дали горох.

— Да, я наслышана о его горохофобии. Мальчики могут быть немного глупыми в этом возрасте, Грейс, но потом они становятся лучше. И тебе они даже могут нравиться. Просто постарайся играть с ним хорошо.

Она вздохнула и продолжила танцевать, а я готовила ей одежду и чувствовала себя лгуньей. Мальчики не становятся лучше с возрастом, они просто становятся выше.

Приехав в парк, нам пришлось минут десять крутиться вокруг, пока не удалось найти парковочное место возле выхода. Мы сразу направились к качелям, попутно присматривая подходящее место для пикника, но похоже, все жители южного Глазго решили провести воскресенье здесь. Наконец, мы обнаружили подходящее место возле дерева и расстелили одеяло, которое предусмотрительная Роуз принесла с собой. Еще она взяла с собой сандвичи без корочки, нарезанные огурцы, соусы, оливки, легкий перекус, воду и стаканчики. А я? Я принесла три киндер-сюрприза, бутылку с жидкостью, похожей на мочу, пакетик чипсов «Монстер Манч» с говядиной, коричневые бананы и одну салфетку на всех.

— Позвать их? — спросила я у Роуз, закинув горсть чипсов в рот.

— Они видят нас и придут сами, когда проголодаются.

Мы растянулись на одеяле, подставившись солнцу, как две бледных губки. Но Роузи приподнялась и толкнула меня, спустив очки на нос.

— Ты видишь того мужчину, который играет в футбол со своим ребенком?

Я оглянулась. Там было несколько отцов, играющих в футбол со своими детьми.

— А поточнее?

— В черной футболке.

И тут я увидела его. Еще три мамаши, сидевшие на соседней скамейки, также смотрели на него. Роуз понизила голос.