Чтение онлайн

Но почему? Не вижу смысла! Мне нужны объяснения! И с желанием досадить Дилану за то, что его книга сводит меня с ума в этот час, я позвонила ему. Ответил сонный голос.

— Привет, Дилан! Что, я разбудила тебя? Прекрасно! А теперь, четвертое свидание: ты сказал, что я все еще не могу приглашать его сама, но почему?

— Кэт, сейчас полночь. ПОЭТОМУ В КНИГЕ НАПИСАНО, ПОЧЕМУ НЕ НАДО САМОЙ ЗВОНИТЬ МУЖЧИНЕ!

— О, скажите, пожалуйста! Это относится к бойфренду, а не к автору книги, который вообще-то грозился уничтожить мою карьеру и обещался мне помогать!

Он помолчал.

— Слушай, «мы» — и под «мы» я имею в виду мужчин, — должны чувствовать, что это мы управляем процессом. Если «вы» предлагаете дрянное местечко для свиданий, то «мы» согласимся, но возмутимся и усомнимся в правильности «вашего» решения!

— Тот факт, что я сейчас разговариваю с тобой, означает, что я уже усомнилась в правильности твоего решения!

— О, очень зрелое умозаключение, Кэт! Если ты будешь вести себя так на свидании, твой кавалер в скором времени просто устанет даже от шума твоего дыхания.

— По крайней мере, у меня нет шапочек для душа с бананами!

— ЭТО БЫЛ ИДИОТСКИЙ ПОДАРОК МОЕЙ СЕСТРЫ, ПОНЯТНО! И я забыл, что он еще там.

— А что ты орешь на меня? И что? У тебя есть сестра? Черт возьми, а я думала, что ты единственный ребенок, воспитанный волками и…

— Всего хорошего. Спокойной ночи!

— И…

Он уже повесил трубку. Ненавижу это! Меня съедало огромное желание выбесить его, так что я подождала час, чтобы быть уверенной наверняка, что он уже крепко спит и не сможет ответить. И написала:

И ТЫ БЫЛ РОЖДЕН ОТ ШАКАЛА!

Я отключила телефон, потому что, если он ответит, я не смогу уснуть всю ночь, пытаясь оставить последнее слово за собой! Знаю свой характер!

В пятницу утром уезжала из дома в школу Грейс, когда возле дома столкнулась с почтальоном. Мы обменялись любезностями — я восхитилась его усами, а он отдал мне мою почту, которая состояла из всякой ерунды, счетов, рекламы и большого красивого конверта. Это заставило меня призадуматься, а не пропустила ли я собственное день рождение?

— Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО! — вскричала Грейс. — ОТКРЫВАЙ ЖЕ!

— Это ты мне отправила, малышка? — Я начала открывать конверт с маленьким колокольчиком, вытесненным на обратной стороне. Колокольчик? Грейс потянула меня за жакет.

— Нет! Это папа отправил! Ну же, мам!

О, черт! Это свадебный колокольчик! Я прекрасно поняла, что это и у меня не было желания это открывать! Хочу притвориться, что внутри пауки и сибирская язва, и бросить этот конверт в огонь! И посмотрела на Грейс, которая сгорала от желания увидеть, как я открываю папино приглашение. Мне хотелось бы объяснить ей, как это странно и глупо для меня, и что ее отец должен был бы подумать, какие чувства это послание вызовет во мне, прежде чем отправлять его. Но вместо этого, я улыбнулась Грейс.

— Мы опоздаем в школу, Грейс! Садись назад! Я открою это в машине!

Я села в машину и завела ее, пока Грейс пристегивалась. Не могу не открыть — Грейс слишком ждет этого момента. Осторожно вынула белую открытку из конверта и на мои колени внезапно посыпались крошечные серебряные звездочки. Грейс заверещала:

— Это я положила их туда! Я положила их побольше, специально для тебя! Они такие красивые, ведь правда, мам? Мам, ты не смотришь! ПОСМОТРИ! НА! ОТКРЫТКУ!

Я послушно опустила глаза на открытку. На обложке, на фоне нежных цветов, красовались имена «Питер и Эмма» и «21 ноября 2014», напечатанные простым черным шрифтом. Внутри было написано:

Мистер Питер Андерсон и Мисс Эмма Дэвис

Приглашают вас на торжество по случаю их бракосочетания

В пятницу, 21 ноября 2014 года, в 11 утра.

Церковь Саусайд Пэриш, улица Ньюмил Роуд.

Ужин и танцы начнутся в 7 часов вечера в отеле Хилтон.

В этот самый момент мной овладели сразу все чувства: грусть, ревность, раздражение, одиночество, жалость к самой себе, голод. ВСЕ!

Я закрыла открытку и улыбнулась Грейс самой солнечной из своих улыбок, а мое сердце билось как птица в клетке.

— Правда здорово? Я увижу тебя в милом платье с букетиком цветов! В ноябре! Уже так скоро! Почему это уже так скоро? Грейс, тебе не жарко? Мне ужасно жарко! Поехали в школу!

Я открыла окно и сняла ручник с тормоза, зная, что сейчас Грейс смотрит на меня как на умалишенную.

— С тобой все в порядке, мам? Папа думает, что ты не придешь, но я попросила его отправить тебе приглашение, потому что знаю, ты бы расстроилась, если бы не получила его.

Я повернула налево в Куин Парк, чуть не сбив сороку на дороге.

— Конечно, я хочу пойти, дорогая! Это важный день для всех! И ты же знаешь, как я люблю наряжаться! Это будет весело!

Весело? Мой бывший пригласил меня посмотреть его свадьбу. Это будет унизительно! Речи быть не может о том, что я пойду! Мы остановились возле школы как раз, когда прозвенел звонок.

— Увидимся в три, мама! Люблю тебя!

— Я тебя больше, Грейс! Хорошего дня!

Я видела, как он подошла к маленькому мальчику в неоновой куртке, и как они вместе пошли на площадку. Как только она скрылась из вида, уронила голову на руль и выдохнула. Я просидела десять минут в машине вдыхая и выдыхая, снова и снова!

— Не понимаю, почему ты так расстроена?

Хелен вернула мне приглашение продолжая попивать свой кофе, не обращая внимания на «Какого черта ты не понимаешь?» выражение моего лица.

— То есть, слушай, Кэт. Ты и Питер уже несколько лет не вместе, и ты знаешь, что рано или поздно это случится. Хотя я не уверена по поводу ноября. Будет очень холодно.

Я потерла виски. Голова начинала гудеть от боли. И уже жалела, что попросила Хелен поболтать со мной.

— Так ты не думаешь, что с его стороны было совершенно неприлично приглашать меня?

— Думаю, — согласилась она. — Но ты слишком все преувеличиваешь. Возможно, Грейс уговорила его, и поэтому он отправил тебе приглашение. Вы оба годами прятали от Грейс вашу ненависть к друг другу. Как он теперь должен, скажи пожалуйста, объяснить ей, почему мама, которую она обожает, не желанный гость в такой важный для него день? Или почему ты отказываешься разделить ее радость в такой счастливый день? Это было бы жестоко.

Я откинулась назад, переваривая то, что она сказала. Так привыкла к коварству и злости Питера, что не могла себе представить, что он просто хотел доставить радость Грейс.